Миссия первая: Задание Александрия. Часть 2
Ремесло контрабандиста
Маленькие доки виднелись вблизи одинокой деревни, лежащей на берегу Нила. Во время отлива река блестела в вечернем свете, темная громада корабля спокойно покачивалась. Охранники на борту наблюдали, как мигающие фары движутся по улице, скользя светом среди тихих домов, таких же массивных, как надгробия. Машина плавно остановилась в конце причала, и из нее вышел мужчина. Он был одет в аккуратный костюм. Этот фасон несколько лет вышел из моды, но на нем он сидел хорошо. У него был вид нувориша. Немного толстоват. Немного глуповат. Темные очки скрывали глаза, а бледная кожа, казалось, сияла в слабом свете ламп.
Он направился к сцене, дружелюбно ухмыляясь. — Джентльмены, — сказал он с легким французским акцентом. — Прекрасная леди дома?
Двое подняли оружие и нахмурились. — А ты кто такой?
— Деловой человек, друзья мои. Деловой человек. Надеюсь поговорить с Деви.
Один из охранников направил на него пистолет: — Никто не приходит без договоренности.
— Но у меня наверняка есть...
— Насколько я знаю, нет. Проваливай.
Мужчина осторожно попятился, подняв руки. Охранники хмуро смотрели на него, пока он не сел в машину и не уехал, исчезнув среди складов.
— Кто это был? — спросил другой охранник с палубы.
— Какой-то идиот.
Человек на палубе усмехнулся и продолжил свой путь. Пробираясь по краю, он глянул в воду, затем проскользнул в отрытый дверной проем. Его шаги эхом отдавались на палубе, когда он пробирался вглубь корабля. Он внимательно оглядел каюты, заглянув в одну из них.
Свет погас.
Чья-то рука схватила его и с грохотом впечатала лицом в металлическую стену. Он ахнул, вывернув руку за спину. Дуло пистолета уперлось ему в подбородок.
— Кто ты такой?
— О, — выдохнул мужчина, его голос резко изменился. — Привет, Деви.
— Алистер?
Алистер ухмыльнулся, а затем его голова снова ударилась о стену.
— Идиот! — рявкнула Дэви. — Я должна застрелить тебя здесь.
— Прости. Я. .. немного торопился, — сказал он, и в голове у него зазвенело, как в колоколе.
Женщина позади него усмехнулась. Но пистолет был убран, и хватка на его руке ослабла. Алистер повернулся, потирая ноющее плечо, когда снова зажегся свет.
Деви была стройной женщиной. Гибкая, как гимнастка, и одетая в аккуратную униформу, вырезанную больше, чем необходимо, чтобы обнажить ее подтянутый живот и длинные ноги. У нее были свирепые глаза и шрам на щеке. Волосы — темные, ниспадающими на плечи, а ее высокая, упругая грудь была заметна под одеждой с коротким вырезом.
— Полагаю, ты можешь войти, — сказала она, махнув ему рукой.
Алистер последовал за ним, потирая пульсирующую голову. Она повела его в свою каюту. Обычная комната со скромной койкой, столом, заваленным бумагами, и старым компьютером.
Деви, подумал Алистер, закрывая дверь. Индийского происхождения, хотя и из низшей касты. Он знал больше из ее прошлого, чем большинство. Как во время раскола с Пакистаном она отправилась в долгий поход. Как однажды ночью она и другие были захвачены работорговцами. Это была ужасная правда о пронизанном боями периоде, но они недооценили свирепую молодую женщину. Как только у нее появился нож, она дала понять своим похитителям, что их путь ошибочен. Наградой был их корабль и то, что осталось от их товаров, но она сделала слишком много плохого, чтобы вернуться к жизни деревенской девушки. С кровью его бывших владельцев, все еще на ее руках, она села на корабль и стала контрабандисткой и наемницей. Сочетание свирепой хитрости, безрассудной храбрости и проницательного делового чутья обеспечило ей власть и богатство.
Такой была женщина, которая плюхнулась на койку, скрестив ноги и прислонившись к переборке. Она посмотрела на Алистера как будто издалека своими странными, почти серебряными глазами. — Ну, какой сюрприз. Я не ожидала увидеть тебя снова. Особенно после того, что ты сделал в Сараево.
— Честно говоря, — сказал Алистер, — ты предупредила этих наемников. И, могу добавить, ты сбежала с золотом.
Она улыбнулась. Свирепый, хитрый и совершенно не раскаивающийся взгляд. Она откинулась назад, как кошка, игривая со своей добычей. — Верно. Но они заплатили мне вдвое больше. Сними эту дурацкую маскировку. Я хочу тебя видеть.
Алистер пожала плечами, стирая охристый макияж. Он расправил плечи и выпрямился, выходя из образа. С небольшими изменениями он превратился в человека, который всего лишь на днях был официантом в парижской пекарне.
Ее глаза впились в него. Что-то мерцало глубоко в этих лужах.
— Вот оно, — сказала она с одобрением. — Ты же знаешь, я ненавижу эти вещи.
— Я не хотел компрометировать тебя, — сказал он.
— Это правда? — спросила она. Она немного выпрямилась. — Ты чувствовал то же самое, когда дал мне тот нож в трюме судна работорговцев?
— С тех пор ты хорошо справлялась сама, — сказал он.
Она засмеялась и указала на каюту. — Верно. Посмотри на меня сейчас! Хозяйка моих собственных кораблей. Контрабандист в моем собственном праве. Наемница, преступница, разыскиваемая дюжиной правительств. Кто бы мог подумать, что эта трясущаяся беспризорница сейчас будет здесь.
— В тебе всегда была сталь, — искренне сказал Алистер.
Деви усмехнулась, ее глаза заблестели, погруженные в воспоминания о темных днях. Она села, пристально глядя на него. — Может быть. Но ты пришел не для того, чтобы вспоминать мое мрачное прошлое. Чего ты хочешь, Алистер.
Алистер выудил фотографию из кармана и передал ей. — Выглядит знакомо?
Она по-деловому осмотрела ее и покачала головой. — Я его не видела.
— Он будет на рынке сегодня вечером. Мне нужно туда пройти.
Она взглянула на него, мелькнула усмешка. — Ой? Хочешь сорвать вечеринку? Могут быть проблемы с чем-то подобным.
— Ты всегда находишь способ извлечь из этого выгоду, — сказал он.
— Верно, — усмехнулась она, возвращая ему фотографию. — Итак, ты хочешь пройти. Я полагаю, ты догадался, где это. Но что-то подобное далеко не бесплатно.
— Золота, которое ты у меня отняла, недостаточно?
— Оно мое, это честно и справедливо.
— Едва ли справедливо, — проворчал Алистер.
— Может быть... — Она посмотрела на него, внимательно осмотрела. — Кто ты сейчас, Алистер?
— Что ты имеешь в виду?
— Ты агент криминалистической службы? Шпион? Торговец? Рабочий?
Алистер наблюдал за ней. Видел, как ее рука блуждает по пуговицам ее униформы. — Ну, это зависит от обстоятельств, — сказал он, вставая и подходя к ней. — Кем ты хочешь, чтобы я был?
Деви ухмыльнулась, но в ее улыбке было что-то страстное, когда она откинулась назад. Она подняла ногу, уперев ступню ему в грудь, держа его на расстоянии. — Я думаю... Мне нужен мужчина.
Алистер взял ее ногу, расшнуровал ботинок и снял его. — Я думаю, что смогу это сделать, — сказал он, впиваясь большими пальцами в изгиб ее ступни.
Деви прислонилась к стене переборки, наблюдая горящими глазами, как Алистер расстегнул ремень и снял штаны, обнажив длинные ноги и острый вырез трусов. Он погладил ее загорелую плоть, пальцы коснулись напряженных мышц ее икр, прикосновение вызвало дрожь желания по ее телу. — Алистер, — пробормотала она. — Ты знаешь, как трудно найти мужчину, который разделил бы со мной постель?
— С тобой? — сказал он, заползая на койку, расслабляя ее спину, расстегивая пуговицы ее куртки. — Я бы подумал, что любой мужчина хотел бы это сделать.
Она засмеялась, ее груди затряслись, когда он стянул с нее жакет, обнажая черный лифчик поверх ее скромной груди. — О, они бы хотели. Но они того не стоят. У них у всех руки в крови.
— Мои едва ли чище, — сказал он, расстегивая ее лифчик и освобождая ее груди, темные соски которых затвердели от желания.
Ее руки обвились вокруг его головы. Она притянула его ближе. — Не та же грязь, — пробормотала она, ее губы были в дюйме от его губ. Он уловил что-то в ее глазах. Что-то под слоем знойной Деви. От нее пахло потом и кожей. Смешиваясь с ее собственным ароматом, что-то так отчетливо принадлежащим только ей. Но он знал, что она имела в виду. Он заключил ее в объятия, и его губы встретились с ее губами.
Она нежно поцеловала его. Искренне. Ее рот приоткрылся, дыхание стало горячим, когда его язык заиграл с ее языком.
Она застонала, когда его пальцы скользнули вниз по ее боку к трусикам, поглаживая горячую впадинку прямо под ними. Она прервала поцелуй, задыхаясь, ее глаза потемнели от вожделения.
— Нечестно, — засмеялась она. — Я должна взять на себя инициативу.
— Ты этого действительно хочешь? — спросил Алистер, проводя большим пальцем по ее дрожащей вульве.
Она застонала, выгибаясь под ним. — Ммм. Может быть... на этот раз... Я предоставлю это тебе.
— Позволь мне выразить тебе свою признательность, — сказал Алистер, соскальзывая с нее и одновременно стягивая с неё трусики.
— Что ты, о...! — выдохнула она, когда его губы встретились с ее нижними складочками. — Мммм... О, Алистер. Продолжай в том же духе, и я, возможно, просто... э-э... прощу тебя.
Алистер усмехнулся, его язык скользнул вверх по ней, пробуя на вкус ее горячую щелку. Он погрузил свой язык внутрь нее
Ее руки сжали его волосы в кулаки, ее бедра приподнялись, толкая его лицо глубоко в ее горячую ложбинку.— Ммммм! Да! Глубже, Алистер. О, мужчины всегда такие... ах... им неохота туда спускаться.
— Тогда они несчастные люди, — ответил Алистер, обдавая горячим дыханием ее холмик.
Она, задыхаясь, рассмеялась, притягивая его лицо обратно к своей щели. Он держал ее за бедра, лаская языком ее влажную пизду. Она застонала, прижимаясь к нему. Он чувствовал, что она близка к своему пределу. Со сдавленным криком она дернулась, сильно рванула его к себе и кончила, пропитав его лицо своими соками.
Когда ее оргазм утих, она отпустила его голову. Алистер отстранился, задыхаясь.
— Боже, — сказал он. — Тебе действительно это было нужно.
Она схватила его за рубашку спереди и притянула к себе. — Заткнись и выеби меня, — прорычала она.
— Ну, если ты настаиваешь, — сказал он, высвобождая свой член.
Она выгнулась дугой, когда он вошел в ее тугие глубины. Застонав, смеясь от затаенного желания, она притянула его ближе, жадно целуя, не заботясь о том, что ее соки увлажняют его лицо. Он нетерпеливо откликнулся, толкая свой хер внутрь нее, проникая в ее сжимающие глубины.
— Ах, — выдохнула она. — Вот и все... ммм... просто так. Так нетерпеливо, Алистер.
— Ты из тех, кто умеет говорить, — выдохнул он, его бедра толкали его в нее, ее собственные приподнимались навстречу его толчкам.
— С тобой, да, — вздохнула она, снова целуя его и покусывая его губу. — Я скучаю по тебе. Ты должен присоединиться ко мне, Алистер. Мы могли бы так много сделать вместе.
— Боюсь, что нет, — выдохнул Алистер. — Хотя это и заманчиво.
— Нельзя винить... девушку за попытку....
— Это слишком... верно....
Она застонала, когда он ускорил темп. Каждый толчок в нее заставлял ее голову кружиться от удовольствия. Ее эпицентр болел, ее пальцы царапали его спину от напряжения приближающегося оргазма. — О... о, Б-Боже! — Она вскрикнула, выгибаясь под ним, снова кончая. Алистер застонал, когда ее глубины сжались, как тиски, вокруг его члена. Он кончил, семя запульсировало в ней, все его тело содрогалось от этого экстаза.
Он задыхался, его член размяк. Он вытащил его из нее, и было собрался отстраниться, но ее руки напряглись.
— Останься, — пробормотала она, притягивая его обратно к себе, ее упругие груди смягчали напор. — Останься со мной сегодня вечером.
— Рынок....
—. ..будет поздно, поздно сегодня вечером, Алистер. Еще есть время.
— И ты проведешь меня туда?
— Я так и сделаю. Но....
— Не волнуйся, — сказал он, целуя ее в шею, перекатываясь на бок и нежно поглаживая ее грудь. — Подними меня на борт, и я сделаю все остальное.
— Такой высокомерный, — усмехнулась она, поглаживая его грудь. — Но полагаю, что с этим я справлюсь.
— Рад это слышать. Ты же знаешь, у меня немного поджимают сроки.
— О? И кто она такая?
— Кто сказал, что это она?
Ее глаза блеснули в темноте. — Ты никогда не мог устоять перед вызовом, Алистер. И ничто так не бросает вызов мужчине, как женщина.
Он скривил губы. — Она просто какая-то женщина, завербованная Директором. Не о чем беспокоиться.
Деви замурлыкала, ее руки играли с его волосами. Затем она прижалась к нему, вздохнув, когда ее глаза закрылись, расслабляясь в объятиях своего возлюбленного, в то время как колокола порта низко звенели над рекой.
Оплата счетов
Одра поерзала на своем месте, сидя рядом с Рафаэлем. Глаза грузного араба были прикрыты веками, как будто он спал, но она чувствовала, что он смотрит на нее. Его запах наполнил машину. Эта его любопытная, густая смесь. Она была раздражена, обнаружив, что он сказал правду. Ее пизда действительно немного болела при воспоминании об их совокуплении. И она обнаружила, что ее странно влечет к медлительному арабу.
Ее выбор наряда не помог делу. Короткое черное платье, облегавшее ее фигуру, подол едва доходил до колен. Ее волосы были собраны в пучок, а макияж сделали девушки Рафаэля.
Она была удивлена, что у него были такие роскошные женщины по вызову, но потом вспомнила, с кем имеет дело.
— Нам надо еще раз рассмотреть мое прикрытие, — сказала она, больше из-за досады, чем из-за его кажущейся сонной незаинтересованности.
Рафаэль пошевелился, тихо вздохнув. — Ах, моя западная звезда. Здесь нечего бояться. Хотя это правда, что твое сияние ослепляет мужчин твоей красотой, они не должны заглядывать слишком глубоко. Мужчины, которые посещают эти мероприятия, не могут оценить истинную глубину даров небес, дарованных им. Они скорее раздавят цветок, чем вдохнут его аромат. Вдавите его между страницами книг, как бы углубляя поэзию, чьи слова никогда не смогли бы описать такую красоту, как твоя. Многие мужчины приводят с собой женщин. Это красивые вещи, как фарфоровые куклы. Они держат их в руках, это не более чем украшения из плоти, достойные лишь восхищения.
— О? — сказала Одра, невольно забавляясь. — А разве я не такова?
Рафаэль посмотрел на нее, и она почувствовала, как ее сердце забилось быстрее от ленивого вожделения, вспыхнувшего в его темных глазах. — Ты? Ах, моя дорогая. Ты — настоящая драгоценность. А они лишь камни, которые можно вставить в кольцо. Ты — алмаз, достойный короны королевы.
Она ахнула, когда он лениво коснулся ее груди, нежно сжимая чувствительный холмик. — Р-Рафаэль, мы скоро прибудем. Это не....
— Ах, моя роза пустыни, — вздохнул старый араб, наклоняясь над ней и нежно массируя ее нежные груди. Перекатывая затвердевшие бугорки ее сосков в своих пальцах. — Будь ты моей невестой, я бы каждый день показывал тебе твою ценность. Каждый день я прикасался бы к тебе и доводил бы тебя до таких высот наслаждения. Этот старый Бык никогда не откажет тебе в удовольствиях плоти. Он каждую ночь возносил бы тебя на вершины экстаза.
Одра извивалась, ее тело предавало ее под опытными прикосновениям пожилого мужчины. — Моя...моя одежда, Рафаэль....
— Не бойся. Они будут смотреть на тебя, мой цветок, но увидят только твои лепестки. Дорогая куртизанка, купленная стариком, чтобы доставить ему удовольствие этой ночью. Ах, но они не смогут видеть больше, чем простую женщину, и ни о чем не догадаются о тебе. Ах, — вздохнул он, поглаживая ее. — Мне почти жаль их. Ибо, воистину, сам Аллах послал тебя в этот мир, чтобы люди восхищались тобой.
Ее сердце учащенно забилось. Расплавленная похоть разлилась у нее в животе. Ее раздражение по поводу его незаинтересованности исчезло. Теперь беспокойство о том, что она может кончить еще до того, как приедет, взволновало ее. Она ахнула, почувствовав, как тяжесть сонного араба давит ей на бок. Его губы касаются ее шеи, покусывают плоть. — Мннн! Р-Рафаэль... Мы должны... должны остановиться... Мы уже близко....
— Ах, моя звезда. Скажи слово, и я это сделаю. Но твое тело говорит, прикасайся ко мне еще, и этот старик будет слушать его, пока ему не скажут иначе, потому что оно приводит убедительные аргументы.
Она застонала, когда его губы проложили путь вверх по ее шее и нашли ее губы. Она извивалась рядом с ним от беспомощного желания. Краем глаза она заметила темную громаду контейнеровоза на фоне ночного неба. Прожекторы светились на его ржавом корпусе, высвечивая потертые белые слова "Аргаэль. Приемка и материалы".
— Р-Рафаэль..., — простонала она.
Машина остановилась среди множества других. Где-то она нашла в себе силы оттолкнуть его от себя. — Остановись, — выдохнула она, ее лицо раскраснелось, губы припухли и покраснели от желания. — Остановись, Рафаэль. Мы приехали.
Рафаэль отстранился с усталым вздохом, но в его глазах заплясало веселье, когда он взглянул на ее растрепанное лицо, на ее щеки, раскрасневшиеся от вожделения. — Очень хорошо, моя милая. До следующего раза.
Его обещание заставило ее сердце замереть, когда он открыл дверь и вышел из машины. Одра мысленно пнула себя. Нахмурившись, она открыла маленькое зеркальце и сердито поправила прическу. Его уверенность в ее конечном подчинении раздражала ее. Но такая убежденная уверенность, его умение точно знать, как заставить ее ахнуть, заставили ее сгорать от желания к нему. Жаждать его прикосновения к ее чувствительной груди.
Она поймала себя на том, что смотрит в зеркало, и захлопнула его. Она открыла дверцу машины, разглаживая платье, стараясь не обращать внимания на горячую влажность трусиков. Рафаэль улыбнулся ей кокетливой, понимающей улыбкой и предложил руку. Она слегка покраснела, взяв его, и он повел ее к ожидающему трапу.
Она приветствовала тот факт, что была не единственной женщиной. Некоторые явно были с мужчинами, другие — сами по себе. В целом это было легко определить. От женщин, которые были там одни, всегда веяло опасностью. Тигриная быстрота глаз и движений, походка с легкой грацией человека, который знал, как держать себя в руках. Те, кто шел с мужчинами, были более спокойны. Она чувствовала в них едва уловимую искусственность. Атмосфера покорности. Каждый их шаг приближал их к спутникам, как будто они были просто еще одним украшением, в то время как их бриллианты и драгоценности сверкали в свете прожекторов, как звезды.
На кого я похожа, подумала она? Она напряглась при этой мысли и гордо зашагала рядом с Рафаэлем. Она почувствовала его взгляд, и его рука с одобрением легла на ее руку. При этих словах она слегка покраснела
В конце концов, что еще могло быть у такой привлекательной молодой женщины с полным, ленивым пожилым мужчиной рядом с ней?Хорошее прикрытие, твердо подумала она. Он притягивал взгляд.
Их приветствовали люди в коричневой форме египетских военных. Фальшивые или настоящие, Одра не знала.
Это могло быть и то, и другое. Столько денег не сошлось бы без смазки некоторых колес, и она заметила нескольких мужчин в длинных белых одеждах нефтяных принцев.
Затем они оказались на борту. Охранники здесь были менее заметны, одетые в темные костюмы и затемненные очки. Спустившись по нескольким ступенькам, они вошли в трюм, где находился настоящий рынок.
Одра бывала на подобных мероприятиях. Внутренняя часть была очищена от массивных контейнеров, которые обычно заполняли трюм. Некоторые остались, повернулись на бок, открылись, чтобы показать свои незаконные товары потенциальным покупателям. Весь корабль был заполнен мужчинами и женщинами, продававшими украденное оружие у ящика. Трюмы, предназначенные для оптовых покупателей, проходы для более частных встреч. Покрытые шрамами наемники со своими представителями передвигались, болтая с военачальниками и контрабандистами. Был и рынок рабов, и Одра смотрела на несчастных существ, которыми торговали, с уколом жалости.
Она оглядела толпящихся людей. Бурлящее, обнаженное черное сердце подземного мира на полном обозрении. Тусклый свет, мерцающий на необработанной стали. Острый запах краски, масла, нищеты и денег.
Вдалеке она услышала резкий щелчок пистолета, когда кто-то проверял товар. Низкий, монотонный голос аукциониста пробормотал сквозь шум, когда он торговал своим состоянием. Она была внутри. Наконец. И точно так же она знала, что ей нужно начать свои поиски. И все же она обнаружила, что ей странно не хочется терять присутствие Рафаэля. Она неуверенно помедлила, но в конце концов заставила себя отстраниться.
— Я скоро увижу тебя, моя роза пустыни.
Она оглянулась на его понимающие слова. Широкоплечий мужчина понимающе улыбнулся, его глаза были темными и злыми. Одра покраснела, затем ухмыльнулась. — Может быть, ты так и сделаешь, Рафаэль. Может быть.
Она почувствовала себя немного лучше, когда повернулась и пробралась сквозь толпу, взяв бокал шампанского с подноса официанта. Смех Рафаэля доносился ей вслед, когда она прокладывала себе путь среди людей, обращая пристальное внимание на лица, пристально вглядываясь в них.
— Добрый день.
Одра остановилась, повернулась. Рядом с ней стоял мужчина. У него было свирепое, ястребиное лицо, и он был одет в тяжелую куртку с эполетами на плечах, как плащ. Под ним был аккуратный костюм, скроенный так тщательно, что на нем не было ни морщинки, ни шва, как будто он был сшит машиной. У него была резкая манера двигаться.
Экономичный, без лишних жестов. Только конечность, о которой идет речь, двигалась, в то время как остальная часть его тела оставалась неподвижной. От этого у Одры по коже побежали мурашки. Загорелый, он был похож на испанца, а один глаз был прикрыт повязкой. Попугай сидел у него на плече, склонив голову набок и разглядывая ее.
— Сильвестр Стерлинг, — сказал мужчина, слегка склонив голову. — Очень приятно.
Одра улыбнулась в ответ, не выказывая своего волнения. Этот мужчина показался ей холодным. Не просто холодным. Ледяным. Ее подозрительность сразу же обострилась. — Амелия Ламен. Взаимно, — ответила она, протягивая руку.
— С удовольствием! — пропищал попугай, подпрыгивая.
— Не обращай на него внимания, — сказал Стерлинг отрывистым голосом. — Он слишком много болтает.
— Крик! Отшлепай меня сильнее!
Глаза Одры метнулись к птице, потом снова к Стерлингу. Его лицо оставалось бесстрастным. — Вам нравится мой рынок?
— Ваш? — спросила Одра.
— Так и есть, — сказал он, указывая на темное чрево корабля. — Мой. Что ж, давайте предположим, что я являюсь представителем наших отраслей в этом деле. Я делаю эту работу для своих благотворителей, которые предпочли бы остаться неизвестными. И мы берем часть прибыли. В целом выгодное соглашение, я нахожу.
— Крик! Кончай мне на лицо!
— Это впечатляющее соглашение, — искренне сказала Одра.
— Я рад, что вы так думаете, — сказал он. — Я так понимаю, вы знаете Рафаэля? Вы чуть не повисли у него на руке.
Одра слегка покраснела. — Ах, да. Мы знали друг друга с давних пор. Он всегда хочет переспать со мной.
— Вряд ли можно винить его за такой хороший вкус, — сказал Стерлинг без намека на улыбку.
— Еби меня сильнее, папочка! Крак!
С всёвозрастающим усилием Одра продолжала смотреть на мужчину, стоявшего перед ней. Она провела большим пальцем по краю своего стакана. — О? — сказала она, вдыхая, ее груди набухли под низким верхом платья. — Что-нибудь интересное продается сегодня вечером?
— Естественно, — сказал Стерлинг. — Рынок всегда привлекает самые интересные товары в наш трюм. — Крик! Две дырки рядом!
— Твой э-э... попугай довольно красноречив.
— Да. Приводящее в бешенство существо. Он забрал мой глаз.
Одра взглянула на повязку, которую он носил. — Это... должно быть, было больно.
— Так и было, — сказал Стерлинг, взмахивая своим стаканом. От странной, резкой экономичности движений волосы на шее Одры встали дыбом. Он сделал жест, и от резкого движения содержимое его стакана закружилось у края, хотя ни одна капля не перелилась через край.
— Вон там находится настоящий приз вечера.
Одра обернулась, и у нее перехватило дыхание при виде знакомого лица.
Фотография не была лестной, но потребовалось бы многое, чтобы Ричард Мэйвью выглядел хорошо. Он стоял, сжимая в руке бокал с вином, оборонительно ссутулив плечи в своем тусклом, плохо сидящем костюме, и выглядел раздраженным почти всем. У него был жестокий изгиб рта и прищур, глаза бегали с затравленным видом труса. Взгляд человека, убежденного, что весь мир стремится заполучить его. Да, подумала Одра. Такой человек предал бы свою страну, если бы думал, что может извлечь из этого выгоду.
Пара охранников в темных костюмах стояла рядом. Она задавалась вопросом, купил ли он их сам или они были предоставлены ему? Ее глаза пристально задержались на их лицах, скрытых темными очками.
Может быть...
Одра потягивала свой напиток, наслаждаясь обществом Ричарда. Похоже, он был далек от популярности.
За исключением его охранников, его единственным спутником была богато выглядящая карга в больших очках и чем-то похожим на мертвую ласку, обернутую вокруг ее шеи. Вместо куртки на ней, похоже, была толстая меховая шуба, под которой виднелись неопределенные бугорки грудей. Было до боли очевидно, что Ричарду не нравился разговор со своей хриплой партнершей, он постоянно пытался отодвинуться, но только для того, чтобы женщина коснулась его руки, разразившись еще одним громким смехом. Они привлекали больше, чем несколько взглядов, и все избегали этой парочки.
— Ричард Мэйвью, — сказал Сильвестр. — У него есть кое-какая интересная информация от его бывших сотрудников.
Слишком верно, подумала она, быстро оглядывая комнату. У Америки было много врагов, и даже ее друзья были бы более чем счастливы узнать о любых ее оперативниках, которые могли находиться в их странах. Такова игра в шпионаж.
— А Вы его нынешний?
— Ага, — сказал Сильвестр, его смех, как и у него, был резким. Резкий. И совершенно без чувства юмора. — Нет. Мы просто предоставляем ему место проведения торгов. И немного безопасности.
— Крик! Орал за секс не считается! Орал за секс не считается! Крак!
— Хорошо, — сказала Одра, с величайшим усилием игнорируя попугая. — Тогда, полагаю, мне следует представиться. — Взяв второй бокал у проходящего официанта, она пересекла комнату.
Ричарду не потребовалось много времени, чтобы заметить приближающуюся знойную блондинку. Отчасти потому, что он совершенно очевидно смотрел куда угодно, только не на свою нынешнюю спутницу. Одра почувствовала, как его настороженный взгляд пробежался вверх и вниз по ее телу, задержавшись на ее выпуклых грудях и широких округлых бедрах.
— Вы, должно быть, Ричард, — сказала Одра с улыбкой.
Подозрение мгновенно обострило его взгляд. — Что! Кто Вам сказал? Это был он?
Он указал на одного из своих телохранителей, у которого было деревянное выражение лица человека, глубоко пересматривающего свой жизненный выбор.
— Да о Вас говорят на рынке! — сказала она.
— О. Что ж...
Боже, он отвратителен, подумала она, наблюдая, как его хорьковые глаза подозрительно оглядываются. Его губы дергаются и кривятся.
— О да, — сказала Одра, передавая ему второй стакан. Он взял его, настороженно разглядывая. — Сегодня все, кто здесь есть, знают Ваше имя. Мы все с нетерпением ждем, когда начнут поступать предложения.
— Не удивлен, — приосанился Ричард. — Знаете, это действительно меняет правила игры. Люди убили бы меня, если бы узнали, что у меня есть. Убили меня во сне! Но я им показал. Показал им всем! — Он захихикал, дико ухмыляясь, когда его глаза закатились на черепе.
Да, улыбайся, скользкий ублюдок, подумала Одра, ни разу не дрогнув и изливая обожание. Она придвинулась ближе, обняв его за плечи. — О да. Я слышала, у тебя есть то, за что любой информационный брокер отдал бы свою правую руку. Скажи мне, — выдохнула она, прижимаясь к нему, удерживая его руку между своими пухлыми грудями. — Ты принимаешь.
частные предложения?Его глаза резко опустились, уставившись в глубокую ложбинку ее грудей. Его лицо покраснело от желания и выпитого. — Может быть, — сказал он, обнимая ее одной рукой. Она заставила себе не вздрогнуть, когда его рука грубо ощупала ее пухленький задик. — Я думаю, мы могли бы немного договориться.
— О, нет, дорогой! — воскликнула крупная женщина в меховой шубе.
— Сделайте шаг назад, мэм, — сказал один из охранников, вставая между женщиной и Ричардом.
— Может быть, мы сможем поговорить побольше... наедине, — выдохнула Одра.
Ричард оглянулся на огромную женщину и с облегчением кивнул. — Да. Я думаю, мы сможем. У меня есть комната. Настоящая приватность...
— Отлично! — выдохнула крупная женщина. — Я никогда...! — Они оставили ее утешаться с ошеломленным нигерийцем, пока пересекали комнату по направлению к одному из разветвленных туннелей корабля. Одра заметила двух охранников, следовавших за ними, и выругалась про себя. Ну и ладно. Она разберется с ними, когда придет время. В данный момент она прижалась к своему спутнику сильнее, поглаживая его руку.
— Как же ты украл такую бесценную информацию? — вздохнула она.
Ричард усмехнулся, подергивая глазом, когда он провел ее через дверь и вниз по одному из темных коридоров глубин корабля, трубопроводы ползли в лабиринте по потолку.
— Ну, конечно, это было нелегко. Я должен был дождаться своего шанса и воспользоваться им. В Пентагоне хорошая охрана. Очень хорошая. Но я обошел их стороной. Они даже никогда не подозревали меня.
— Конечно, — сказала Одра, поглаживая его по плечам. — Мужчина должен использовать свои возможности.
Ричард с энтузиазмом кивнул, проливая немного напитка на рубашку. — Не беспокойся об этом. Я знал, что это рискованно, но награда того стоила. Что это было!
— Что?
Голова Ричарда повернулась на длинной шее, как перископ. — Ты слышала шепот?
— Э... Нет.
Ричард нервно облизнул губы, как ящерица. Одра, собрав все силы воли, сильнее прижалась к нему. — Ты, должно быть, действительно умен.
— Да, — сказал Ричард, дикие глаза снова сфокусировались на ней. — Да. Едва ли даже нуждался в помощи Стерлинга. Использовал его, видишь ли. Так я сюда попал. Он пригласил меня. Хотел купить сам. Но я бы этого не допустил. Заставил его попотеть, — радостно сказал Ричард. — Заставил его заплатить и за это тоже! Думаешь, он может контролировать меня? Меня! Когда я пошел на весь этот ебаный риск! Ха! Маловероятно!
— Ооо, — выдохнула она, прислоняясь к нему. — Ты такой умный! Он у тебя?
— Я точно не мог рисковать, оставляя его кому бы то ни было.
Они поднялись на верхние палубы, где обычно размещался экипаж. В коридоре выстроились каюты. Взявшись за дверь одной из них, Ричард открыл ее, впустив их в обычную комнату. Ричард заглянул внутрь, оглядываясь по сторонам. Затем, рывком, он втащил ее внутрь, развернул и прижал к стене. Она вздрогнула от толчка и от внезапного грубого, небрежного прикосновения его губ. Когда он грубо лапал ее, сжимая ее бедро до тех пор, пока она не ахнула, она размышляла о том, каким нежным и одновременно настойчивым был с ней Рафаэль. Мальчишка, с презрением подумала она о мужчине, набросившемся на нее руками и ртом.
Но она играла на его фантазии, зная, что его эго было его слабостью. Она застонала, прижимаясь к нему, и, даже, если бы она переигрывала, Ричард вряд ли был тем мужчиной, который заметил бы это.
— Да, — выдохнула она, когда одна из его рук грубо схватила ее за грудь, сжимая ее через облегающую черную ткань платья. — Такой храбрый, — горячо сказала она.
— Я знаю это. — Его глаза горели расплавленной похотью. — Ты хотела бы его увидеть?
— Очень, — простонала она, и ей не нужно было притворяться взволнованной. — Покажи мне свой триумф.
Ричард ухмыльнулся. Он сунул руку под рубашку и вытащил небольшой жесткий диск, завернутый в защитный черный футляр. Он свисал с золотой цепочки, и Одре пришлось подавить смех от того, насколько все это было броско.
— Ооо, — простонала она, поглаживая его грудь. — Удивительно.
— Да, — ответил он. — Это мое состояние.
— Какая сообразительность, — выдохнула она.
— Да, — сказал он, снова целуя ее. Он задрал ее платье, затем взглянул на двух охранников, наблюдавших за ним. — Вы двое. Отвести взгляд. И закройте дверь! Здесь не может быть никакого чертова уединения!
— Сэр, мы...
— Тихо! Делате, как я говорю!
Двое мужчин посмотрели друг на друга, затем закрыли тяжелую металлическую дверь.
— Они шпионят за мной, ты же знаешь, — прорычал Ричард. — Прослушивали мою комнату. Но я их откорректировал! Здесь нас никто не услышит. А теперь, — сказал он, похотливо ухмыляясь, грубо обхватывая ее задницу через тонкую ткань платья, — давайте обсудим предложения.
— Оооо, давай, — простонала Одра. Его палец коснулся ее складок через трусики, и он жадно ухмыльнулся.
— Уже мокрая? Какая же ты шлюха!
Одра подавилась смехом. — О да! — простонала она. — Я ничего не могу с собой поделать перед таким сильным мужчиной.
Она обняла его за шею, наклонилась и крепко поцеловала. Когда его язык коснулся ее, ее пальцы ловко расстегнули защелку ожерелья. Она отстранилась, застонав, когда потерлась о него. Она прижала свои пухлые груди к его груди и ослабила хватку на цепочке, заставив жесткий диск скользнуть в глубокую ложбинку своих сисек.
Ричард не заметил этого, с упоением набрасываясь на нее. Она стонала, впиваясь ногтями в его спину, пока он целовал ее.
Она пошевелилась, ее трусики упали, обнажая нежную пизду. Ей нужно было сделать это быстро.
— Трахни меня, — простонала она.
Ричард хмыкнул. — С радостью. — Он потянулся вниз, возясь со своими штанами и освобождая свой хуй.
Затем замер.
Страх, как ледяная вода, пополз по спине Одры, когда он ощупал свою шею, почувствовав внезапную потерю веса. Его глаза быстро огляделись, затем остановились на ней. — Где он? — спросил я. — прохрипел он.
— Что? — спросила она.
Его руки схватили ее за плечи. — Жесткий диск. Мой жесткий диск! Где он?
— У тебя на шее.
— Нет, это не так, — прорычал он. Его руки нашли ее, обхватили за горло. — ГДЕ? ОН?
Она поперхнулась, вздрогнув, когда он сжал ее. Мир замерцал. Паника затрепетала в ее груди. Но она боролась с этим. Задушить его. Она подняла ногу и ударила шипом каблука по пальцу ноги.
Ричард закричал. Он отпрыгнул назад, рефлекторно отпустив ее и наклонившись, чтобы схватиться за ногу. Как только он это сделал, Одра подняла колено и ударила им в его опускающееся лицо. Ричард с грохотом ударился о противоположную переборку, бесчувственно сползая на пол, его сломанный нос превратился в месиво из крови и хрящей.
Одра судорожно вздохнула, потирая горло. Щелкнули пистолеты. — Не делай глупостей.
Очень медленно Одра повернулась к двум охранникам. Они стояли в открытом дверном проеме, привлеченные шумом. Она посмотрела на их пистолеты, безошибочно нацеленные на нее. Она медленно подняла руки. Ее сердце бешено колотилось от адреналина. — Я... не думаю, что один из вас хотел бы направить свой пистолет на другого? — тихо спросила она.
Двое мужчин обменялись взглядами. Повернулись к ней: — Нет.
Раздался глухой удар, и один из охранников рухнул на пол. Другой обернулся и увидел пухлую женщину в меховой шубе, держащую в руках сумочку.
— Как грубо! — сказала ревущая женщина. — Угрожать такой молодой женщине! Неужели тебе не стыдно, дорогуша!
— Кто это... — Зубы второго охранника щелкнули на последнем слове, когда сумочка врезалась ему в подбородок, сбив его с ног и с грохотом уложив на пол.
Одра уставилась на три тела. Затем она посмотрела на массивную женщину.
— Это твоя маскировка? — недоверчиво спросила она.
— Хорошо сработала, — сказал Алистер, снимая массивное меховое пальто, открывая более скромный костюм и галстук под ним. Он отшвырнул очки и схватил ее за руку. — Давай же! Кто-нибудь обязательно придет из-за этой шумихи!
— Конечно... дорогуша, — сказала Одра, чувствуя головокружение от адреналина.
— Ой, заткнись, — проворчал Алистер, таща ее по коридору.
Их шаги эхом отдавались по лязгающим палубам. Проходя по узким проходам, выложенным извилистыми трубами. Поднявшись по последней лестнице, они поднялись на палубу корабля. Вокруг них сгустилась ночь, разбитая фонарями вдоль доков и складов. Взяв ее за руку, Алистер потащил ее в заднюю часть корабля.
— Мисс Ламен. Надеюсь, Ваша встреча была плодотворной?
— Крик! Плодотворной!
Они замерли. Одра изобразила спокойную улыбку и повернулась лицом к говорившему. Стерлинг вышел из тени двух брошенных транспортных контейнеров, его единственный глаз был прикован к ней. Двое охранников в костюмах последовали за ним.
Алистер стоял рядом с ее рукой, его хватка слегка усилилась. Одра медленно вздохнула, ее мысли лихорадочно метались.
— Ах! Моя звезда!
Оба посмотрели, как Рафаэль, покачиваясь, вышел из темноты. Крупный мужчина просиял, его белая одежда буквально сияла в ярком свете прожекторов. Он протиснулся мимо людей Стерлинга и поймал руки ошеломленной Одры, притягивая ее в требовательном поцелуе.
Одра застонала от удивления, ее губы приоткрылись навстречу языку Рафаэля. Она слегка задрожала, прижавшись к его широкому животу
— Ах, моя дорогая! Так вот где ты пряталась. О, как ты меня беспокоила! — Он посмотрел на Алистера. — Благодарю вас, сэр, за то, что сопровождаете мою самую драгоценную жемчужину.— Вовсе нет, — сказал Алистер, спохватившись и отвесив быстрый поклон. — Такую женщину нельзя оставлять одну. Кто знает, в какие неприятности она может попасть?
Одра покраснела, его слова вернули ее в "здесь и сейчас". Ее мысли лихорадочно метались. Она внезапно всхлипнула, бросившись к Рафаэлю и обхватив руками шею своего здоровенного любовника.
— Рафаэль! О, это было ужасно! Я встретилась с мужчиной. Он сказал, что у него есть что мне продать, но он... он....
Рафаэль коснулся ее волос, поглаживая золотистые локоны и издавая успокаивающий звук. — Моя дорогая. Успокойся. У такой красавицы никогда не должно быть причин плакать! Что случилось?
Одра шмыгнула носом. — Ричард Мэйвью. Он... он пытался воспользоваться мной! Напал на меня в своей собственной каюте.
Бровь Стерлинга дернулась вверх. — О?
— Да! — Одра чуть не плакала. — Он пытался изнасиловать меня. Мне пришлось ударить его по носу, чтобы он отвалил от меня! И... и не успела я это сделать, как какая-то женщина в нелепой шубе и с самым раздражающим смехом ворвалась внутрь и ограбила его. О, она была просто ужасна! Я была так подавлена! Это... — Она задохнулась, закрыв лицо руками, плечи сотрясались от рыданий. — О Боже....
Стерлинг долго смотрел на нее. —. ..Я немедленно займусь расследованием происхедшего, мисс Ламен.
— Крик! Свяжи меня и отшлепай! Свяжи меня и отшлепай! Крак!
— Я бы на это надеялся! — возмущенно воскликнул Рафаэль, притягивая лицо Одры к своей груди. Он напевал, мягко поглаживая Одру по волосам. — Вот так, моя звезда. Моя милая. Дорогая моя. Не бойся. Ах, — вздохнул он, опустив голову в отчаянии, когда его блуждающие руки погладили ее тело. — Но я могу понять его отчаянное рвение. Ибо кто мог бы смотреть на тебя без пламени вожделения. Да! Более слабый человек легко подчинился бы такому пламени. Мог бы сделать все, чтобы обладать такой женщиной, хотя бы на мгновение. Вот. — Он вложил ей в руку несколько ключей. — Поезжай домой, моя западная звезда. Я не буду доверять самообладанию людей на этом судне. Мы... поговорим в другой раз.
Рука Одры сомкнулась на ключах. Она поймала сияющий взгляд Рафаэля. Увидела там вспышку обещания, от которой у нее задрожали колени, а в животе разлилось тепло вожделения. Она покраснела, смутившись.
— Д-да. Спасибо, Рафаэль.
— Проводи даму до машины, хорошо? — Сказал Рафаэль Алистеру. — Я бы не хотел, чтобы что-то случилось с такой драгоценной женщиной.
Одра ничего не сказала, изображая рыдающую жертву, когда Алистер встал рядом с ней, направляя ее к трапу, ведущему с корабля. Проходя мимо, она почувствовала, как Стерлинг одним глазом смотрит ей в спину, изучая ее. Это ощущение сохранялось до тех пор, пока они не сошли с корабля. Машина Рафаэля громыхала, когда они мчались по узким переулкам глубокой александрийской ночи.
Эпилог
Директор восхищенно поднес жесткий диск к свету. — Молодец, Виксен!
Одра просияла, сидя и наклонив к нему голову. Они сидели на веранде кафе в Амстердаме, вокруг них раскинулся красочный город. Люди Старого Света называли это так, и под тяжестью столетий во фламандских зданиях она могла видеть в этом правду. — Спасибо, Директор. Это было нелегко, но я справилась с работой.
— Ты так и сделала. И, есть какие-нибудь новости об Алистере?
Одра прикусила нижнюю губу. — Хм... Нет. Я не видела его с тех пор, как мы приземлились.
— Хорошо, — сказал Директор, поворачивая жесткий диск, заставляя его исчезнуть в руке также умело, как какой-то фокусник. — Я уверен, что он появится. Пентагон будет рад узнать, что их секреты сегодня в безопасности. А теперь, не хочешь ли ты что-нибудь заказать?
Одра улыбнулась, вставая со своего места. — Нет, спасибо, Директор. Мне бы действительно не помешал перерыв после всех этих волнений.
— Без сомнения. Возьми несколько выходных. Я буду на связи.
Одра слегка улыбнулась, слегка поклонилась и оставила Директора позади. Вдоль улицы слабо мерцали каналы, ее отражение покачивалось, когда она шла. На углу она поймала такси и поехала в небольшой частный отель, расположенный недалеко от знаменитого квартала красных фонарей Де Валлен. Она поздоровалась с консьержем и поднялась на лифте в свой номер.
Приоткрыв дверь, она остановилась, разглядывая сцену внутри. Алистер уставился на нее с кровати, руки и ноги были привязаны к четырем столбиками, оставив его распростертым орлом. Его обнаженное тело, стройное, но мускулистое, напряглось. Лишь шелковые полоски удерживали его.
— Понравилась встреча? — раздраженно спросил он.
Одра воспользовалась моментом, чтобы насладиться видом своего соперника, прежде чем захлопнуть за собой дверь ударом бедра.
— Очень. Особенно потому, что мне не нужно было беспокоиться о чьем-то несвоевременном вмешательстве.
— Да. Очень умно. А теперь, будь добра, развяжи меня.
— Я должна сказать, — сказала Одра, игнорируя его просьбу, снимая куртку, вешая ее на стул и оставаясь в синей блузке и облегающих брюках, — ты действительно помог мне на этом корабле. Как бы мне ни было противно это признавать.
— Забавный способ отплатить мне, — сказал он. — Подсыпать наркотики в мой бокал.
Одра оглянулась через плечо, заметив, что его взгляд задержался на изящных округлостях ее зада.
Она усмехнулась про себя.
— Хорошо, — сказала она, осторожно расстегивая пальцами верхние пуговицы блузки. — Может быть, я смогу придумать что-нибудь более... подходящее для оплаты.
Алистер выгнул темную бровь, когда она снимая блузку, обнажила свои спелые, пухлые груди, обтянутые кружевным темным лифчиком.
— О? — сказал он. — Что ты имела в виду?
— Я думаю, это очевидно, — сказала она, щелкая своим ремнем. Она наклонилась, стягивая с себя брюки, ее трусики последовали за ними. Когда она выпрямилась и повернулась, то с удовлетворением увидела его член, вставший в приветствии ее сливочной плоти.
— Ты могла бы просто спросить, — раздраженно сказал Алистер, но она ясно услышала хрипоту в его голосе.
— Ммм. Могла бы, — сказала Одра, забираясь на кровать. — Но я здесь не для того, чтобы о чем-то просить. Это для тебя, — сказала она, ползая вверх по его телу. Ее пальцы обхватили его член и долго, уверенно поглаживали его.
Дыхание Алистера перехватило, когда она погладила его. Он изогнул бедра, толкаясь в ее раскрытую ладонь.
— О-о?
— Позвольте мне внести ясность, — выдохнула она, оседлав его пах. — Это одноразовая вещь. Ты помог мне на том корабле. — Она схватила его хуй, прижимая его к своей бархатистой пизде. — И это расплата. Потому что я всегда плачу по своим долгам.
Алистер застонал, когда она ввела его член в себя: — Ооо... Хорошо, если ты... используешь этот аргумент....
Ресницы Одры затрепетали от удовольствия. Она замурлыкала, начиная скакать на нем верхом. — Боюсь... ммм... я должна настаивать на нем. На этот раз...
— На этот раз?
— Я не собираюсь делать это привычкой.
— Ах, — вздохнул Алистер, погружаясь в ее горячие глубины. — Что ж. Тогда лучше сделать его... более убедительным.
— Ммм-Ах! — Одра выгнулась дугой, когда его руки взяли ее груди, восхитительно сжимая их. Ее глаза резко открылись, и она увидела, как Алистер мял ее спелые соски с хитрой ухмылкой на лице. С его запястий свисала пара шелковых шарфов. — Е-ебать! Как ты развязал... развязал их?
— Мне все еще нужно сохранить несколько секретов, — ухмыльнулся Алистер.
Глаза Одры вспыхнули гневом. Она бросилась к нему, схватила его за голову и яростно поцеловала. — Ублюдок, — выдохнула она, когда они оторвались друг от друга, губы были в синяках, дыхание между ними буквально дымилось.
Алистер рассмеялся. Но замолчал со стоном, когда ее губы снова сомкнулись с его губами. Она била его хуй своей пиздой, свирепо оседлав его. В их занятиях любовью не было ничего нежного или сладкого. Там был гнев. Ярость. Она трахала его так, как будто дралась с ним, и он согласился с этим, дерясь вместе с ней.
Кусал ее за плечо, когда она царапала его спину. Они наполняли комнату вздохами, стонами и ворчанием от их усилий.
Он кончил первым, и Одра застонала от триумфа, когда он излился в нее. Она схватила его за голову, притянув к своей груди. Когда его губы сомкнулись на ее чувствительных сосках, она, наконец, сдалась, вскрикнула и кончила.
Но бой был далек от завершения. Почувствовав, как он смягчается внутри нее, она крепче сжала его голову.
— О, нет, ты этого не сделаешь, — выдохнула она, ее голубые глаза горели желанием. — Ты не закончишь, пока я не скажу, что ты закончил. Ты получишь свою награду, Алистер, даже если мне придется вливать Виагру тебе в глотку, пока я не буду полностью удовлетворена!
— Я должен сказать, что мне никогда не делали подобных предложений, — сказал Алистер, поморщившись, когда она крепче вцепилась в его волосы.
— Ну, а я не кто-нибудь, — горячо сказала Одра. — А теперь пристегнись, потому что я ненавижу долги, и я собираюсь отплатить тебе за все, что ты сделал на этой миссии. Она наклонилась вперед, чувствуя, как его руки обхватывают ее упругий зад и сжимают его. Она слегка вздрогнула от желания, светлые пряди волос беспорядочно упали вокруг ее лица. — И это будет долгая ночь.
Конец миссии
Павел пишет:
Хороший рассказ. И мальчика хорошо солдат завафлил. Меня бы так.Оскар Даша пишет:
Люблю, когда меня используют мужчины для удовлетворения как "девушку"... В обычной жизни выгляжу обычным парнем с тонкой фигурой. Любовники говорят, что моя попа симпатичнее, чем у многих женщин и сосу лучше всех ;)monkey пишет:
Хотелось бы носить такой пояс рабаsoska10lll пишет:
Класс.🎉🎉 Первый раз я в лагере у Саши стал сосать член. Мне член его нравился толстый и длинный. Саша все хотел мою попу на член. Но я сосал . При встрече через два года на этапе Саша узнал меня и сказал что я соска . Он первый меня имел. Сначала я у него отослал. Потом он поставил меня раком и ...1 пишет:
Как будто одноклеточное писало...фетиш пишет:
Как пахнут трусики твоей девушки, ее сестры и Наташи? Запах сильный или слабый? Какой вкус у ваших выделений? Какая грудь, размер, форма? Какого размера и цвета твои соски? Какие у них киски?Мики пишет:
Рассказ мне понравился но он очень короткий ,только начинаеш проникнуть в нём как уже заканчиваеться . А мои первыи кунилингус ,я сделал жене ,у неё тоже был первыи ,и жена даже не знала про кунилингусе . Инициатором был я ,это произошло на месяц после свадбы ,я даже не предупредил жену об этом ...Mihail пишет:
Ну правда сказать рассказ совсем не понравилься ,извините за мой выражений ,но я всётаки скажу ,эту суку жену мало убивать если не любиш своего мужика разводись сним и наиди себе другого ,не надо развратить мужа и издиваться и унежать его так ,из хорошеного парня сделала тряпочку ,наиди себе ...Mihail пишет:
Мне очень понравилься рассказ ,я медлено прочитал веси рассказ как послушныи малчик ,а ведь у меня уже 57 лет ,но у меня ерекция ,как у молодого парня ,и не впускаю сперму быстро ,могу секс делать с тремя женщинами один чяс без проблем ,но у меня есть одно проблема ,вернее у жены есть, она совсем ...Mihail пишет:
Мне понравился расказ ,сколько бы небыло бы им хорошо но я дуиаю ,что не надо любимому человеку изменять,потомушто измениш перед свадьбои сёравно считаеться что она своего парня сразу же сделала его рогоносецом .PaulaFox пишет:
КлассКсения пишет:
Интересно.я тоже люблю походит голенькой по даче, а так же в общественных местах, надев на себя тоненькие прозрачное платье или в мини юбке, конечно же без трусиков и под ручку с мужем. Стати к этому муж меня и приучил за, что я ему и благодарна!