Часть 6-2. Гарем в Гамбурге. Вечеринка Прайс зашел за нами как раз перед началом вечеринки. Он даже не смотрел на меня, он просто сказал: — Пора, — и жестом предложил нам следовать за ним. Я разгладила юбку, ощущая успокаивающие обводы ключа в маленьком внутреннем кармане. Мы последовали за Прайсом через шумную кухню замка. Официанты и официантки были в замысловатых и чудовищных масках и в костюмах из черного и красного бархата. Они смотрели на нас, когда мы проходили мимо них с обнаженной грудью. Это было первое представление о том, как мы будем выглядеть в течение всей ночи. Большой зал замка был украшен красно-черными флагами. Дорогая и мягкая мебель была внесена и расставлена по всему залу в качестве предложения для участников вечеринки посидеть и расслабиться или сделать что-то еще. По всему залу были расставлены миски с презервативами, лубрикантами и различными секс-игрушками. Здесь мы познакомились с другими членами гарема Бертона Кинга. Их было по меньшей мере дюжина, и, хотя они были разных форм, размеров, расы и цвета волос, у всех у них была большая, натуральная грудь. Их костюмы были более традиционными платьями в немецком стиле, такими как то, которое Бертон заставил меня надеть на аукционе. — Привет, — сказала Бет, махая им. Они уставились на нее с нескрываемым презрением. Бет замолчала. Она была явно расстроена всем происходящим, и я хотела ее утешить, но мои мысли уносились к тому, что уже произошло. Я не могла перестать думать об этом. Я не могла перестать...хотеть большего. — Послушайте меня, — сказала Ольга, обращаясь к нам обеим. — Сегодняшняя ночь очень опасна. Я знаю о таких вечеринках. Женщины, которые не делают то, что хотят хозяева или гости, или делают то, чего они хотят с излишком, или могут вообще исчезнуть. Мистер Бертон Кинг — плохой человек, и все гости сегодня вечером будут очень плохими людьми. Не верьте ничему, что они вам говорят. Я кивнула. Глаза Бет заблестели от слез, но Ольга не отводила от нее взгляда, пока Бет не подтвердила сказанное. — Я понимаю, — прошептала Бет. — Они могут убить нас. — Они не собираются убивать нас, — сказала я и погладила ее по спине, чтобы успокоить. — Ольга просто говорит тебе быть осторожной и осознавать, что ты делаешь и где ты это делаешь. И мы должны присматривать друг за другом. — Да, правильно, — сказала Ольга. — Именно так. Струнный квартет в сопровождении арфиста настроил инструменты и начал разминаться. На них были костюмы, похожие на костюмы официантов, и я предположила, что их наняли местные жители в Германии, а не члены свиты Кинга. Мне было интересно, смогу ли я передать им сообщение или кто-нибудь из них может меня узнать. — Не пытайся, — посоветовала мне Ольга. — Им платят за то, чтобы они помалкивали об этой вечеринке. — Откуда ты так много знаешь о подобных вещах? Ольга поправила лиф платья, поправляя обвисшую грудь. Ее розовые соски были мягкими, несмотря на холодный воздух. Она пожала плечами. Это был весь ответ, который я смогла от нее получить. Перед самым началом вечеринки Бертон забрался на один из диванов и призвал всех к вниманию. Несмотря на то, что он был одет в нелепый костюм, похожий на костюм из какого-то средневекового костюмированного бала, я не могла смотреть на него. Я почувствовала странную боль внутри себя и поняла, что это было извращенное желание, которое я испытывала раньше. Напоминание о том, что мое пленение оказывало странное воздействие на саму суть моей личности. Я отвернулась от Бертона, но прислушалась к его словам. — Те из вас, кто был со мной много лет или всего несколько, знают, чего от вас ждут сегодня вечером. Тем из вас, кто новенькие, я скажу это только один раз: будьте вежливы и внимательны к потребностям моих гостей. Особенно вы трое. Я подняла глаза, и мое сердце забилось быстрее, когда я увидела, что он смотрит прямо на меня. Все смотрели на меня, Бет и Ольгу. — Я буду внимательно следить за вами, — предупредил Бертон. — Обслужите моих гостей, как им заблагорассудится. Если у меня возникнут какие-то проблемы, вы знаете, что есть очень простое решение. Командные слова, внедренные в наши умы во время нашего плена на Ближнем Востоке. Одно слово может превратить каждого из нас в помешанную на похоти нимфоманку. Другое командное слово превратило нас в раболепных зомби. Я должна была любой ценой избежать того, чтобы они были использованы против меня. Если бы Бертон сказал одно из них, я бы никогда не сбежала из его гарема. Вскоре начали прибывать гости. Некоторые были одни, другие прибыли парами или даже с большой свитой. Все были одеты в сложные и часто гротескные костюмы, которые включали ужасающие маски и мантии или, в случае женщин, огромные платья. Женщины, которые раньше служили в гареме Бертона, представлялись каждому прибывшему гостю. Они наклонились вперед, чтобы показать свои огромные груди, и провели руками по своим телам. Их заманчивые представления были быстро вознаграждены, когда гости выбирали их по одной. Некоторые гости исчезли вместе с этими женщинами в комнате, смежной с большим залом. Многие сопровождали их к диванам, где секс был выставлен для всеобщего удовольствия. Зал наполнился страстными криками удовольствия и зрелищами мужчин и женщин, занимающихся различными сексуальными актами. Официанты и официантки продолжали ходить по кругу и предлагать закуски. Квартет продолжал играть классическую музыку. — Это безумие, — прошептала я, наблюдая, как африканка с карамельной кожей насаживается ртом на напряженный хуй одного из гостей. Всего в нескольких футах от меня мужчина с огромным хуем трахал женщину в жопу. Ее груди свисали со спинки дивана и раскачивались с каждым ударом этого огромного шеста в ее растянутую задницу. Ее губы сложились в широкую букву "О", и с каждым толчком она издавала хриплый крик удовольствия. Несмотря на мои многочисленные опасения, плотная атмосфера секса заставляла меня краснеть от возбуждения. В моем животе было неоспоримое вожделение, а между ног — жар. Мне было интересно, кто из толпы гостей выберет меня первым. К нам подошел турок с большой бородой и густыми бровями. Его сопровождали женщина в неокрашенной белой маске с лицом богини и мужчина, высокий и худой, держащий на поводке массивную охотничью собаку. — Ты, — сказал мужчина и указал на Бет. — Я? — пискнула она. — Да, мне нужна твоя компания, — сказал мужчина. Он протянул согнутый локоть, и Бет неохотно взяла его. — Все будет хорошо, — крикнула я. Она оглянулась со страхом в глазах, когда мужчина повел ее в одну из боковых комнат. Женщина в маске и мужчина с собакой последовали за ней. Я беспокоилась за нее, но мне недолго пришлось беспокоиться о судьбе Бет. Ко мне подошла группа из четырех человек
Они окружили меня и стали с любопытством трогать мое платье. Их руки становились все более и более смелыми, лаская мои бедра и бока моей груди. — Как тебя зовут? — спросил самый молодой из них, темноволосый мужчина с бледной кожей и карими глазами. — Эмили, — сказала я, дрожа от их прикосновения. — Не хочешь ли ты пойти с нами на одну из кушеток, Эмили? — спросил "дракон" глубоким голосом. — Д-да, — сказала я. — Да, конечно. Моя нервозность пропала под неизбежной насыщенностью похотью действа. Они взяли меня за руки и потащили к большому дивану с красными, набитыми подушками и рамой, украшенной резьбой. Плотно сомкнулись вокруг меня, обжимая мое тело, целуя мои обнаженные руки, плечи, шею и грудь. Тот, что в маске дракона, стоял позади меня, сжимая мои сиськи, в то время как один из мужчин без маски лизал и сосал мои соски. Я не могла быть уверена в том, кто просунул руку между моих бедер и гладил мою пизду. Я чувствовала, как твердые хуи толкаются в меня со всех сторон. Руки дракона поставили меня на колени, и они окружили меня своими твердыми хуями. У меня не было выбора в этом вопросе. Я схватила два из них и стала дрочить их необрезанные хуи, и открыла рот для третьего. Каждый из них жаждал внимания моего рта, когда я переходила от одного к другому, прихлебывая и покачивая головой, все больше наслаждаясь ощущением их твердых хуев, упирающихся мне в горло. Я терлась о них своими грудями и дрочила те, которые не сосала. Я "потерялась" в жаре. Мои губы растягивались вокруг каждого члена. Челюсть болела от того, что я набивала рот их твердой плотью. Слюна стекала по моему подбородку и попадала на грудь. Я начала чувствовать вкус предэякулята каждого мужчины. Я ласкала их переполненные спермой яйца и не жаловалась, когда они двигали бедрами и заталкивали свои хуи мне в рот. Я даже брала их в горло — навык, который я несколько неохотно развила во время своего расследования деятельности секс-бизнеса. Но эти мужчины не удовольствовались тем, что им сосут их хуи. Они подняли меня на диван, задрали юбку и посадили на колени одного из мужчин. Мои бедра разошлись вокруг его коленей, и его хуй был бесцеремонно засунут в мою мокрую и готовую пизду. Он схватил меня за попку, раздвигая мои щечки для мужчины позади меня, чей смазанный слюной хуй был быстро введен в мой сжатый сфинктер. Я расслабилась, прежде чем он сделал мне больно, и его толстый хуй скользнул в тугой тоннель моего ануса. Оставшиеся двое мужчин заняли позиции рядом с диваном так, чтобы я могла наклонить свое тело вперед и по очереди вводить их толстые хуи себе в рот. Они держали мою голову и водили своими хуями по моему высунутому языку, до задней стенки горла и дальше, растягивая шею, пока я заглатывала их после каждого толчка. Я сильно кончила, когда мои пизда и попка наполнились, и постоянные движения их хуев в моей попке и пизде были барабанным боем для моего клитора и глубинных причин моего удовольствия. — Мммммммммммммм! — Я закричала от оргазма, когда чей-то хуй кончил мне в рот. Мужчина яростно загнал его вовнутрь, и я почувствовала, как густые, горячие потоки его спермы хлынули мне в горло. Я с наслаждением проглотила его порцию, а затем он оторвал свой хуй от моих губ и украсил их и подбородок последними каплями своей спермы. Другой мужчина, у которого я сосала, даже не потрудился вытереть сперму своего друга, прежде чем засунуть свой хуй мне в рот. — Боже, какая она тугая, — услышал я стон одного из мужчин, использовавших меня. — Я не могу больше терпеть. — Еще немного, — сказал другой. — Мы кончим этой сучке на лицо. То, что обо мне говорили в таких унизительных выражениях, наполнило меня странной смесью гнева и удовлетворения. Я ненавидел то, что мне нравилось, когда меня использовали и когда обо мне говорили как о куске мяса. Мое чувство вины растворилось в серии вулканических оргазмов. Мое тело напряглось и сжалось вокруг хуев, использующих меня. Я чувствовала по их неровным движениям и слышала по их вздохам и стонам, что они близки к оргазму. Я почти достигла очередной кульминации, когда мужчины решили, что пришло время для их заключительного выступления. Они грубо подняли меня с дивана и поставили на колени. Передо мной стояли три красных хуя, "плачущих" предэякулятом и их дрочили прямо на меня. Они выстрелили почти в унисон, их дергающиеся хуи, высвобождаясь, разбрызгивали длинные струи спермы, которая падала мне на грудь, лицо, плечи и волосы. Горячий груз их спермы даже заклеил мне один глаз. Они смотрели на меня сверху вниз и смеялись, отдавая друг другу честь за свое мастерство, как будто мое лицо было не чем иным, как холстом для их шедевра. Они оставили меня в таком растрепанном состоянии. Я взяла себя в руки и поняла, что мне нужно в туалет, чтобы привести себя в приличный вид. Но прежде чем я успела это сделать, меня схватили за бедра и наклонили вперед над другим диваном. Твердый хуй вторгся в мою жопу. Я даже не смогла разглядеть своего нападавшего сквозь жгучую пелену спермы, покрывавшую мое лицо. — Тебе нравится, когда тебя так используют? — спросил мужчина. — Д-да, — простонала я, едва удерживаясь на ногах, он так грубо врезался в мою задницу. Мужчина зарычал от смеха и схватил меня за волосы. Он приподнял мою голову, с моего лица капала сперма на грудь, и я закричала от боли и удовольствия, когда он вонзил свой член в мою нежную дырочку. Мне казалось, что он поджаривает меня на вертеле своего хуя невероятной длины. Дрожащие струйки спермы свисали с моего лица, когда он вонзил в меня свой хуй. Мои сиськи дико затряслись. Я знал, что люди смотрят. Я чувствовала на себе их взгляды, но мое зрение было слишком размытым, чтобы разглядеть их в деталях. Наконец, мужчина отпустил мои волосы и грубо обхватил меня за бедра. Он загнал свой хуй в меня до корня, его яйца раздавили мою пизду, и он разрядился в мою попку. Я чувствовала горячее давление его спермы, наполняющей мой кишечник. Когда он, наконец, вытащил свой член из моей растянутой задницы, я осталась лежать на спинке дивана. Я знала, что он наблюдает, как моя зияющая дыра медленно закрывается. Я знала, что все смотрят, какой отвратительной свиньей я была. — Извините меня, — тихо сказала я. Я встала и, радуясь, что меня оставили в покое, удалилась в ванную. Платье было не спасти. Оно было покрыто пятнами спермы, которые не могла вывести вода из раковины. Женщина в маске, стоявшая возле раковины, дала мне шелковый халат. Я поблагодарила ее. Она ничего не сказала мне, только молча смотрела, как я мою лицо и волосы и поправляю макияж. Я чуть не забыла ключ во внутреннем кармане платья, но в последний момент вспомнила о нем и опустила его в карман халата Самое страшное, то, что заставляло меня сомневаться в себе, было то, что все более громкий голос в моей голове хотел вернуться туда. Я хотела, чтобы мужчины окружали меня и использовали. Было ли это частью моего воспитания в Саудовской Аравии? Сексуальный стокгольмский синдром? Или пробуждение какой-то внутренней шлюхи? Я закончила поправлять макияж, послала воздушный поцелуй своему отражению в зеркале и решила, что ответ на эти вопросы не имеет значения. Я хотела большего. Я хотела, чтобы меня выебали толпой. Я вернулась на неожиданную сцену. Бертон Кинг стоял рядом с турком и рыдающей Бет. Я хотела подойти, но Прайс встал у меня на пути. Он усмехнулся мне, явно довольный тем, что смог помешать мне вмешаться. — Мне очень жаль, Коскун, — сказал Бертон. — Она — новое приобретение. Ей было велено делать все, что вы пожелаете. — Пожалуйста, — всхлипнула Бет. — Он... он хотел меня... он... собака... Я понял, что она пыталась сказать, благодаря царапинам на ее ногах и руках. Эта огромная собака и раньше заставляла меня нервничать, и я была в ужасе и испытывала отвращение. — Тихо, — рявкнул Бертон. — Ты ставишь меня в неловкое положение перед братом. Она отпрянула от Бертона. Он взял ее за запястье и притянул к себе. Он прижался лицом к ее шее. Бет Картер напряглась. Она выпрямилась, как шомпол, и ее глаза расширились. Она едва моргнула. — Теперь она в твоем распоряжении, Коскун, — сказал Бертон. — Я приношу извинения за беспокойство. — Это не проблема, — сказал турок. — Им всегда требуется некоторое время, чтобы научиться. Не волнуйся, мы преподадим ей хороший урок. — Я уверен, что ты это сделаешь, — усмехнулся Бертон. Он толкнул Бет, и она последовала за турком из зала. Бертон повернулся ко мне и рявкнул: — Чего ты хочешь? Мне нужно напоминать тебе, что я могу сделать то же самое с тобой? — Они собираются... — Я знаю, что задумал Коскун, — сказал Бертон. — Я пригласил его. Я сказал ему, чтобы он привел этого своего большого старого пса. — Ты дегенерат, — огрызнулась я. Я тут же пожалела об этом. Он мог превратить меня в беспомощную зомби, как Бет, одним словом на ухо. Но Бертон только рассмеялся над моим оскорблением. — Когда ты права, ты права, — сказал он. — Повеселись там. Он шлепнул меня по заднице и ушел наслаждаться вечеринкой. Прайс последовал за ним, но не раньше, чем бросил последний полный ненависти взгляд на меня. Представить, что происходит с Бет за закрытыми дверями, было слишком сложно, чтобы размышлять об этом в данный момент. Я должна была вытащить ее из этой ситуации. Насколько я могла судить, Иван Гурьев все еще не прибыл на вечеринку, но время уже пришло. Я обошла большой зал, избегая похотливых взглядов мужчин и многих женщин. Я нашла дверь, ведущую в холл, где находилась моя комната. Убедившись, что за мной никто не наблюдает, я отперла дверь и выскользнула наружу. В помещении, где находился кабинет Прайса, и в комнате, которую я делил с Бет и Ольгой, было темно. Я оставила свет выключенным и шла, опираясь одной рукой на стену. Мастер-ключ открыл дверь в нашу комнату, и я прокралась внутрь. Я собрала свою одежду и одежду Бет и вместе с ноутбуком и моими драгоценными записями запихнула их в единственный разрешенный нам чемодан. Времени на то, чтобы одеться, не было. Я должна была добраться до Бет до того, как... произойдут вещи, о которых я не хотела даже думать. — Куда-то собираешься? От этого гнусавого голоса по моему телу пробежал холодок страха. Я напряглась и повернулась лицом к говорящему. Прайс стоял в дверях, на его лице была торжествующая ухмылка, а в одной руке он держал пистолет. — Я... я искала тебя, — сказала я. — А что, ты хочешь дать мне еще один ящик синих яиц, а потом пойти к мистеру Кингу со своей омерзительной пиздой? — Он наставил на меня пистолет. — Поставь его. Поставь все это и повернись. Упрись руками в стену. Твоя игра окончена. Я сделала, как он сказал. Возможно, я не так уж сильно боюсь, как ветеран репортажей из зон военных действий, но я всегда буду бояться направленного на меня пистолета. Одно неверное движение — и все кончено. Я видела, как это случалось с людьми, которых я знала. Я не собиралась позволить этому случиться со мной. — Хорошо, — сказала я, поворачиваясь и прижимая ладони к стене с поднятыми руками. — Я пыталась...пыталась сбежать. Прайс подошел ко мне сзади и приставил пистолет к основанию моей шеи. Я подавила желание закричать. — Ты думаешь, это так просто, сука? — Прайс обнял меня и развязал мой халат. — Знаешь, я должен был вышибить тебе мозги и мистер Кинг ничего бы мне не сделал. Не после того, как я поймал тебя на попытке сбежать. — Боже, пожалуйста...Пожалуйста, не убивай меня, — простонала я. — Если бы я собирался убить тебя, это бы уже случилось, ты, глупая сука. Но я все равно могу выстрелить, чтобы ранить, так что тебе лучше сотрудничать. — Он приподнял халат над моей задницей. — Вот оно. Ты думаешь, что ты настолько совершенна, что можешь просто показать это кому угодно и получить то, что хочешь? Раздобыть ключ для побега? Я знал, что ты взяла его. — Прости, — простонала я. — Ты еще пожалеешь, — проворчал он и расстегнул ремень. Я почувствовала, как его хуй коснулся моих ягодичек. Он шире раздвинул мои ноги и провел головкой хуя по моим складкам. Я знала, что он это чувствует. Он знал, какая я мокрая. Какой горячей была для него моя щель. Как сильно мне нужно было, чтобы меня трахнули. — Ты действительно шлюха, — усмехнулся он. — Скажи мне, что ты этого хочешь. — Отпусти меня, — простонала я, пытаясь сосредоточиться. — Нет, мы уже давно прошли тот момент, когда я могу тебе помочь. Я просто хочу услышать, как ты умоляешь. Потому что я знаю, что ты хочешь почувствовать этот хуй в своей пизде. Ты пристрастилась к этому. — Да, — простонала я. — Я... выеби меня. — Так, как это сделал Бертон? — спросил Прайс. Он надавил своим хуем так, что он слегка раздвинул мои складки, а затем провел его головкой вверх и вниз по моей щели, дразня мой клитор. — Тебе это так нравится? — Да, — простонала я, действительно в отчаянии, потому что моя похоть была больше, чем мое желание спасти Бет. Я так сильно хотела, чтобы Прайс выебал меня, что кошмар, который переживала Бет, стал второстепенным. Не то чтобы я была уверена, что смогла бы сбежать от Прайса прямо тогда, но я даже не пыталась. Я снова прижалась к нему задницей. Я умоляла о его хуе в моей ноющей, голодной пизде. Прайс сделал мне одолжение. Его твердый хуй вжался в мою пизду, погружаясь в мое податливое тело, пока я не наполнилась его твердой плотью. Он прислонился ко мне, прижимая меня к стене. Он был достаточно невысоким, а я была выше, поэтому позиция была такой, что я стояла спиной к его груди, его губы ласкали мои плечи и шею, моя попа прижималась к его бедрам, когда он входил в мою киску — Почему твоя пизда такая тугая? — он зашипел мне на ухо, когда его член вонзился в мою сжимающуюся пизду. — Я знаю, что тебя переебала уже половина планеты. — Я... ннннн... хорошая... о-о-о... девушка. — Да? — Он укусил меня за ухо и за плечо. — Ты знаешь, где сейчас твоя подруга, не так ли? — Д-да, — признала я, хотя мне не хотелось думать об этом. — Это не просто так называется по-собачьи, — простонал он и врезался в меня еще быстрее. Наши тела были плотно прижаты друг к другу. — Я слышал, что женщины турка влюбляются в это после их первого раза. Они никак не могут насытиться. У него целый питомник... ххх... для них... чтобы... ааааа... — Я кончаю! — Я ахнула. Я больше не могла этого выносить. Его слова, его больные, извращенные слова, только усиливали мою порочную покорность. Мой оргазм был ошеломляющим. Мне повезло, что он прижал меня к стене, иначе я бы упала, когда мои внутренние мышцы напряглись и задергались вокруг его толкающегося хуя. — Я чувствую это, — простонал он. — Я могу... Ааааа! Хуй Прайса, казалось, напрягся, как сжатый кулак в моих дрожащих глубинах. Его горячая сперма ворвалась в меня, в мое незащищенное лоно, извергаясь так же глубоко, как груз Бертона, и полностью орошая сжимающиеся стенки моей пизды его горячим семенем. Его пульсирующий член продлил мой собственный оргазм и на несколько божественных секунд или кульминаций, синхронизированных в идеальных спазмах удовольствия, когда он опустошал свой хуй в меня. Движения Прайса замедлились, а затем прекратились, и он сильно прижался ко мне. Я оттолкнула его назад и вынула его хуй из себя, когда повернулась. Прежде чем он смог противостоять мне, я прижалась к нему всем телом, мои мягкие груди прижались к его рубашке, а лобок — к его увядающему хую. Я с силой поцеловала его, проводя языком между его губ, и скользнула рукой вниз к его хую. В последний момент моя рука сделала крюк, и я выхватила пистолет из его руки. — Все кончено, Прайс, — сказала я, поднимая пистолет. — Эмили, — сказал он, поднимая обе руки. — Ты не знаешь, что делаешь. — Я ухожу и забираю Бет с собой. И когда я выйду, я уничтожу тебя, Бертона, и всех, кто связан со всем этим отвратительным делом. Все действительно кончено. Он начал говорить что-то еще. Я ударила его по голове рукояткой пистолета. Он рухнул на пол. Я надела халат, положила в карман его пистолет и со спермой Прайса, стекающей по внутренней стороне моего бедра, отправилась на поиски Бет. Я имела очень слабое представление о планировке замка и только в общих чертах представляла, в каком направлении увел Бет человек, которого Бертон назвал Коскуном. Ключ, который я украла у Прайса, открывал все двери, с которыми я сталкивалась, но замок был огромным, и его задние коридоры кишели слугами. Я держала пистолет в кармане, когда пробиралась через уборщиков, официантов, официанток и даже некоторых охранников. Я была едва прикрыта халатом и, конечно, выглядела неуместно. Я не знаю, почему меня никто не остановил. Может быть, это было потому, что я выглядела такой целеустремленной. Наконец, я нашла приватные апартаменты, где гарем Бертона делили гости его вечеринки. Через закрытые двери до меня доносились вопли боли и звуки секса в примерно равных количествах. Время от времени в коридоре открывалась дверь, и мужчина или женщина выходили, чтобы вернуться в большой зал. Я прислушивалась у дверей по коридору, пока не подошла к двери, где тон разговаривающего мужчины соответствовал моим воспоминаниям о Коскуне. Он был глубоким и авторитетным. Из тех людей, которые привыкли получать именно то, что хотят. Я почувствовала тошноту в животе, ползущее напряжение, от которого по рукам и ногам пробежала дрожь. Я отложила сумку в сторону и достала пистолет. Затем вставила ключ в дверь и так тихо, как только могла, отперла ее. Я ожидала какого угодно сюрприза. Я медленно повернула ручку двери, а затем одним толчком распахнула ее. Я шагнула в дверной проем, подняв пистолет, когда вращающаяся дверь ударилась о стену. Я полагаю, что мое появление там с пистолетом в руках было не большим потрясением, чем сцена, в которой я вошла в номер люкс. Я сразу поняла, что опоздала. Бет привалилась к стене, накинув одеяло на ноги. В ее глазах был тот же отстраненный взгляд, который был у всех нас, когда мы находились под гипнотическим заклинанием наших командных слов. На ее руках и плечах были повязки, как будто она была сильно поцарапана. Ее волосы были ужасно растрепаны, а глаза опухли, как будто она плакала. От сильного запаха секса, висевшего в воздухе, у меня свело живот. — Всем поднять руки. Не заставляйте меня стрелять в вас. Не давайте мне повода. Я действительно хочу пристрелить вас прямо сейчас. Бет тупо посмотрела на меня, когда я закричала и махнула пистолетом. Огромный кобель вылизывался неподалеку. Он даже не поднял головы, чтобы узнать меня, а я не хотела на него смотреть. Коскун был одет в пушистый белый халат, его волосатая грудь была видна в треугольнике между лацканами халата. Он что-то делал с камерой, установленной на штативе. — Отойди от этого, — потребовала я. — Назад. Он поднял руки. Кинолог и женщина последовали моему примеру, и я повела их к двери во внутреннюю спальню люкса. Вся моя сила воли была использована, чтобы удержать меня от выстрела Коскуну в грудь. Я захлопнула дверь. Я повернулась как раз в тот момент, когда собака лениво сбежала из номера через дверь, в которую я вошла. Я сняла камеру со штатива, сунула в карман карту памяти и разбила камеру о стену. Я не могла быть уверена, что это уничтожило бы карту памяти, а я не хотела, чтобы видео того, что случилось с Бет, было опубликовано на каком-нибудь больном сайте. Я подошла к Бет и помогла ей подняться на ноги. Она была перевязана в нескольких местах, и кому-то удалось поднять ее трусики. Несмотря на свое растрепанное состояние, Бет казалась беззаботной. — Что я должна сделать? — спросила она. Она посмотрела на меня тусклыми глазами. Я взяла ее за руку и сказала: — Просто пойдем со мной, милая. Мы уезжаем. Я нашла ее порванную одежду. У меня не было времени одеть ее в сложный костюм горничной, но я накинула его ей на плечи и придала ей некоторое подобие достоинства. Мы сбежали тем же путем, которым я пришла, но охрана, казалось, наконец-то была поднята по тревоге. Они патрулировали коридор с выключенными рациями, заставляя меня постоянно нырять в странные дверные проемы и прятаться в архитектуре замка. К счастью, в этой архитектуре не было недостатка в нишах, в которых мы могли бы спрятаться. Я проводила долгие минуты в тени, Бет прижималась ко мне, и я не могла игнорировать затхлый запах мокрой псины, прилипший к ее телу. Он наполнял меня злостью.. — Они заплатят за это, — прошептала я ей. — Мы заставим их всех заплатить за это. — Ты хочешь трахнуться? — спросила она, лаская мою грудь. — Нет, — я оттолкнула ее руки. — Нет, мы должны вести себя тихо Охранники пронеслись мимо нашего укрытия. Я знал, что Бет рано или поздно выйдет из транса. Иногда требовался всего час, а иногда и целый день, чтобы действие командного слова прошло. Выход из этого ступора был болезненным переживанием, когда вы внезапно осознали все, что произошло за то время, когда вы не контролировали свое тело. Если бы вам повезло, вы бы забыли обрывки того, что они заставляли вас делать. Я надеялась, что Бет сумеет все забыть. Мимо прошла еще одна группа охранников. Когда они скрылись из виду, я схватила Бет за руку и потащила ее за собой. Еще несколько патрулирующих охранников заблокировали единственный выход, который я могла вспомнить, и мы оказались на уровне подвала. К счастью, это было не подземелье, а муравейник, заполненный хранящейся мебелью и товарами первой необходимости. Было темно и тихо. Так темно и так тихо, что я чуть не закричала, когда Ольга вышла из тени. Ее лицо и часть платья были забрызганы кровью, но она выглядела невредимой. — Ольга! Что ты здесь делаешь? — Этот человек был груб со мной, — сказала она. — Мне это не понравилось. Я решил больше ничего не спрашивать ее о побеге. Ольга нахмурилась, увидев жалкое состояние Бет. — Она что... — Да, — сказал я. — Я так думаю. Они записали это, но я украла память из их камеры. — Надо было пристрелить их из пистолета, — сказала она и указала на пистолет, торчащий из кармана моего халата. Возможно, она была права. — Мы здесь заблудились. У тебя есть какие-нибудь идеи, как отсюда выбраться? — Да, — сказала она. — Проходите сюда. Это подвал, из которого есть выход на поверхность. Мы последовали за ней через дверь, такую маленькую, что нам пришлось ползти на четвереньках, чтобы пройти через нее. Мы оказались в затхлом подвале с незаконченным полом. Старые бочонки с вином были оставлены плесневеть в темноте вместе с древними консервами, которые все почернели. Пробираясь сквозь обломки сельскохозяйственной техники и паутину, мы вышли под ночное небо, и я глубоко вдохнула прохладный воздух. Прошло всего пару недель, но мне казалось, что прошли годы с тех пор, как я была свободной женщиной. Наше везение продолжалась, когда я быстро поняла, что мы вышли из-под замка менее чем в ста футах от мощеного двора, используемого для парковки всех автомобилей. Там было по меньшей мере пятьдесят роскошных автомобилей и лимузинов, расположенных ровными рядами, и ворота, ведущие с острова, занятого замком Фалькенберг, были широко открыты. — Мы берем машину, — сказала Ольга. — Я начинаю. Ищем ту, у которой незапертые двери. Бет ничем не могла помочь, но она послушно следовала за мной, пока я проверяла ручки всех марок и моделей роскошных автомобилей, которые только можно себе представить. Я попытался взяться за ручку антикварного "Роллс-Ройса", когда чья-то рука похлопала меня по плечу. Я обернулась, и меня приветствовал красивый молодой человек в аккуратном костюме. — Тебя куда-нибудь подвезти? – спросил он. Так, как я была слишком ошарашена, чтобы ответить, он объяснил: — Я шофер. У меня такое чувство, что вечеринка затянется допоздна, так что, если ты хочешь прокатиться в город, я могу тебя подвезти. Это всего в нескольких милях отсюда. — Д-да, — сказал я. — Да. Это было бы потрясающе. И у тебя есть телефон? — В машине, — сказал он. — С твоей подругой всё в порядке? — Ты хочешь трахнуться? — спросила его Бет. — Нет! — Я оттолкнула ее от него. — Я имею в виду, она такая и есть. С ней все будет в порядке. Мы были здесь с другой женщиной... — Высокая блондинка? Большое декольте? — Это она, — сказал я. — Уже сидит на заднем сиденье машины. Она сказала мне найти тебя здесь. Наша удача наконец-то повернулась к нам лицом, и таким милым лицом. Его улыбка вызывала у меня желание целовать его, пока он не остановит меня. Он даже нес мою сумку, чтобы я могла помочь Бет. Мы подошли к черному лимузину. Он засунул мою сумку в багажник и помог Бет забраться на заднее сиденье. — Большое вам спасибо, — сказала я. — Ты спас мне жизнь. — Я просто делаю свою работу, — сказал он, придерживая для меня открытую дверь. Сев в машину, я наклонилась и поцеловала его в щеку. Наши глаза встретились, и он встретил мое благодарное вожделение с искоркой веселья. Не совсем отказ, но и не совсем тот ответ, которого я ждала. Я наклонила голову и забралась на заднее сиденье лимузина, скользнув на сиденье рядом с Бет. Ольга сидела напротив меня с улыбкой на лице и взглядом ее голубых глаз, который казался странно похожим на взгляд шофера. Ольга была не единственным человеком на сиденье напротив нас. Справа от нее было знакомое лицо, от которого ужас разлился по моим венам. Фуад. Человек, который готовил меня для работорговца. Человек, который загипнотизировал меня и вложил контрольные слова в мой разум. По другую сторону Ольги сидело другое лицо, менее узнаваемое, но такое же знакомое мне. Это был Иван Гурьев. Он был старше, худощав, очень хорошо одет, с маникюром и дьявольски красив. Его волосы с проседью сочетались с аккуратно подстриженной бородой и усами. В нем была дерзкая сексуальность, а его серые глаза были обольстительны даже в данных обстоятельствах. — Привет, Эмили, — сказал он. — Я рад, что ты смогла прийти. Ольга беспокоилась, что ты можешь полностью уступить своему новому образу жизни и никогда не придешь на свидание. — Ты все это спланировал? — спросила я, медленно потянувшись за пистолетом в кармане халата. Ольга подняла пистолет и направила его на меня. Должно быть, она достала его из моего кармана, когда мы возились в подвале. — Ты известный репортер, и твои редакторы знают, что ты гоняешься за мной для статьи, — сказал Иван. — Я не мог просто взять тебя сам. И, кроме того, тебя нужно было обучить. Что хорошего в репортере, которого я не могу контролировать? — Так зачем же меня вообще похищать? — – спросила я. — Почему бы просто не убить меня? Он пожал плечами. — Честно говоря, это казалось пустой тратой времени. Ты такая красивая. А потом Фуад убедил меня в этом плане, потому что сказал, что может обратить тебя. Он мог бы заставить тебя сделать то, что мы хотели. — Иван наклонился ко мне через сиденье. — Ты поедешь со мной в Москву и напишешь свою историю. Но это будет моя история, Эмили. Ты понимаешь? Историю, которую я хочу, чтобы ты рассказала. — Зачем мне делать это для тебя? — У нас есть способы заставить тебя сотрудничать, я думаю, ты это знаешь. Но также мы можем заставить твою подругу, Бет Картер, забыть все, что произошло. Фуад может заставить все исчезнуть из её сознания. — А если я откажусь? Его взгляд медленно переместился на Бет. Она посмотрела на него своими пустыми глазами и улыбнулась. Костюм, накинутый на ее плечи, соскользнул вниз, и я увидела царапины на ее руках и груди. — Тогда ты пожалеешь, что тебя не отдали Коскуну, — сказал Иван. — Потому что я отправлю тебя в ад, который ты даже представить себе не можешь.Нецензурированный журнал репортерши-потаскухи / the gangbanged reporter’s journal by amanda clover © часть 6.2
Жанры:
Понравился рассказ? Лайкни его и оставь свой комментарий!
Для автора это очень важно, это стимулирует его на новое творчество!
Павел пишет:
Хороший рассказ. И мальчика хорошо солдат завафлил. Меня бы так.Оскар Даша пишет:
Люблю, когда меня используют мужчины для удовлетворения как "девушку"... В обычной жизни выгляжу обычным парнем с тонкой фигурой. Любовники говорят, что моя попа симпатичнее, чем у многих женщин и сосу лучше всех ;)monkey пишет:
Хотелось бы носить такой пояс рабаsoska10lll пишет:
Класс.🎉🎉 Первый раз я в лагере у Саши стал сосать член. Мне член его нравился толстый и длинный. Саша все хотел мою попу на член. Но я сосал . При встрече через два года на этапе Саша узнал меня и сказал что я соска . Он первый меня имел. Сначала я у него отослал. Потом он поставил меня раком и ...1 пишет:
Как будто одноклеточное писало...фетиш пишет:
Как пахнут трусики твоей девушки, ее сестры и Наташи? Запах сильный или слабый? Какой вкус у ваших выделений? Какая грудь, размер, форма? Какого размера и цвета твои соски? Какие у них киски?Мики пишет:
Рассказ мне понравился но он очень короткий ,только начинаеш проникнуть в нём как уже заканчиваеться . А мои первыи кунилингус ,я сделал жене ,у неё тоже был первыи ,и жена даже не знала про кунилингусе . Инициатором был я ,это произошло на месяц после свадбы ,я даже не предупредил жену об этом ...Mihail пишет:
Ну правда сказать рассказ совсем не понравилься ,извините за мой выражений ,но я всётаки скажу ,эту суку жену мало убивать если не любиш своего мужика разводись сним и наиди себе другого ,не надо развратить мужа и издиваться и унежать его так ,из хорошеного парня сделала тряпочку ,наиди себе ...Mihail пишет:
Мне очень понравилься рассказ ,я медлено прочитал веси рассказ как послушныи малчик ,а ведь у меня уже 57 лет ,но у меня ерекция ,как у молодого парня ,и не впускаю сперму быстро ,могу секс делать с тремя женщинами один чяс без проблем ,но у меня есть одно проблема ,вернее у жены есть, она совсем ...Mihail пишет:
Мне понравился расказ ,сколько бы небыло бы им хорошо но я дуиаю ,что не надо любимому человеку изменять,потомушто измениш перед свадьбои сёравно считаеться что она своего парня сразу же сделала его рогоносецом .PaulaFox пишет:
КлассКсения пишет:
Интересно.я тоже люблю походит голенькой по даче, а так же в общественных местах, надев на себя тоненькие прозрачное платье или в мини юбке, конечно же без трусиков и под ручку с мужем. Стати к этому муж меня и приучил за, что я ему и благодарна!