Второй шанс / Sесоnd сhаnсе S-Dеs
Часть 1
**********
Октябрь, 1992 год
Дэррил брел по захудалому району города на южной стороне Чикаго, не обращая внимания на окружающую обстановку. Погрузившись в свои мысли, он не заметил группу плохо одетых подростков, стоявших в переулке и пристально разглядывавших его.
— Ну, что ты знаешь? — раздался голос, вырвавший его из задумчивости. — Это сопляк, который думает, что знает все. Раз уж ты такой умный, может, тебе лучше знать, что не стоит показываться здесь без охраны.
Дэррил нервно огляделся, его пульс участился. Стараясь казаться спокойным, он кивнул в знак признательности.
— Привет, Тай, — сказал он, надеясь, что мальчики не услышат дрожь в его голосе. — Я как раз направлялся домой.
— Домой, — насмехался более крупный мальчик, — именно там твое место... дома с мамой!
Остальные громко рассмеялись, усиливая страдания Дэррила.
— Послушай, парень, я не хочу никаких проблем, — умолял он, стараясь говорить уверенно, несмотря на узел, который он чувствовал в своем нутре.
— Конечно, нет, — последовал насмешливый ответ. — Раз уж продавщицы здесь больше нет, чтобы прикрывать твою спину.
Он посмотрел на остальных, с угрожающей ухмылкой.
— Этот чудак любит попиздеть, когда никто не занимается его делами. — Он снова повернулся к дрожащему юноше. — Прямо как в школе. Из-за тебя, меня отстранили от занятий на неделю, ты, гребаный подлиза.
Дэррил поднял руки в мольбе.
— Я ничего не сделал, Тай. Она видела, как ты жульничаешь. Почему ты обвиняешь меня?
— Она бы никогда не увидела меня, если бы не ты, —- прошипел Тай. — Мне бы не пришлось жульничать, если бы ты не испортил все для всех нас. Это дерьмо - твоя вина, и ты должен знать свое место. Думаешь, вся эта наука и прочее дерьмо что-то значат? Ты думаешь, что ты лучше нас?
— Нет! — сказал маленький мальчик, страх грозил захлестнуть его.
Он знал, что Тай очень опасен и что ему нужно быстро найти выход из ситуации. Мальчик становился все более агрессивным по отношению к нему с тех пор, как в прошлом году они перешли в среднюю школу.
— Мне жаль, что ты попал в беду, но это не моя вина.
Тай уже не слушал, его ревность к более умному мальчику, усугубляла его разочарование от собственных неудач. Один из других мальчиков сделал финт, привлекая внимание Дэррила, а Тай шагнул вперед и ударил беззащитного юношу кулаком, в боковую часть головы.
Дэррил попятился назад, схватившись за голову от боли. "Это нечестно!" - сердито подумал он. - "Раньше такого не было". Горечь от того, что его постоянно дразнили в течение почти года, нарастала в нем, и прежде чем он успел обдумать свои действия, он резко размахнулся, ударив Тая в челюсть.
В группе повисла тишина, когда тот упал назад, приземлившись с громким стуком. Он поспешно переводил взгляд с одного лица на другое, видя в их взглядах недоверие, смешанное с презрением. Смущенно отвернувшись, он прорычал, что его застал врасплох тот, кого он ненавидел. Дэррил смотрел на свою руку, казалось, пораженный тем, что она могла причинить столько вреда. Когда он снова взглянул на своего противника, свет отразился от чего-то в руке Тая. Прежде чем он успел рассмотреть это, в тихой ночи раздался громкий хлопок.
Казалось, время остановилось, когда он огляделся вокруг, недоумевая, почему мальчики отходят назад. "Они не могут меня бояться", - смятенно подумал он. Он искал, что бы такое сказать, чтобы разрядить обстановку, когда его рука поскребла по груди и оказалась мокрой. Посмотрев вниз, он с ужасом увидел пятно на своей хорошей рубашке.
"Что скажет мама?" - в истерике подумал он.
Он прикрыл пятно рукой, но увидел, что оно расползается. Оно было теплым, но, как ни странно, он чувствовал все больший холод. Едва раздался звук удаляющихся шагов, как он упал на колени, прижимая обе руки к груди, тщетно пытаясь остановить кровотечение.
— Почему тебя здесь нет? — задыхался он. — Ты мне нужен.
Последней его мыслью, прежде чем он упал вперед, было то, как будет волноваться его мама, когда он не придет домой вовремя. Боль утихла, когда все вокруг потемнело, и звук приближающихся сирен, исчез из его слуха.
В этот самый момент, всего в тридцати милях от него, тринадцатилетний мальчик по имени Тим Салливан, сидел один в своей комнате, в пригороде Северо-Западного побережья.
Он и представить себе не мог, как этот случайный акт насилия, совершенный против мальчика, с которым у него не было почти ничего общего, изменит его жизнь...
~~~~~
Октябрь, 1999 год
Тим был обычным, непритязательным второкурсником колледжа. Он работал над получением степени инженера и планировал зарабатывать на жизнь в технологическом секторе, разрабатывая и устраняя неисправности электронного оборудования. Его друг Пит, был инженером в очень успешной телекоммуникационной компании и гарантировал Тиму работу, после окончания колледжа.
Они впервые встретились во время учебы Тима в младших классах средней школы на ярмарке вакансий, и Пит сразу же взял молодого человека под свое крыло. По крайней мере, отчасти причиной тому была жалость. Тим был хрестоматийным определением гика: худой, среднего телосложения, социально некомфортный и носящий одежду, которая была противоположностью крутости.
Пит взглянул на него и решил, что его миссия в жизни - стать наставником Тима. Весь день они говорили об успеваемости, интересах и о том, что Тим должен сделать, чтобы устроиться на серьезную работу, как он. В течение следующих полутора лет, Пит звонил каждый месяц. Он также дал Тиму свой адрес электронной почты на случай, если ему понадобится пообщаться.
Он был спокойным, успешным человеком и помог своему протеже, найти способ переломить себя. К тому времени, когда Тим окончил среднюю школу, он был в меру популярен и встречался с несколькими девушками, которые, по его мнению, не могли заинтересовать его всего за пару лет до этого. Он все еще оставался девственником, но решил, что колледж - самое подходящее место для этого.
Тиму повезло, и его приняли в первый выбранный им колледж - государственную школу, которая имела репутацию одной из лучших инженерных программ в стране. Пит продолжал быть для него примером для подражания, что оказалось для Тима невероятно полезным, когда он понял, что колледж, на самом деле, будет сложнее средней школы, а не безостановочной вечеринкой, о которой он так часто мечтал.
Девушки были красивыми, но в основном, их интересовали симпатичные парни или спортсмены. В школе было много богатых учеников, что заставляло таких парней, как Тим, чувствовать себя не в своей тарелке. Во многих отношениях он чувствовал себя так, словно вернулся в среднюю школу, до своего превращения. Вместо того чтобы встречаться, что казалось маловероятным в данных обстоятельствах, он последовал совету Пита сосредоточиться на учебе. Это принесло свои плоды: несмотря на тяжелую учебную нагрузку, в течение первого года он получал 4, 0 балла.
Во время летних каникул, Пит смог найти ему временную работу. Это было именно то, что нужно Тиму, что позволило ему положить достаточно денег в банк, чтобы подготовиться ко второму курсу, который, как он поклялся, изменит все в его личной жизни.
Когда Тим вернулся в школу, он обнаружил, что общение с профессионалами на своей работе, изменило его. В нем появилась новая уверенность, которую сразу же заметили друзья и знакомые, даже если он сам этого не делал. Через неделю после возобновления занятий, у него было первое свидание в новом семестре.
Тим начал наслаждаться социальными аспектами колледжа, а также учебой. Он посещал вечеринки и довольно часто ходил на свидания, хотя ни одно из них, не стало серьезным. Во время экзаменов, было устроено несколько больших вечеринок, чтобы развеяться после стресса. На одну из них Тима пригласил парень, которому он преподавал алгебру. Он сказал, что там будет тонна красивых женщин, и гарантировал, что позаботится о своем друге.
Тим согласился, но заверил его, что с личной жизнью у него все будет в порядке. Правда заключалась в том, что он никогда не признавался, что все еще девственник, и меньше всего ему хотелось, чтобы его свели с опытной девушкой, а потом смутили. Несмотря на его желание наконец-то стать мужчиной, что-то подсказывало ему, что нужно потерпеть, пока не придет время. Было ли это из романтических побуждений или из-за страха - он не раз задумывался над этим вопросом.
Вечеринка была безумной. Войдя в дверь, он сразу же был атакован умопомрачительно громкой музыкой и грохотом людей, которые пытались перекричать ее, чтобы их услышали. Толпа была разнообразной - она равномерно делилась на несколько разных групп, которых он знал по всему кампусу. Тим пробирался по дому в поисках своего друга, что было нелегко, учитывая огромное количество людей, столпившихся внутри.
Он повернул за угол к кухне, сканируя ее на наличие знакомых, надеясь не остаться в этой атмосфере в одиночестве. Как раз когда он собирался идти дальше, он увидел ее. Длинные прямые каштановые волосы, карие глаза, безупречная кожа, ноги, которые, казалось, уходили вверх на целую вечность, и самые милые ямочки, которые он когда-либо видел у женщины. Кроме того, у нее была фигура, за которую могла бы убить любая модель. Тим растерялся, не успев сделать и шага.
В обычной ситуации он был бы настолько застенчив, что, скорее всего, прошел бы мимо нее, слишком напуганный, чтобы произвести хоть какое-то впечатление. На этот раз, он определенно произвел впечатление. Он так пристально смотрел на нее, что последнее, что он увидел, были ее глаза, когда он врезался в стену, потеряв сознание.
Темнота сменилась размытым светом, когда Тим пробился сквозь дымку. Он понял, что находится в ванной комнате, лежит в ванне, прижав к лицу полотенце. Он отдернул его и с ужасом увидел, что оно в крови.
— Даже не думай прикасаться к этому, — твердо сказал ему мягкий голос. — Ты испачкаешь кровью всю свою одежду. Я беспокоилась, что тебе придется ехать в больницу. Я никогда не видела, чтобы у кого-то так сильно шла кровь. Тебе повезло, что я учусь на медсестру.
Его глаза наконец-то начали фокусироваться, и он потряс головой, пытаясь разогнать туман. К сожалению, движение усугубило головную боль. Неуверенно он попытался встать, но вскоре обнаружил, что комната кружится.
— Эй, приятель, — раздался тот же голос. — Тебе лучше не вставать, пока тебе не станет лучше.
Он почувствовал, как чья-то рука мягко, но твердо подтолкнула его обратно в лежачее положение.
Наконец он поднял голову и, к своему полному унижению, понял, что это была девушка, на которую он смотрел.
— Вот дерьмо! — пробормотал он.
— Что? — последовал обеспокоенный ответ.
— Я... э... ничего, — заикаясь, пробормотал он, внезапно пожалев, что не может пролезть в щели в стене.
Он выглянул из-за промокшего от крови полотенца и увидел, что она широко улыбается, как самый теплый солнечный свет, который он когда-либо испытывал.
— Ты только что понял, что это на меня ты смотрел, когда изображал Вайля И. Койота?
Тим на мгновение задумался о том, чтобы позорно выбежать из комнаты, но решил, что никогда не дойдет до двери. В этот самый момент, в его голове раздался голос Пита, который сказал ему, чтобы он перестал бояться. В конце концов, учитывая то, что она видела, что самое худшее могло случиться?
— Ну, я должен признать, что это был не совсем мой звездный час, — сказал он, пытаясь казаться бесстрастным. — Но в свою защиту скажу, что я отвлекся. Я никогда раньше не видел ангела и решил, что законы физики больше не действуют.
Это вызвало искренний смех, со стороны молодой девушки.
— Что ж, я должна отдать тебе должное за смелость. У большинства парней, не хватило бы смелости попробовать такую линию после того, что произошло. Меня зовут Донна, — сказала она, протягивая руку.
— Донна, меня зовут Тим. Пожалуйста, извини меня, если я не встану. Если я попытаюсь встать, то, скорее всего, упаду, и тебе все-таки придется вызвать скорую помощь.
Она снова засмеялась, и он воспользовался возможностью изучить ее более внимательно. Его первая оценка, была абсолютно точной. Она была сногсшибательна. Ее карие глаза были большими и приветливыми. Ее губы были полными, с легким намеком на вздернутые уголки, что придавало ей вид постоянной лукавой ухмылки. Ее волосы непринужденно струились по плечам, обрамляя лицо в легкой, непринужденной манере, что говорило о том, что она не тратит часы на наведение красоты. Все вместе, это создавало образ человека дружелюбного, доброго и спокойного в отношении того, какое влияние он оказывает на противоположный пол - человека, который не чувствует необходимости добиваться комплиментов и не использует свою внешность, как способ изолировать себя от других.
Его минутная бравада тут же улетучилась, когда он понял, что не может предложить ей ничего такого, что не смогли бы предложить сотни парней на вечеринке. Он ненадолго задумался о том, каково ей приходится, когда все парни борются за ее внимание. Эта мысль была совершенно пугающей.
Тим отступил в безопасное место своей защитной оболочки. "Как я могу произвести на нее впечатление... особенно после того, что случилось?" - безнадежно подумал он.
Внезапно ему в голову пришла мысль, которая была почти столь же болезненной, как и осознание того, что именно она, в конечном счете, позаботилась о нем.
— Так сколько людей знают, что я устроил внизу? — спросил он, не очень-то желая знать ответ.
Выражение лица Донны, было слишком забавным, для его уровня комфорта.
— Ну, дай подумать. Есть я, два парня, которые несли тебя наверх, сорок человек в комнате в то время, остальные жители дома, которые прибежали посмотреть, а к завтрашнему дню, остальные жители кампуса увидят фотографии, которые они сделали.
Тим застонал от этой мысли.
— Спасибо, теперь я чувствую себя намного лучше. Тебя учили этим манерам поведения у постели на занятиях, или они пришли сами собой?
— Расслабься, — заверила она его, ее глаза искрились весельем. — Если у тебя есть чувство юмора, это пройдет через неделю или две. В противном случае, я думаю, ты будешь видеть фотографии на доске объявлений, по крайней мере, до Рождества.
Решив разыграть единственную доступную ему карту, Тим патетически пожал плечами.
— Полагаю, ты не подумаешь о том, чтобы провести со мной какое-то время? Только для моральной поддержки, конечно, — быстро добавил он, стараясь, чтобы это не звучало слишком задорно.
Она милостиво улыбнулась.
— Думаю, это самое малое, что я могу сделать, ведь это моя вина, что ты повредил себя и свою репутацию.
— Твоя вина?
— Ну, — сказала она, с лукавой усмешкой, — если бы я не выглядела так хорошо сегодня вечером, то прямо сейчас, ты был бы в порядке.
Он захихикал, но тут же пожалел об этом из-за пульсирующей боли, которую она вызвала.
— Пожалуйста, не смеши меня.
Они провели остаток вечера вместе, Донна покорно держалась рядом с ним, чтобы отвести критику. Тим последовал ее совету и посмеялся над собой, и тут же обнаружил, что большинство людей, даже спортсмены, сразу же потеплели к нему. Когда он объяснил, почему он вошел в стену, несколько девушек даже сказали ему, что это было романтично.
Вечеринка, наконец, закончилась, и Донна сказала ему, что ей пора возвращаться в свою комнату заниматься. Она быстро обняла его.
— Было очень весело. Не хотел бы ты попробовать еще раз?
Тим сразу же ответил.
— Через час ты свободна?
После этого, они стали проводить вместе значительное количество времени, хотя это было строго по-дружески. Они занимались такими мелочами, как обед или занятия в библиотеке. Иногда она просила его прикрыть ее, когда у нее не было пары на вечеринке. Тим с удивлением обнаружил, что ее жизнь не так идеальна, как он предполагал.
Когда у нее не было рядом никого, к ней постоянно подходили парни, пытаясь найти правильную комбинацию реплик, чтобы отделить ее от трусиков. Это было совсем не то, что он предполагал для нее. На самом деле, его это немного угнетало. Редко кто заботился о Донне или о том, чего она может хотеть. Это была просто бесконечная череда предложений от парней, желающих заполучить ее или похвастаться перед своими приятелями. Даже то, что рядом с ней стоял Тим, не умерило энтузиазма многих потенциальных ухажеров.
Не один раз, парень буквально вставал между ними, чтобы завязать с ней разговор, очевидно, полагая, что его магнетическая личность, заставит ее забыть о болване, с которым она была вместе. Она всегда одинаково реагировала на подобные выпады в сторону Тима. Она любезно показывала, что ее это не интересует, обходила мужчину, а затем продолжала разговаривать с Тимом, как ни в чем не бывало. Ему было до истерики смешно наблюдать за тем, как эти мужчины, считавшие себя выше других, понимали, что она больше заинтересована в его компании.
Только после рождественских каникул, он заметил изменения в ее поведении. Донна стала чаще просить его пойти с ней на свидание и перестала оправдываться, почему. Это было незаметно, и ему потребовалось больше месяца, чтобы убедиться в этом, но, в конце концов, он убедился, что перемены произошли.
В День святого Валентина была вечеринка, спонсируемая ее женским обществом. Тим слышал об этом и задавался вопросом, что выберет Донна, не говоря уже о том, что он будет чувствовать по этому поводу. Он сильно влюбился в нее, и, несмотря на ее недавний интерес к нему, она не показала ничего такого, что убедило бы его в ее сильных чувствах. Он старался не подавать надежд, но не мог перестать желать, чтобы она выбрала его.
Правила были немного необычными. Девушкам не разрешалось назначать свидания до двух недель до танцев. Очевидно, это было сделано для того, чтобы создать своего рода соревнование, за самых желанных парней. В тот день, когда девушкам разрешили приглашать, Тим старался держаться уверенно, но в глубине души готовился к тому, что в этот вечер он будет сидеть дома.
Около десяти часов утра, в его дверь тихонько постучали. Открыв дверь, Тим обнаружил, что с другой стороны стоит Донна, судорожно сжимающая руки и выглядящая нехарактерно нервной. Это удивило его, потому что Донна всегда казалась уверенной и собранной. Он считал, что это происходит от того, что ей приходится иметь дело с таким количеством мужского внимания. Она была вынуждена большую часть времени, держать себя в руках. Это еще больше усиливало впечатление, что она недосягаема, потому что большинство мужчин, редко видели ее такой, какая она есть.
Эти и еще около сотни других мыслей пронеслись у него в голове, пока он наблюдал, как она неловко стоит. Тим еще до того, как она произнесла хоть слово, понял, почему она здесь, и ему пришлось спрятать свои руки, которые дрожали в предвкушении.
— Привет, Тим. — Она посмотрела на пол, затем глубоко вздохнула. — Слушай, я хотела спросить, не хочешь ли ты пойти на танец Святого Валентина?
Он не колебался.
— Конечно я хочу быть твоим спутником, Донна, — ответил он, не в силах стереть ухмылку со своего лица. Он взглянул на часы. — Мне просто интересно, почему ты так долго.
Сняв напряжение момента, она высунула язык, и они рассмеялись. Тим почувствовал себя настолько непринужденно, что, не задумываясь, наклонился и поцеловал ее в щеку, а затем крепко обнял. Он почувствовал, что она напряглась, и отстранился, чтобы посмотреть, не сделал ли он что-то не так.
Она смотрела на него иначе, чем он когда-либо помнил, почти ожидающе. Интенсивность ее взгляда завораживала. Тим почувствовал неясность и понял, что снова наклоняется, на этот раз медленнее. Он был словно пойман ее притяжением - он был не в состоянии сопротивляться или даже думать о том, что происходит.
Дрожь пробежала по ее телу, когда их губы встретились. Ее губы были мягкими и влажными, со слабым фруктовым привкусом помады. Аромат ее духов пронесся по его телу, почти заставив колени подкоситься. Ее губы разошлись, и ее язык коснулся его губ, пытаясь раздвинуть их. Тим наклонил голову и позволил ее языку проскользнуть между ними, мягко танцуя против его собственного. Месяцы предвкушения, обострили момент до невозможности.
Она наклоняла голову вперед и назад, словно намереваясь поглотить его губы своими, посылая второй, более мощный импульс по его телу. На этот раз его колени подкосились, и он привалился спиной к дверной раме. Это разрушило власть, которую этот момент имел над ними обоими, и она отстранилась, немного стесняясь.
— Вау! — это все, что он смог вымолвить.
— Да, это было немного неожиданно, — заметила она. — Мне было интересно, собираешься ли ты когда-нибудь заняться этим.
Тим ошеломленно посмотрел на нее.
— Собираюсь? Ты уже несколько месяцев говоришь мне, что мы просто друзья. Каждый раз, когда мы ходим на вечеринки, это потому, что у тебя нет пары.
Она улыбнулась, напомнив ему кошку, играющую со своей добычей.
— Неужели ты ничего не понимаешь в женщинах, Тим? Иногда нужно знать, когда быть смелым. Вот так.
Он в недоумении покачал головой.
— Все это время я думал, что главное - это то, что я слушал тебя и уважал твои желания. Ты ждала этого, все это время?
— Ну... нет, — призналась она. — Если бы ты попытался сделать это, когда мы только познакомились, возможно, все было бы по-другому. Все изменилось, когда я узнала тебя лучше. Я не могу представить, как я могла бы более явно показать, чего я хочу.
Его руки поднялись, в знак капитуляции.
— Хорошо, я сдаюсь. Я пропустил все знаки, которые должен был увидеть. Просто сделай мне одолжение в следующий раз и используй дымовые сигналы, хорошо?
Донна покачала головой и пробормотала:
— Парни такие невежественные.
Ей нужно было бежать на занятия, поэтому они снова поцеловались, совсем недолго. Затем он смотрел, как она бежит по коридору, закрывая дверь, прежде чем позволил себе закричать от восторга. Она обернулась, чтобы улыбнуться его реакции и мужчинам, выходящим из своей комнаты, чтобы посмотреть, что за переполох.
Следующая неделя для Тима, была как во сне. Они проводили вместе каждый возможный момент, наслаждаясь друг другом с такой близостью, на которую до этого момента, он не позволял себе надеяться. Осознание того, что она хочет быть с ним как с парнем, а не просто как с другом, открыло часть его сердца, которую он держал на страже, чтобы защитить себя. До этого момента, Тиму приходилось делать вид, что это не имеет значения, когда она бросала его, чтобы встречаться с кем-то другим, но правда была в том, что как бы он ни ценил их дружбу, его убивало то, что он не был тем, кого она хотела.
Поскольку Тим и Донна уже провели так много времени вместе, они быстро перешли от поцелуев к более интимным контактам. В ночь перед танцами, они зашли еще дальше. Все началось с ласк, которые быстро стали стандартом в их отношениях, но когда он неуверенно коснулся ее киски поверх джинсов, она застонала от удовольствия и поймала его руку своей, прижавшись к его ладони. Тим был поражен жаром, исходящим через плотный материал.
Он переместил свои губы к ее шее, и она в ответ откинула голову назад. Воспользовавшись тем, что она отвлеклась, Тим расстегнул пуговицу на ее джинсах и быстро спустил молнию. Просунув руку внутрь, он кончиками пальцев погладил ее половые губы, через шелковистый материал трусиков. Он оттянул их в сторону и просунул под них палец. Его риск принес мгновенное вознаграждение: она похотливо застонала и усилила поцелуй.
Тим провел пальцем по ее внешним губам, пытаясь понять, что доставляет ей удовольствие. Этот момент, занимал его мысли с момента их первого поцелуя, и он не хотел ее подвести. Поскольку он боялся показаться неуклюжим, он решил обратить внимание на то, на что она реагирует, и использовать это вместо того, чтобы иметь конкретную технику, которую он хотел бы использовать.
Донна стонала громче и извивалась на кровати, когда его поглаживания приближали ее к оргазму. Он испытывал неподдельное чувство благоговения, наблюдая, как женщина его мечты, превращается в потную, стонущую кучку под его рукой. Ее дыхание становилось все более неровным, и она издавала нечленораздельные звуки.
Тим осторожно ввел палец между ее наружными губами и просунул его внутрь на пару дюймов, заставив Донну приподнять бедра с кровати и запустить пальцы в его волосы. Она притянула его лицо к своему и поцеловала его более настойчиво.
Он вынул палец и снова стал тереть ее клитор, заставляя ее тело бесконтрольно биться.
— Вот оно, малыш, я так близко! Пожалуйста, не останавливайся, — кричала она.
Тим стал тереть ее клитор двумя пальцами, быстро двигая ими, и она ответила так громко, что ему пришлось закрыть ей рот своим, чтобы не услышал весь этаж. Ее бедра двигались быстрее, пока вдруг не остановились, затем ее тело снова выгнулось дугой, приняв невозможную позу обратного поклона, и он почувствовал, как мышцы ее ног неконтролируемо сжимаются. Она закричала так громко, что даже закрывание рта, не произвело никакого эффекта.
Движения ее тела постепенно замедлялись и, в конце концов, свелись к случайным подергиваниям, когда он задевал пальцами чувствительную точку. Тим решил, что его момент, наконец, настал, и встал, чтобы стянуть с нее джинсы до конца.
— Нет, Тим, не сегодня, — умоляла она, быстро вырываясь из его рук.
Он ответил пустым выражением лица, смущенный внезапной переменой.
— Но я думал...
Она встала и притянула его к себе, шепча на ухо.
— Скоро, я обещаю, просто потерпи еще немного.
Его комически разочарованное выражение лица, почти заставило ее хихикнуть, но она сдержалась, не желая, чтобы он подумал, что она издевается над ним.
Донна, с озорной ухмылкой, наклонилась к нему и прошептала:
— Я обещаю загладить свою вину перед тобой.
Когда слова сорвались с ее губ, Тим почувствовал ее руки на своем ремне, ловко расстегивающие его, затем переходящие к застежке на его брюках. Она быстро сбросила их на пол, затем просунула пальцы под пояс его боксеров. Кончиками пальцев она провела по кончику, собирая соки. Размазав ее по стволу, она обхватила его пальцами и использовала смазку, чтобы легче скользить рукой вверх и вниз. Донна развернула его и мягко надавила на плечи, чтобы он лег на кровать, а затем встала перед ним на колени. Тим откинулся назад, чтобы расслабиться и насладиться ощущениями, пока она увеличивала темп. Он наблюдал, как ее рука превратилась в пятно, пытаясь довести его до оргазма.
— Хорошо, малыш, — ворковала она, — теперь я хочу, чтобы ты кончил для меня. Пожалуйста, Тим, я хочу посмотреть на тебя. Ты такой теплый и твердый, просто кончи для меня.
Он не мог представить себе ничего более эротичного, чем смотреть, как женщина его мечты гладит его, используя при этом этот язык. Это заводило его слишком далеко, чтобы сдерживаться, независимо от того, как сильно он наслаждался моментом.
Его бедра начали двигаться сами по себе, и он простонал, сквозь стиснутые зубы:
— Да, вот так! — когда начал достигать кульминации.
В последнюю секунду она опустилась и взяла кончик в рот, сильно посасывая и продолжая поглаживать ствол. Она продолжала сосать, пока его тело проходило через спазм за спазмом, оставляя его истощенным эмоционально и физически.
Когда его кульминация прошла, Тим посмотрел на нее и понял, что она, все это время, пристально наблюдала за ним, с легким намеком на восхищение. Он также с удивлением понял, что от его эякуляции не осталось и следа. Его переполняла мысль о том, что она сделает это для него, и ему хотелось бы быть тем человеком, который мог бы сказать что-то красивое и поэтичное. Вместо этого, он просто погладил ее по щеке и без слов успокоил. Она скользнула вверх по его телу, и они поцеловались. Поскольку он не мог придумать, что сказать, Тим просто обнял ее и прошептал:
— Спасибо.
Она лукаво усмехнулась.
— Значит, я прощена?
Ему удалось устало улыбнуться в ответ.
— Думаю, на этот раз, я могу отпустить тебя с предупреждением.
~~~~~
На следующий вечер, они прекрасно провели время на танцах. Они смеялись и шутили с ее друзьями, которые, казалось, с готовностью приняли Тима и его новый статус ее парня. Он не очень любил танцевать, но не хотел заставлять ее скучать, поэтому он проглотил свою гордость и выходил с ней в центр танцпола так часто, как она хотела. Медленные танцы были его любимыми, и потому что они были легче, и потому что это давало ему возможность, видеть завистливые взгляды большинства мужчин в зале.
После окончания вечеринки, Тим пригласил ее на мороженое. Он немного волновался, что она сочтет это старомодным, но ни один из них не был достаточно взрослым, чтобы попасть в бар, и он не мог смириться с тем, что свидание закончится. Вместо того чтобы быть скучными, пара смеялась и шутила, пока заведение не закрылось и их не попросили уйти. Донна, казалось, умела получать удовольствие, где бы она ни находилась, и то, как она отвечала ему, заставило Тима почувствовать уверенность в себе.
После этого они шли по кампусу рука об руку и смотрели на луну. Для него это было как сон, свидание, о котором он всегда мечтал. То, что она, казалось, наслаждалась этим так же, как и он, еще больше усугубляло ситуацию, когда у него закончились дела, которыми они могли бы заняться.
— Ты готова идти домой? — безрадостно спросил он.
— Ну, какие у меня есть альтернативы?
"Это знак, который даже я не могу пропустить", - сказал он себе.
— Мой сосед по комнате уехал на выходные, так что мы могли бы пойти в мою комнату.
Она поцеловала его и с энтузиазмом согласилась. Тим надеялся, что они уже миновали то, что сдерживало ее раньше. Эта мысль возбуждала его несказанно, но в то же время пугала. Судя по ее реакции, он действовал очень хорошо, но это была единственная область, где он чувствовал себя особенно уязвимым.
Они дошли до его комнаты и без единого слова вошли внутрь. Донна притянула его к себе, и они крепко поцеловались.
— Теперь садись на кровать и готовься, — приказала она.
Он смотрел, как она стягивает через голову свитер, что вызвало у него стон.
— О, как мило, — ворковал он, разрываясь между восхищением сексуальным черным бюстгальтером, с белыми кружевными цветочными каймами, и видом ее груди, которая была всего в одном крючке от того, чтобы впервые обнажиться перед ним.
— Спасибо, — сказала она, гордо улыбнувшись. — Я купила его специально для тебя. Точнее, я купила для тебя и то, и другое, — промурлыкала она, когда брюки сползли вниз по ее длинным ногам.
Сочетающиеся трусики были прозрачными, что позволило ему разглядеть ее темный треугольник сквозь материал.
Тим поспешно сбросил штаны, но Донна уже подошла и коснулась его руки.
— Помедленнее, малыш, у нас вся ночь впереди.
Она покрутилась, открывая ему прекрасный вид на свою подтянутую попку, затем отошла, демонстрируя ему свою самую сексуальную позу. Она покрутилась еще раз, затем протянула руки.
— Тебе нравится?
Тим мог только простонать, в знак благодарности.
Она взяла его руки и поднесла их к своим грудям, поощряя его ласкать их. Тим приблизил свой рот к ее груди и поцеловал верхнюю часть каждой груди, затем переместился между ними, проводя языком по ее декольте. Она удивленно вскрикнула, когда он расстегнул застежку, не дав ей даже понять, что пытается это сделать. "Я твой должник, Пит", - подумал он с радостью, вспомнив совет своего друга.
Дрожащими руками он оттянул бока, наблюдая, как обнажается все больше ее кожи, пока, наконец, не показались светло-коричневые ареолы. Лифчик на мгновение зацепился за ее соски, отчего у Тима на мгновение перехватило дыхание в предвкушении. Когда бюстгальтер освободился, он неуверенно протянул руку и обхватил ее грудь, массируя сосок большим и указательным пальцами, чем вызвал у нее тихий стон. Они были впечатляющими: круглые и упругие, без намека на обвисание. Хотя они и не были большими, но прекрасно дополняли ее тело.
Наклонившись, он провел губами по ее соску, а пальцы нежно сжали другую грудь. Рука Донны скользнула ему за голову, притягивая его к себе, поощряя его быть более агрессивным. Тим ответил на это, скользнув левой рукой к трусикам и просунув пальцы под пояс.
— О нет, — выругалась она. — На этот раз, не отвлекай меня.
Она отстранилась и быстро спустила бретельки с плеч, позволив лифчику упасть на пол. Соблазнительно облизнув губы, она зацепила большими пальцами пояс трусиков и спустила их по бедрам. Он не отрываясь смотрел, как они скользят все ниже и ниже, пока она не оказалась полностью обнаженной перед ним. Секунды спустя, они упали на пол, и она вышла из них, слегка раздвинув ноги и подавшись вперед, позволяя ему оценить всю ее красоту. Тим протянул руку, его пальцы коснулись ее внешних губ.
Донна игриво отдернула руку.
— Я же говорила тебе, не отвлекайся. Сегодня я веду шоу.
Толкнув его на спину, она потянулась и провела пальцами по выпуклости в его трусах, вызвав благодарный стон, когда его бедра двинулись навстречу ее прикосновениям. Она наклонилась вперед и провела языком по контуру его эрекции, глядя ему в глаза, пока ее язык прослеживал каждый дюйм. Ее пальцы отодвинули переднюю часть его трусов, и она переместила свой рот на кончик.
Донна полностью переключила свое внимание на его удовольствие, жадно проводя языком по головке, а руками спускала его трусы. Когда они были сняты, она взяла кончик в рот, затем просунула одну руку под его член, обхватив его. Затем она провела языком взад-вперед по нижней стороне ствола, слегка покусывая его. Ее губы приоткрылись, и она начала посасывать чувствительную плоть.
Ощущения не были похожи ни на что, что Тим когда-либо испытывал
— Милая, ты должна остановиться, — судорожно говорил он, боясь разочаровать ее. — Я сейчас кончу.
Она сделала паузу на мгновение и ободряюще улыбнулась ему.
— Ну, глупый, это главная идея.
Опустив взгляд, она взяла первые несколько дюймов его члена в рот, а рукой быстро погладила ствол. Результат был почти мгновенным. Дыхание Тима стало учащенным, и он почувствовал, что теряет контроль над собой. Несмотря на то, что он не хотел давить слишком сильно, его бедра подались вверх, и он кончал в течение, казалось, нескольких минут. Тим закрыл глаза так сильно, что увидел звезды.
Еще через несколько секунд, он стал слишком чувствительным для ее продолжения, и он мягко оттолкнул ее.
Она снова подняла голову и улыбнулась.
— Хорошо, теперь мы можем перейти к основному событию.
— Донна, — нерешительно начал он. — Мне нужно тебе кое-что сказать.
— Шшш, — прервала она. Она погладила его щеку большим пальцем, глядя на него с любовью, как будто он был самым важным в ее жизни. — Я знаю. Именно поэтому я хотела пойти первой. Я не хочу, чтобы ты чувствовал, что тебе нужно о чем-то беспокоиться. Просто доверься себе, и все будет хорошо.
Она наклонилась вперед и поцеловала его. Их языки заплясали друг против друга, и он повалил ее на кровать, оказавшись сверху.
Тим целовал ее тело, исследуя шею, а затем перешел к груди. Ее кожа была мягкой и теплой на ощупь. Он чувствовал, как его член скользит по ее лобковым волосам, оставляя за собой мокрый след, затем по ее бедру, когда он целовал ниже. Ощущения были настолько эротичными, что он сразу же поблагодарил ее за то, что она настояла на том, чтобы взять все в свои руки. Несмотря на снятое напряжение, его руки дрожали, когда он проводил ими по ее коже.
— Тим, — мягко сказала она, — просто расслабься. Я уже люблю тебя, не надо мне ничего доказывать.
Заглянув ей в глаза, он удивленно спросил:
— Ты действительно так думаешь?
Она кивнула, с ободряющей улыбкой. Он снова двинулся вверх по ее телу, его губы вернулись к ее губам. Когда они целовались, все, казалось, окончательно прояснилось. Тим стряхнул с себя оцепенение, в котором он находился. Его язык прошелся по ее губам, затем встретился с ее языком, страстно лаская его. Он отстранился и пристально посмотрел ей в глаза.
— Я тоже люблю тебя, Донна, — воскликнул он, без всякой нерешительности или сомнения в себе.
Его поцелуи стали более настойчивыми, его губы переместились к ее шее и сильнее прижались к ее коже. Он спускался ниже, останавливаясь у ее грудей, по очереди сильнее покусывая каждую, используя ее стоны как план действий, чтобы доставить ей удовольствие.
Он продолжал дразнить ее, пока она не стала извиваться, пытаясь освободиться. Тим провел губами по ее влажной от пота коже, наслаждаясь ее вкусом. Миновав ее пупок, он добрался до края ее ухоженного бугорка. Он провел языком по его контуру, наслаждаясь тактильным ощущением перехода от грубых волос к мягкой плоти. Наконец, он скользнул вниз, пока его губы не коснулись ее клитора. Она заметно вздрогнула. Он не поддался искушению остаться на этом месте и провел языком по ее половым губам, обводя их теплые контуры.
Когда он дошел до самого низа, она закинула одну ногу ему на плечо, за ней быстро последовала другая, полностью открывая себя для него. В ответ, Тим погрузил свой язык между ее губами. Он снова и снова глубоко проникал в нее, подталкивая ее к кульминации. Он крепко притянул ее ноги к себе, чтобы продвинуться как можно дальше. Она ответила, запустив пальцы в его волосы. Ее ноги тряслись, а тело стремительно приближалось к разрядке. Тим прильнул ртом к ее клитору и обхватил его губами. Сильно посасывая, он взял в рот столько, сколько смог. Не отпуская ее, он быстро провел языком по ней взад-вперед, в постоянном ритме.
— О, малыш, прямо здесь, — умоляла она.
Ее бедра приподнялись над кроватью, и она убрала руки с его головы, когда он усилил давление своего языка. Все ее тело дрожало, а ноги еще сильнее сжимали его голову. Ее дыхание участилось, а стоны становились все громче, когда она подошла к краю пропасти. Тим почувствовал, что ее тело дико бьется в спазмах, поэтому крепко сжал ее клитор и втянул его в рот так сильно, как только мог.
— Да! — закричала она, ее спина выгнулась дугой, и удержаться было почти невозможно.
Он изо всех сил старался держать рот неподвижным, пока на нее накатывала волна за волной оргазма. Ощущение ее тела, содрогающегося в экстазе, опьяняло. Он мгновенно понял, что никогда не устанет от этих ощущений.
Тим проделал путь вверх по ее телу, целуя каждый сантиметр, смакуя пот, как подтверждение своего мастерства. Скользя грудью по ее животу, он коснулся ее грудей и остановился на поцелуях ее шеи. Он совместил свою эрекцию с ее входом и толкнулся вперед, но что-то было не так. Она издала небольшой вскрик, и он попытался подстроиться, но встретил то же сопротивление.
— Прости, — извинился он, стесняясь.
— Вот, — мягко сказала она, протягивая руку между их телами.
Тим сдвинулся, чтобы дать ей место, и почувствовал, как она обхватила его член, проводя кончиком вперед-назад по влажным губам. Она согнула одну ногу, изменив угол наклона бедер, и головка скользнула в нее.
— О, — застонал он, когда ее рука отпустила его, и он наполовину вошел в нее.
Она была невероятно теплой и тугой. Он отстранился, затем толкнулся вперед, снова остановившись, чтобы не войти в нее полностью. Она подняла другую ногу, зацепив его тело ступней, и на этот раз он не остановился, пока полностью не погрузился в нее. Тим сделал паузу, потрясенный невероятными ощущениями, которые он испытывал, как физическими, так и эмоциональными. Это был не просто его первый раз - это было с ней.
Вдруг она вывернулась, неожиданно перевернув его на спину. Она посмотрела ему в глаза и прошептала:
— Я люблю тебя.
Сидя прямо, она извивалась на коленях Тима, двигаясь вперед и назад на его члене. Ощущения усилились, но позволили ему подавить желание оргазма. Он массировал ее груди, поглаживая соски большими пальцами. Она внезапно прекратила свои движения и прижала его руки к своему телу.
— Не двигайся, — стонала она. Затем, словно разговаривая сама с собой, добавила: — Вот здесь.
Ее бедра слегка сдвинулись вперед и назад, придав движениям легкий поворот.
— Да! — громко воскликнула она, внезапно быстро вращая бедрами в круговом движении.
Он почувствовал, как ее тело задрожало, затем ее мышцы сжались на его стволе, и она кончила снова, сильнее, чем раньше. Ее бедра тряслись, и он чувствовал, как дрожат ее руки, когда толчки накатывали все сильнее и сильнее.
Она легла ему на грудь, страстно целуя его.
— Это было чудесно, малыш. Теперь я хочу, чтобы ты кончил в меня. — Видя его обеспокоенное выражение лица, она добавила: — Все хорошо, я в безопасности.
Тим с радостью выполнил эту просьбу. Перекатив ее под себя, он подсунул одну руку под ее ногу и приподнял. Используя ее как рычаг, он сильно и быстро вошел в нее, стремясь достичь собственного оргазма.
— Да, милый, вот так, — ворковала она, слегка царапая ногтями его спину.
Благодаря ее поощрению и ощущению ее тела, страсть быстро овладела им.
— Я кончаю, — простонал он.
Она крепко прижалась к нему, и с последними толчками, он почувствовал извержение кульминации. Он вошел в нее до упора и обхватил ее тело руками. Дрожа, он прижал ее к себе, наслаждаясь ощущением ее тела, прижатого к его телу, как будто они испытывали одни и те же ощущения. Они лихорадочно целовались, когда волны схлынули, оставив его опустошенным, но чувствующим себя более полным, чем он когда-либо мог себе представить.
— Я люблю тебя, — повторила она, пристально глядя на него.
— Я тоже люблю тебя, Донна, — прошептал он.
******
Остаток учебного года, прошел как в тумане. Хотя он старался изо всех сил, оценки Тима немного снизились, из-за всего того времени, которое они проводили вместе. Донна сделала его своим личным проектом: помогала ему выбирать одежду, знакомила его с влиятельными людьми в кампусе и объясняла, как ладить с различными социальными группами. Она была самым настоящим определением социальной бабочки, уживаясь практически со всеми. Будь то шумная пьяная вечеринка или тихое собрание, где люди обсуждали насущные проблемы, Донна точно знала, что нужно сказать и с кем поговорить.
Когда наступили летние каникулы, он с ужасом ждал отъезда. Она оставалась в колледже, чтобы работать и посещать пару занятий, а Тим уезжал домой и снова работал с Питом. Он должен был навестить ее несколько раз, и она тоже собиралась навестить его один раз, но после ежедневных визитов в течение нескольких месяцев, недели разлуки казались вечностью. Тим решил использовать это время с умом, поэтому вернулся на работу к Питу и бесконечно учился, чтобы компенсировать небольшое снижение среднего балла. Он знал, что когда снова начнется учеба, он должен быть готов выложиться по максимуму, как для себя, так и для их будущего.
Пит выбил несколько выходных дней для поездок Тима к ней, и еще раз, когда она приехала в город, на свой двадцать первый день рождения. Он настоял на том, чтобы пригласить их обоих в гости, так что они дважды встречались с ним и его женой Тришей. Оба они были неравнодушны к Донне, и они провели прекрасный вечер в компании друг друга.
Когда вечер закончился, Донна вернулась к Тиму, где его семья, с благодарностью разрешила ей остаться на ночь. Они старались вести себя как можно тише, так как в течение нескольких часов, с восторгом наслаждались друг другом. Это была удивительная ночь, наполненная сочетанием безудержной страсти и нежности, о которой он даже не подозревал и знал, что никогда не забудет.
Когда Донна уехала в школу, Тим снова потащился на работу, на последние три недели перед началом занятий. Хотя их общение во время каникул было не таким, как обычно, Тим утешал себя тем, каким замечательным был секс. Он знал, что как только ему удастся наладить свою работу и учебу, они снова войдут в тот же ритм, что и во время предыдущего учебного года.
Он признался Питу, что безнадежно влюблен и хочет попросить ее выйти за него замуж, когда придет время. Пит предупредил своего молодого друга, что, возможно, он слишком торопится. Тим согласился и планировал отложить это до Рождества, но не смог удержаться и пошел в ювелирный магазин и потратил половину своего летнего заработка на кольцо, которое, как обещала продавщица, ошеломит Донну, когда бы он ни попросил. Он был уверен, что когда она увидит, как он обеспечил их будущее, у нее не будет шансов отказать.
Тим пришел в школу во вторник и сразу отправился в общежитие, чтобы привести себя в порядок. Открыв дверь, он обнаружил Донну, ожидающую на кровати его соседа по комнате, одетую в белые чулки до бедер, пояс с подвязками и больше ничего. Голос, позади него, громко воскликнул:
— Вот дерьмо! — выведя Тима из шокового паралича.
Смеясь, он поспешил внутрь и закрыл дверь.
— Вау, ты выглядишь... вау! — тупо сказал он.
Его непосредственной проблемой была боль, которую он испытывал из-за угла, под которым росла его эрекция. Он попытался отрегулировать его так, чтобы это не было слишком заметно.
— Это большой сюрприз, но как ты узнала, что мы будем одни?
— Я подкупила твоего соседа. Он собирается в кино, потом на ужин, так что у нас будет целый день, — решительным тоном сказала она, который дал Тиму понять, что он не имеет права голоса.
Они провели вторую половину дня, наверстывая время, проведенное в разлуке. Это был волшебный день и прекрасный способ начать новый учебный год.
В течение следующего месяца, все шло хорошо. Донна была внимательна как никогда. Но все еще оставались некоторые трудности с тем, как они проводили день за днем. Тим был удивлен, насколько прекрасной была их сексуальная жизнь, в то время как все остальное, казалось вынужденным. Он пришел к выводу, что это, скорее всего, типично для такого типа серьезных отношений, особенно в хаосе студенческой жизни. Поскольку интимная сторона их отношений продолжалась лучше, чем когда-либо, он был уверен, что остальное наладится само собой, когда у них наконец появится больше времени. Она знала, что он прилагает столько усилий, чтобы обеспечить их будущее, и был уверен, что полностью поддерживает его усилия.
Тим с нетерпением ждал последнюю неделю сентября, как отличную неделю, которую можно провести с Донной. В конце месяца, было несколько вечеринок в честь футбольной команды, которая впервые за много лет, заняла первое место в национальном рейтинге. Он не часто общался в этих кругах, но поскольку Донна знала практически все группы в кампусе, их пригласили на три разных вечеринки. Она не была уверена, стоит ли им зайти на все три или просто выбрать одну и остаться, но заверила его, что на любой из них будет очень весело. Вечеринка должна была стать кульминацией недели, но основное внимание, было уделено мероприятиям, предшествующим ей, которые должны были быть легкими в плане школьной работы и насыщенными в плане времени, которое они могли бы провести вместе.
К сожалению, вся неделя оказалась неудачной. У Тима было два учителя, которые не были большими фанатами футбола, поэтому он был завален домашними заданиями и несколькими предстоящими контрольными работами, от которых зависело начало года. В то немногое свободное время, которое ему удавалось выкроить, он постоянно терял связь с Донной, которая принимала участие в планировании одной из вечеринок. Он говорил с ее автоответчиком, потом она говорила с его. Это было обидно, но каждый день он смотрел на кольцо, спрятанное в ящике для носков, и напоминал себе, что все это когда-нибудь окупится.
В довершение ко всему, ему пришлось отменить вечеринку из-за работы, которую нужно было закончить к понедельнику. Это заняло бы весь день, и он решил, что предпочел бы провести воскресенье с ней наедине, занимаясь чем-то романтическим, чем на шумной вечеринке с кучей незнакомых ему людей. В пятницу они снова разминулись, но он оставил ей сообщение, чтобы она пошла развлекаться с друзьями.
Когда он вернулся из библиотеки в субботу, он увидел, что индикатор сообщения мигает. Он подошел к аппарату и нажал кнопку "рlаy".
"Тим, это я". - Голос Донны звучал напряженно, и Тим сразу же забеспокоился. Он слышал каждое ее настроение, и, очевидно, что-то было не так. - "Я знаю, что мы оба были очень заняты в последнее время, но нам нужно поговорить. Я позвоню тебе завтра в час дня, пожалуйста, постарайся прийти. Это важно".
Тысяча мыслей нахлынули на него одновременно, каждая из них была более тревожной, чем предыдущая. Он посмотрел на оставшееся домашнее задание и решил, что оно может подождать до следующего дня. Было уже около девяти часов, так что он знал, что ее будет трудно найти, но Тим не собирался останавливаться, пока не убедится, что все в порядке.
Сначала он зашел на вечеринку, где собиралось большинство ее сестер по женскому обществу. Ему не потребовалось много времени, чтобы убедиться, что ее там нет. Девушки, похоже, отлично проводили время, и никто не упоминал о том, что Донна расстроена, так что он начал чувствовать себя немного лучше, размышляя, не слишком ли остро он отреагировал из-за пережитого стресса. Он решил пойти на вечеринку спортсменов. Там собиралось много парней из футбольной команды, и хотя Тим не знал большинства из них, он бывал на многих вечеринках, чтобы знать некоторых людей из их толпы.
Когда он подошел к двери, то сразу же пожалел, что не пошел на третью вечеринку. Тим увидел только несколько человек, которых знал, и то не по имени. Он немного поспрашивал, но особой помощи не получил. Один из футболистов услышал, как он спрашивал о Донне, и без обиняков сказал, что она наверху. Пропустив снисходительный взгляд, он начал подниматься по лестнице. Это был довольно большой дом, и из-за толпы, ему потребовалось некоторое время, чтобы обойти его.
Через десять минут, он все еще не увидел ее и начал сомневаться, что она вообще была на вечеринке, ведь там должна была быть не одна Донна. Прежде чем сдаться, Тим решил спросить у девушки, которую он смутно узнал. Она была первокурсницей и пьяна в стельку. На шее у нее было несколько больших засосов, а макияж был размазан. Он предположил, что она просто выпила еще, прежде чем вернуться и трахнуть того жеребца, с которым она была весь вечер.
Он поймал ее за руку:
— Эй, ты знаешь Донну? — После быстрого утвердительного кивка, он добавил: — Ты не видела ее здесь?
Девушка секунду смотрела безучастно, затем пьяная дымка рассеялась настолько, что она смогла осмыслить вопрос.
— О, я видела ее, некоторое время назад. Думаю, она в комнате Джейка. Подожди, я пойду проверю.
Она пересекла коридор на нетвердых ногах и постучала в дверь, затем просунула голову внутрь и начала с кем-то разговаривать.
Внезапно, Тим почувствовал себя очень неуютно. Имела ли она в виду, что Донна была в чьей-то комнате и с кем-то общалась, или что-то другое? Он никогда не испытывал к ней ревности, для этого никогда не было причин. Донна всегда давала понять ему и всем остальным, что ее никто не интересует, поэтому он никогда не чувствовал необходимости беспокоиться о ней. Он ругал себя за то, что придает слишком большое значение тому, что должно было быть невинным. Его девушка была самым добрым и верным человеком, которого он когда-либо встречал.
Девушка отошла от двери, и парень широко распахнул ее. Тим сразу же узнал его. Это был всеамериканский полузащитник из команды, Джейк Стиллвелл. Они сталкивались друг с другом раз или два, хотя, конечно, никогда не в классе. Было широко известно, что он получил много "помощи" в школе, чтобы команда могла продолжать побеждать. Парень был глыбой гранита, 185 сантиметров, 106 килограммов твердой мускулатуры. Он был одет только в шорты, с самодовольным выражением лица, которое мгновенно обеспокоило Тима.
— Так вот он какой, парень, — сказал он с усмешкой. — Не думаю, что ты здесь нужен. Донна в хороших руках.
— Мне кажется, произошла ошибка, мы говорим о другой девушке, — сказал Тим, отчаянно надеясь, что это какое-то недоразумение.
Он искал логическое объяснение этой путанице, когда сзади игрока раздался знакомый голос.
— Джейк, ты не видел мой топ?
Он отступил назад со злой ухмылкой, и Тим увидел Донну, выходящую из ванной в одной лишь майке. Она замерла, когда увидела его в дверном проеме, и на ее глаза навернулись слезы.
— Тим, — прошептала она, развернулась и убежала обратно в ванную, захлопнув за собой дверь.
Тим тут же повернулся и бросился к лестнице, не заботясь о том, с кем он столкнется, отчаянно желая выбраться из дома, пока не выставил себя еще большим дураком.
"Каким же дураком я мог быть?" - подумал он, когда слезы застилали ему глаза. - "Как будто она могла, когда-нибудь, выйти замуж за такого, как я".
Он вышел из дома и замедлил шаг, пытаясь справиться с нахлынувшими эмоциями, когда сзади раздался голос:
— Эй, игольчатый член!
Он остановился и повернулся, понимая, что его унижение еще не закончилось.
— Не думай о моей девочке, — сказал Джейк. — Мы занимались этим всю неделю, и она сказала, что не может дождаться, когда сообщит тебе об этом, чтобы перестать жалеть тебя.
Хотя Тим знал, что Джейк может буквально убить его, он был так зол и растерян, что ему было наплевать на все, кроме поиска способа заглушить боль. Он шагнул к гораздо более крупному парню.
— Иди на хуй, блевотина безмозглая.
Он заметил группу людей позади Джейка, которые высыпали из дома, чтобы посмотреть, что произойдет. Тим стоял на своем и ждал.
— У Донны тугая маленькая киска - очевидно, в последнее время она не получала достаточно члена. Я заставил ее кричать так громко, что люди останавливались, чтобы узнать, все ли с ней в порядке. — Он отвернулся от Тима к группе друзей, стоящих вокруг него. — Кто слышал, как Донна кончала час назад?
Небольшая группа парней, стоявших вокруг, разразилась одобрительными возгласами.
Когда Тим услышал это, он вышел из себя. Он подошел к Джейку, схватил его за плечо и замахнулся. Спортсмен без труда блокировал удар и нанес встречный удар в живот, повалив Тима на землю. Он чувствовал себя так, словно его лягнула лошадь, казалось невозможным, что кто-то может ударить так сильно. Джейк рывком поставил его на ноги, а затем ударил кулаком в голову, снова повалив его на землю.
Тим поднял голову и с удивлением увидел, что все происходит в замедленной съемке. Он больше не слышал из правого уха ничего, кроме тупого, неразличимого звука. У него было ощущение, что его снова тянут к ногам, но он был слишком растерян, чтобы быть уверенным. Вдруг он понял, что кто-то держит его, а Джейк стоит впереди с отведенным назад кулаком. Он даже не видел, как тот нанес удар - на секунду все вокруг стало черным, а затем вспыхнули тысячи ярких точек света.
В следующее мгновение, Тим снова оказался на земле на руках и коленях, пытаясь осознать происходящее. Он увидел, как Джейк надвигается на него еще раз, и почувствовал, как его бок взорвался, когда его пнули достаточно сильно, чтобы услышать треск ребер.
Когда он лежал на земле, совершенно потеряв сознание, раздались отстраненные голоса.
— Прекрати, Джейк, если тебя поймают копы, тебя отстранят от занятий.
Тим в замешательстве оглянулся и увидел, как того оттаскивают несколько товарищей по команде, выкрикивая угрозы, но не мог понять, что он говорит. В отличие от фильмов, он так и не потерял сознание. Была только колющая боль, которая заставила его пожалеть, что он этого не сделал. Несколько парней подхватили его и потащили обратно в сторону общежития.
— Тебе лучше не связываться с ним снова, он может убить тебя, — предупредил один из них. — Послушай моего совета, забудь о своей девушке. Если она с ним, то тебе лучше без нее. Она испорченный товар.
Слова не имели смысла, когда он их произносил, но они продолжали крутиться в голове Тима, пытавшегося понять, что происходит. Его голова пульсировала, а боль в боку была мучительной. Каждый шаг, казалось, делал все хуже. Стало трудно дышать. Должно быть, он сказал им, где находится его комната, хотя не помнил, как это сделал. Один из них взял у него ключи, открыл дверь и провел Тима в комнату. Они положили его на кровать, а затем быстро вышли, сказав ему, чтобы он не звонил в полицию.
Он лежал в темноте неизвестно сколько времени, не в силах пошевелиться. Боль становилась все сильнее, и он не знал, что делать. Наконец он потянулся в карман и достал свой телефон. Он слабо нажал на быстрый набор и поднес его к уху.
На мгновение раздалось громкое шуршание, затем усталый голос ответил.
— Да?
— Пит? — хрипло простонал он.
Голос мужчины, сразу же приобрел тревожный оттенок.
— Тим, ты в порядке?
— Нет, мне нужна помощь. Пожалуйста... — после чего боль, наконец-то, утихла.
~~~~~
Тим зашевелился, услышав стук в дверь, но не смог заставить себя подняться и ответить. Дверная ручка повернулась, и он испугался, что Джейк пришел его прикончить. Он вздохнул с облегчением, когда вошел Пит.
— Что, черт возьми, случилось? Ты в порядке? — спросил он, на его лице было написано беспокойство.
Тиму все еще было трудно дышать, поэтому он просто покачал головой. Пит бегло осмотрел его и тут же настоял на том, чтобы он поехал в больницу.
Он осторожно помог Тиму встать с кровати и наполовину на руках, спустил его по лестнице. Его машина стояла прямо перед дверью, и как только они оказались внутри, Пит поехал в ближайшую больницу, примерно в миле от кампуса. Врачи сделали несколько рентгеновских снимков и провели полный осмотр. Они сказали, что с Тимом все будет в порядке, но ему потребуется значительный отдых и что-то, что на время снизит боль. Его нужно будет наблюдать на предмет сотрясения мозга, что Пит обещал сделать, и доктор попросил его посетить его личного врача, для повторного визита в течение недели. Он выписал рецепт, а затем велел Питу отвезти его домой.
— Хотите, чтобы мы обратились в полицию? — спросил врач.
Тим слышал, как в его голове прозвучали слова парней, которые отвезли его домой.
— Нет, — согласился он, чувствуя себя побежденным. Он проигнорировал яростный взгляд Пита. — Я просто хочу домой.
Когда они сели в машину, Пит попытался умерить свое прежнее разочарование.
— Ты готов рассказать мне, что произошло? — Тим покачал головой, слишком униженный, чтобы говорить об этом. — Ну, ты хочешь вернуться в общежитие?
— Нет, с меня хватит. Здесь для меня ничего нет. Ты отвезешь меня домой?
Тиму было неловко просить друга о многом, но он не мог оставаться в этом месте больше ни минуты.
Через несколько часов, машина остановилась перед домом Тима. Пит позвонил им со своего мобильного телефона, и они ждали его у двери. Они были слишком обеспокоены его самочувствием, чтобы засыпать его вопросами о том, что произошло. Он рассказал все в общих чертах, поблагодарив за то, что отложил это на потом.
Они горячо поблагодарили Пита, за заботу об их сыне. Его помощь была выше всяких похвал, и Тим дал ему понять, как он ему благодарен. Пит сказал, что ему нужно время, чтобы вылечиться, и чтобы он позвонил, когда будет готов забрать свои вещи. Он обещал сделать несколько звонков друзьям из школы, в которой учился, чтобы узнать, сможет ли он вытянуть несколько ниточек. У него все еще было много друзей в административном отделе. Если повезет, Тим сможет продолжить свою академическую карьеру, с минимальными перерывами.
После его ухода, Тим еще раз с тревогой обнял маму и папу, а затем поплелся вверх по лестнице, надеясь хоть немного поспать, чтобы перестать думать о том, как его жизнь превратилась в дерьмо.
~~~~~
Неделю спустя Тим решил, что пора забрать свои вещи из школы. Он обдумал предложение Пита, но решил, что в этом нет необходимости. Хотя Джейк явно пытался спровоцировать его на вечеринке, но если бы Тим ушел, то он был уверен, что ничего бы не случилось. Он хотел добраться до общежития утром, так что надеялся, что успеет собрать вещи и уйти оттуда, пока большинство ребят на этаже были на занятиях. Он не знал, знает ли кто-нибудь о случившемся или беспокоится о нем, но ему не хотелось это выяснять.
Родители Тима наняли адвоката и собирались связаться с университетом, как только он вернется домой. Там был отчет из больницы и фотографии, которых, по мнению адвоката, будет достаточно, чтобы получить компенсацию за обучение. Они определенно не захочет скандала, с участием их звездного футболиста. Команда претендовала на главный кубок, и последнее, чего хотели бы в школе, это увидеть его лицо на еSрN, рядом со словами "нападение и побои".
Поскольку машина Тима в школе не работала, ему пришлось ехать на поезде. Это дало ему возможность подумать обо всем, что может пойти не так, и прежде всего о том, что он может столкнуться с Донной. Он знал, что она звонила на его мобильный телефон больше раз, чем он мог сосчитать, потому что он проверял сообщения из дома родителей. Тим знал только об одном случае, когда она звонила непосредственно в дом. Его не было рядом, но его мама призналась, что говорила с ней недолго. В ее глазах был тлеющий взгляд, и Тим понял, что, должно быть, разговор был нешуточный. Он не знал, о чем шла речь, но она больше не звонила домой.
Еще дома, он коротко поговорил со своим соседом Энди, сообщив ему, что скоро вернется, и спросил, не было ли кого-нибудь. Донна была там несколько раз, но больше никто не заходил.
Поезд остановился на станции, оставив Тиму пять минут ходьбы до кампуса. Было достаточно холодно, поэтому ему пришлось надеть куртку с капюшоном, что позволило ему чувствовать себя немного менее заметным. На самом деле, он не беспокоился о проблемах - его больше беспокоило смущение от того, что он так сильно влюбился в человека, который смог так публично унизить его. Его королевский пинок под зад, только добавил к воспоминаниям нечто особенное. Тим поклялся, что как только это место окажется в зеркале заднего вида, он больше никогда о нем не вспомнит.
Он добрался до общежития незаметно. Проскользнув к комнате, он осмотрел коридор, а затем тихо вошел внутрь. Когда за ним закрылась дверь, он посмотрел на кровать и не мог не вспомнить свой первый день, когда Донна удивила его. Каждая деталь того дня, неизгладимо запечатлелась в его памяти: как она выглядела, как пахла, как агрессивно занималась с ним любовью...
"Прекрати", - ругал он себя. - "Будет достаточно тяжело и без мыслей о ней".
Потребовалось всего около часа, чтобы все упаковать и перенести в машину. Тиму не терпелось уехать, как можно скорее. Чуть больше трех месяцев, он подрабатывал в компании вместе с Питом, а затем отправится в альма-матер своего наставника. Именно туда, Пит хотел отправить его в первую очередь. Молодой человек напомнил себе, никогда больше не сомневаться в советах своего друга.
Он вернулся в комнату для последней загрузки. Оглядевшись в последний раз, он подумал о том, как поразительно изменилась его жизнь всего за неделю. Он проверил последний чемодан и посмотрел на кольцо, которое купил для Донны. То, что его никто не украл, было чистой удачей. Оно пролежало без охраны в ящике стола целую неделю, даже не было заперто.
Он не мог не вспомнить, как был счастлив, когда смог его купить. Все планы на их совместное будущее...
"Я идиот", - ругал он себя. Вздохнув, он закрыл коробку и засунул ее обратно в чемодан, после чего направился к выходу.
Как раз когда он подошел к входной двери здания, он увидел знакомое лицо, проходящее мимо. Он успел пройти половину пути, когда подруга Донны Синди сказала:
— Тим, это ты?
Растерянно покачав головой, он повернулся, максимально отводя взгляд.
— Привет, Синди, чего ты хочешь?
Она медленно подошла к нему и откинула капюшон.
— Боже мой! Что случилось?
Она была искренне обеспокоена.
— Неважно, я в порядке. Как ты?
— Я в порядке, — ответила она, все еще выглядя обеспокоенной. — Мне очень жаль, что так случилось с тобой и Донной. Ты ведь знаешь, как много мы все думаем о тебе?
— Приятно слышать, ты мне очень нравишься, и другие девочки тоже. Вы всегда были добры ко мне, и я ценю это. Пожалуйста, передай им мои наилучшие пожелания. — Он беспокойно огляделся, не желая втягиваться в долгий разговор. — Прости, но мне действительно нужно идти.
Она уставилась на него, не зная, что сказать.
— Ты видел ее? Она пыталась найти способ связаться с тобой, чтобы все объяснить. Я знаю, что она чувствует себя ужасно из-за того, что произошло, она действительно волнуется за тебя.
Тим не смог подавить саркастический смех:
— Да, я видел, что она так волновалась, что забыла надеть трусы.
Синди сморщилась, заставив Тима пожалеть о своих резких словах.
"Я не знаю, знала ли она что-нибудь", - напомнил он себе. - "Я не должен обижаться на нее".
— Извини, просто я сейчас не в настроении, беспокоиться о ее проблемах.
Синди понимающе кивнула.
— Не волнуйся об этом - это был ужасный поступок. Ты имеешь полное право злиться. Я хочу, чтобы ты знал, что я имела в виду, когда говорила, как ты нам всем нравишься. В любое время, когда захочешь, мы будем рады тебе.
Хотя ее заявление удивило его, оно не слишком улучшило его настроение.
— Извини, но этого не случится. Я уже ухожу.
Она выглядела потрясенной.
— Ты имеешь в виду, что уходишь из школы? Я не понимаю.
— Это не имеет значения - я уже собрался и готов идти. Слушай, я не хочу показаться грубым, но я очень хочу уехать отсюда. Я только хочу попросить об одном одолжении. Не говори ей, что видела меня. Ты не должна быть в центре этого, и я уверяю тебя, что не хочу с ней разговаривать, никогда.
— Ты уверен в этом? — спросила она. — Уход из школы - это такой большой шаг. Я надеюсь, что ты делаешь это не только из-за нее.
— Не волнуйся, дело не только в ней, — сказал он, нетерпеливо поглядывая на часы. — Извини, но уже поздно. Мне нужно отправляться в путь. Но спасибо тебе за то, что ты сказала. Это много значит для меня.
Он наклонился, чтобы поцеловать ее в щеку, но вместо этого, она обняла его. Он старался не дать ей понять, насколько это больно. Похоже, она не знала о ссоре, что радовало.
"Чем меньше людей знает об этом, тем лучше", - подумал он.
Они попрощались, и он вышел за дверь, пока еще что-нибудь не случилось. Тим бросил чемодан на переднее сиденье и выехал с парковки. Как раз когда он собирался свернуть на дорогу, ведущую к выезду, он увидел то, чего боялся с тех пор, как решил забрать свои вещи. Донна была в пятидесяти метрах от него, она шла одна по траве. Несмотря на то, что ему казалось, что у него сейчас вырвут кишки, он остановился и минуту смотрел на нее, в последний раз вглядываясь в каждую деталь. Она опустила голову и выглядела так, как будто глубоко задумалась.
Тим позволил себе на мгновение задуматься о том, как сильно он ее любит и как ему будет ее не хватать. Затем он задался вопросом, как он мог так ошибиться в том, кем она была. Задержав взгляд на последней секунде, он поклялся себе, что его жизнь будет настолько захватывающей, что он даже не будет скучать по ней.
Повернувшись лицом к дороге, он выехал с парковки и больше не оглядывался.
~~~~~
Октябрь, 2004
— Черт! — разочаровано выругался Тим, хлопнув руками по рулю.
Он бросил быстрый взгляд на часы и понял, что никак не успеет вовремя. Его пальцы нетерпеливо барабанили по рулю, пока он ждал, когда переключится свет.
— Чертова штука, похоже, ловит меня каждый день, — проворчал он. — Чья дурацкая идея была, поставить его здесь в первую очередь? — жаловался он бессильно
Единственное свободное место, оказалось в миле от входной двери, поэтому он поспешил туда, а затем начал бежать, в тщетной надежде успеть до восьми. Тим вбежал в вестибюль, тяжело дыша, и быстро махнул рукой Тэмми на стойке регистрации.— Они уже на собрании, Тим, тебе лучше поторопиться, — крикнула она, в ее голосе слышались нотки веселья.
Он поспешил мимо, бросив быстрый взгляд через плечо, который подтвердил, что она открыто смеется над его положением.
Тим добрался до конференц-зала как раз в тот момент, когда Пит начал свою презентацию.
— Черт! — пробормотал он себе под нос, стараясь открыть дверь тихо, надеясь, что его не заметят.
"Как будто он скучает по тому, что я лажаю?", - с досадой подумал Тим, потянувшись к дверной ручке.
— Этот рисунок показывает проблему, с которой мы сталкиваемся при работе с напряжением, на линии новой модели, — сказал Пит, когда его протеже незаметно опустился на стул, не обращая внимания на веселые ухмылки остальных за столом переговоров. Не поворачиваясь, он резко сказал: — Возможно, мистер Салливан объяснит, почему эта проблема еще не решена, раз уж он так любезно решил присоединиться к нам сегодня утром.
"Черт", - подумал Тим. - "Как он это делает?".
— Ну, — сказал Тим, пытаясь успокоить дыхание, — вчера я просматривал спецификации и заметил, что у нас возникли проблемы с поддержанием выходного сигнала от секции питания. Мы можем исправить это, если...
Он изложил идеи, найденные за выходные, проведенные за изучением всех вариантов всех источников питания, которые компания производила за последние три года, надеясь искупить свою вину за неловкое начало дня. Некоторые из других инженеров, недоверчиво качали головами, не в силах понять - что, молодому человеку нечем заняться в выходные, кроме как изучением спецификаций и схем? Открыв папку, чтобы достать из нее подготовленные дома раздаточные материалы, Тим старался не думать о том, что они были правы.
Когда встреча закончилась, он осторожно подошел к Питу, надеясь, что тот не раздражен. Несмотря на близость к Тиму, его опоздание можно было расценивать как нарушение лидерства Пита, и ему была неприятна мысль о том, чтобы выставить своего лучшего друга в плохом свете.
— Извини, я допоздна занимался этими делами и проспал.
Пит оглядел его с ног до головы и покачал головой.
— Ты выглядишь дерьмово! Ты мог бы подождать с этим до сегодняшнего дня. Ты вообще принимал душ сегодня утром?
— Было важно подготовить его к встрече, — вызывающе сказал Тим. — И да, к твоему сведению, я принял душ сегодня утром.
С кривой улыбкой он добавил:
— Если тебе это интересно, я даже использовал свой новый одеколон. Хочешь понюхать?
Пит откинул голову назад и рассмеялся так громко, что вызвал любопытный взгляд своей секретарши.
— Ронда, не могла бы ты проследить за тем, чтобы чудо-мальчик принес оставшуюся часть своей работы на мой стол? — Когда Тим повернулся, чтобы уйти, Пит добавил: — Ради всего святого, не могла бы ты найти ему расческу?
Она провела рукой по волосам Тима, как будто он был ребенком, говоря ему, чтобы он не беспокоился о дразнилках Пита. Он отдал ей законченную работу и отнес диски в свой кабинет, чтобы попытаться уладить все неувязки до обеда. Пит забирал его с собой, чтобы выудить любую информацию о прошедших выходных. Тим постарался сосредоточить свое внимание на работе. Все остальное, как обычно, было в беспорядке.
~~~~~
— Ну, как там Мария? — спросил Пит, со своей обычной бестактностью, пока они ждали официантку.
Тим неопределенно пожал плечами.
— Она была милой.
— Милой? — воскликнул он, звуча шокировано. — Она выглядит как модель, у нее отличная работа и она чертовски умна. Триша сказала, что она будет идеальной для тебя. А я получаю только "милая"? Моя жена в среду вечером, надерёт тебе задницу.
— Да, и я не очень-то жду этого, — пробормотал он, не в силах смотреть другу в глаза. — В ней не было ничего плохого, мы просто не подходили друг другу. Она все равно была не в моей лиге.
Пит пристально смотрел на него, словно собираясь сказать что-то, что Тиму не понравится, но тут как раз вернулась официантка. Они заказали обед, затем Пит быстро дал понять своему протеже, что он не готов оставить все как есть.
— Послушай, Тим, это должно прекратиться. Ты все время работаешь и никогда не получаешь от жизни удовольствия. Ты вкладываешь каждый пенни в этот нелепый дом, но ничего с ним не делаешь. Черт, он больше, чем мой дом, но там живешь только ты. Ты даже не выглядишь так, будто хочешь найти кого-то, с кем можно его разделить. Я не понимаю, что ты делаешь со своей жизнью.
Он задел нерв, и это было не то, что Тим хотел услышать.
— То, что я делаю, это мое дело, — огрызнулся он, более жестко, чем собирался.
— Я люблю свой дом. Это доказывает... - он остановился на секунду, не желая раскрывать эту часть своей личной истории, —. .. я наслаждаюсь своей жизнью. Если тебе не нравится, как я это делаю, можешь прекратить попытки свести меня со своими друзьями.
Пит откинулся назад, выглядя уязвленным таким тоном. Увидев выражение его лица, Тим тут же пожалел о своей резкости.
— Прости, Пит. Это было совершенно неуместно. Пожалуйста, извинись за свидание перед Тришей за меня. Я ценю эту мысль, но Мария просто не подошла.
— Похоже, никто из них не подходит, — цинично вздохнул Пит. Пожав плечами, он сменил тему на что-то нейтральное. — Ладно, давай поговорим о твоей идее, по устранению проблемы с новой линией.
Следующий час они провели, пытаясь проработать детали идеи Тима и понять, как ее можно реализовать, не сбивая производственные планы. Новая линия должна была принести компании кучу денег и обеспечить Питу очередное повышение. Это было хорошо, потому что он всегда заботился о том, чтобы и о Тиме позаботились.
После того как он помог Тиму, в худшую ночь в жизни молодого человека, Пит потянул за ниточки, чтобы Тим поступил в его альма-матер. Тому пришлось взять на себя большую нагрузку и пройти пару заочных курсов в течение лета, но каким-то образом, ему удалось закончить школу вовремя. Верный своему слову, Тим сразу после окончания школы, устроился на высокооплачиваемую работу в компанию Пита.
Это было взаимовыгодно, потому что вскоре его повысили до руководящей должности в отделе. Пит был великолепен, когда дело касалось координации проектов. Он постоянно ставил Тима в группы, которые выполняли действительно важную работу, связанную с самыми передовыми технологиями. Это помогло молодому человеку, стать бесценным для компании - на него всегда можно было рассчитывать в трудную минуту.
Работать по шестьдесят часов в неделю, плюс брать проекты домой, чтобы работать над ними в свободное время, было не совсем весело, но за три года он стал самым молодым инженером, когда-либо возглавлявшим крупный проект компании.
"Он прав, насчет моего стремления", - вынужден был признать Тим. Он знал, что рискует перегореть, но, опять же, сколько двадцатипятилетних имеют собственный дом, машину и инвестиционный портфель? Особенно, если все это было заработано собственными руками?
Тим не любил об этом думать, но его друг, вероятно, был прав и в том, что в его личной жизни было не так. Что-то явно было не так, но что бы он ни пробовал, ничего не менялось. В конце концов, это не имело значения. Работа делала его счастливым, в ней был смысл, и она позволяла ему устроить свою жизнь так, как он поклялся, и этого было достаточно на данный момент. Тем не менее, зная жену Пита и тот ад, который она собиралась устроить ему, их еженедельный ужин не был тем, чего он с нетерпением ждал.
~~~~~
Наконец наступил вечер среды, но Тим немного опаздывал с работы. Времени было недостаточно, чтобы переодеться и привести себя в порядок, прежде чем отправиться к Питу и Трише. Он уже собрался уходить, когда раздался звонок в дверь.
— Она меня убьет, — пробормотал он, закатывая глаза от очередной помехи.
Он поспешил к двери, ожидая увидеть кого-то, продающего что-то бесполезное. Однако, открыв дверь, он был встречен зрелищем, от которого у него подкосились колени. Он буквально почувствовал, как кровь отхлынула от его лица, когда его пальто упало на пол. Перед ним стояла та, кого Тим никак не ожидал увидеть снова.
— Донна, — заикаясь, произнес он, чувствуя себя жертвой какой-то космической шутки.
— Привет, Тим.
Потребовалось несколько секунд, чтобы прийти в себя. Он чувствовал себя как борец, только что получивший удар в висок. Казалось, что все вокруг движется медленно и расфокусировано.
— Что ты здесь делаешь? — заикаясь, спросил он.
Она выглядела нервной и немного настороженной.
— Я хотела спросить, можем ли мы поговорить?
В оцепенении, он отступил назад и жестом пригласил ее войти. Она прошла мимо него в гостиную, удивленно оглядываясь по сторонам. Тим нагнулся и поднял пальто, пытаясь найти способ справиться со шквалом эмоций, которые, казалось, обрушились на него все разом. В дополнение к эмоциональному потрясению, он не мог не заметить, как потрясающе она все еще выглядит - почти как будто она вышла прямо из его сна. Тим шел позади нее, надеясь, что она не заметит, что его ноги так шатаются, что существует реальная опасность, что он может упасть в любой момент.
— Твой дом прекрасен, — восхитилась она.
— Спасибо, — машинально ответил он, все еще пытаясь собраться с мыслями.
Внезапно, ему пришла в голову идея.
— Я как раз собирался на встречу с друзьями. Мне нужно предупредить их, что я задержусь на несколько минут.
Она кивнула, хотя по выражению ее лица было видно, что она разочарована тем, что он рассчитывал уйти так быстро.
Он повернулся и пошел на кухню, набирая номер телефона.
— Привет, Тим, почему ты опаздываешь на этот раз? — приветствовала его Триша, с насмешливым раздражением.
— Мне нужно поговорить с Питом, сейчас же, — срочно ответил он, не обращая внимания на ее сарказм.
Что-то в его тоне, должно быть, подсказало ей, что он не дурачится, потому что она тут же позвала мужа.
— Он будет здесь через секунду. Все в порядке? — спросила она, в ее голосе чувствовалось беспокойство.
Тим не успел ответить, как трубку взял Пит и спросил, что случилось.
— Донна здесь, — это было единственное, что Тим смог сказать.
Несколько секунд, на другом конце линии царила мертвая тишина.
— Эй, там есть кто-нибудь? — спросил он в разочаровании. — Что, черт возьми, я должен делать?
Наступило молчание.
— Она сказала, зачем она пришла? — спросил Пит.
— Я и не думал спрашивать, — язвительно шипел он. — Я не видел ее пять лет, а теперь она появилась ни с того ни с сего? Я схожу с ума. Мне нужно время, чтобы собраться с мыслями.
— Ну, просто скажи ей правду. Тебе нужно идти к своему боссу, и ты не можешь опоздать. Это она пришла без предупреждения. Нет причин, по которым ты должен оправдываться.
К этому присоединился голос Триши:
— Только обязательно узнай, чего она хочет. Ты сведешь себя с ума, если не будешь знать, зачем она пришла.
— Хорошо, я опоздаю минут на пятнадцать. Я дам вам двоим знать, что произошло, когда приеду. Спасибо.
Тим положил трубку и сделал глубокий вдох, начиная чувствовать себя немного более контролирующим свои эмоции. Пит был прав. Не было причин, придумывать какие-то замысловатые оправдания тому, что он не хочет с ней разговаривать. Это она явилась без предупреждения и неожиданно. В его обязанности не входило угождать женщине, которая испортила ему жизнь, а потом заявилась без единого звонка. Он прошел в гостиную, готовый ответить на все, что Донна скажет.
— Так у тебя есть немного времени? — нервно спросила она.
— У меня всего несколько минут - я должен встретиться со своим боссом и его женой. Я позвонил им, но не хочу опоздать.
Тим искал в уме способ спросить, зачем она пришла, и при этом не показать, что его волнует ее ответ.
После минутного неловкого молчания, она заговорила.
— Ну, поскольку у меня всего несколько минут, я не хочу тратить их впустую. Я в городе на неделю или две, и хотела пригласить тебя на ужин. Я подумала... ну, может быть, мы могли бы наверстать упущенное в нашей жизни.
Тим даже не пытался скрыть недовольство, которое он почувствовал от этого предложения. "Да, я хочу, чтобы ты рассказала мне о своей замечательной жизни с Джейком. Это будет нечто особенное, с горечью", - подумал он.
Должно быть, его раздражение было прозрачным, потому что она вдруг отвернулась.
— Я знаю, что это странно - появляться вот так, — сказала она, нехарактерно неуверенная в себе. — Есть некоторые вещи, которые я хотела сказать давным-давно, но не имела возможности.
Она сделала паузу, затем решительно посмотрела на него.
— Я знаю, что ты не ожидал меня увидеть, но я долго ждала возможности быть честной с тобой.
Он фыркнул:
— Честность? Для тебя это будет перемена.
На ее лице промелькнул обиженный взгляд, но она не отступила.
— Ты имеешь полное право сердиться на меня, Тим. Но я не могу уйти, не дав тебе хотя бы шанса узнать, что произошло. Я сдалась раньше, и это была ужасная ошибка. Важно, чтобы я не позволила этому случиться снова.
Она повернулась и взяла свою сумочку, затем пошла к двери. Остановившись там, она повернулась и встретилась с ним извиняющимся взглядом.
— Тим, я очень рада снова тебя видеть. Я рада, что у тебя все так хорошо. Я всегда знала, что так и будет.
Тим сделал секундную паузу, затем решил, что Триша права. Он действительно хотел узнать, зачем она пришла и что хотела сказать. Часть его души желала, чтобы она никогда не возвращалась, потому что один ее вид, уже причинял ему физические страдания. Другая часть всегда хотела выяснить, почему она предала его, особенно с таким человеком, как Джейк.
— Завтра я буду занят, но в пятницу вечером, буду свободен, — сказал он ровно, стараясь не выдать своего внутреннего смятения. — Думаю, было бы неплохо наверстать упущенное.
Ее плечи заметно расслабились, и она бросила на него благодарный взгляд.
— Хорошо. Я позвоню тебе в пятницу и согласую удобное для тебя время.
Они обменялись номерами, затем Донна пошла к двери. Дойдя до нее, она повернулась.
— Спасибо, Тим, это очень много для меня значит.
Пелена стресса спала с ее лица, и он снова увидел прежнюю Донну, молодую, красивую и полную жизни. Она повернулась и шагнула в дверной проем. Тим смотрел, как она грациозно идет к своей машине, оставляя его на произвол судьбы.
~~~~~
— Но если она хочет поговорить об этом, это может быть хорошо, — настаивала Триша. — Может быть, она хочет извиниться.
Пит бросил на жену раздраженный взгляд.
— Какая разница, хочет ли она извиниться? После того, что она сделала..., — его голос прервался, когда Триша бросила на него укоризненный взгляд.
— Тим, — Триш тщательно подбирала слова, — в течение многих лет я наблюдала, как ты переживаешь свою личную жизнь, словно ты жив только наполовину. Это убивает меня, потому что ты такой хороший человек. Мари сказала, что ты ведешь себя так, будто считаешь минуты до окончания свидания.
Тим скривился от такой оценки, которая была недалека от истины.
— По какой-то причине, ты застрял в прошлом. Потому ли, что Донна так сильно обидела тебя, что ты боишься рискнуть, или из-за чего-то другого, тебе нужно найти способ двигаться дальше. Может быть, тебе просто нужно выяснить, что на самом деле произошло и почему, чтобы разобраться в этом.
Триша смотрела на него с нескрываемой любовью, от которой он покраснел.
— Делай то, что, по твоему мнению, сделает тебя счастливым. Мы с Питом поддержим тебя, несмотря ни на что. Если хочешь знать мое мнение, это шанс получить все ответы, которые ты не получил в первый раз.
Тим посмотрел на нее с виноватой ухмылкой, чувствуя облегчение.
— Ну, Пит постоянно говорит мне, что ты всегда права. Полагаю, мне стоит начать прислушиваться к нему.
Она улыбнулась и, наклонившись, нежно поцеловала его в щеку.
— Ты действительно такой милый человек.
~~~~~
Тим позвонил Донне, когда приехал домой. Разговор был напряженным, но она выглядела искренне благодарной за то, что он не передумал встречаться с ней. Однако после того, как он повесил трубку, произошло нечто неожиданное. Мысль о том, что она пытается смыть то, что натворила, простым разговором, не давала ему покоя. Он боролся с этой мыслью до глубокой ночи, пока не погрузился в беспокойный сон. К следующему утру, он решил доказать ей, что он уже не тот сопляк, каким был раньше.
В пятницу вечером, он приехал в ресторан ровно в семь часов. Донна уже сидела за столиком, стараясь не выглядеть неловко. Он приветливо поздоровался с ней и изучил меню. Они ничего не говорили, пока официантка не приняла их заказ. Когда она ушла, Тим откинулся на стуле с властным видом.
— И что?
Сидя и глядя на нее, Тим чувствовал себя уверенным и сильным. Он был успешным профессионалом, с хорошей жизнью. Даже если она все еще была с Джейком, Тим знал, что он не попал в НФЛ, поэтому было сомнительно, что у нее все так же хорошо. Судя по ее шокированному выражению лица, когда она увидела дом, он был уверен, что она завидует.
К сожалению, ее реакция была не совсем такой, как он ожидал.
— Что именно? — ответила она, выглядя растерянной.
— Я уже два дня жду, чтобы узнать, почему ты просто появилась на моем пороге после пяти лет. Это должно быть что-то вроде речи "Ну, извини, я тебя надула и испортила тебе жизнь"?
Ее лицо выдало намек на боль, но она быстро подавила его.
— Нет, — просто сказала она.
Он остановился в замешательстве, застигнутый врасплох тем, что ее ответ отличался от того, что он ожидал.
— Тим, — тихо начала она, — что я могу сказать такого, что могло бы иметь для тебя значение? То, что я сожалею, не исправляет того, что я сделала. Если бы я могла вернуться назад и все изменить, клянусь тебе, я бы это сделала. Но это невозможно.
Она прочистила горло, звучало так, будто она отрепетировала свою речь.
— Я должна объяснить тебе, что произошло и почему. Ты заслуживаешь знать правду... по крайней мере, если хочешь. Я также надеялась, что смогу поговорить с тобой, как со старым другом... хотя бы на один вечер. Это бы много для меня значило.
Она умоляюще посмотрела в его глаза.
— Позже, если ты все еще хочешь, чтобы я извинилась, я буду рада это сделать. Я сделаю все, чтобы избавить тебя от боли, которую я причинила тебе. — Она отвела взгляд. — Я уверяю тебя, сказать, что я сожалею о том, что сделала - это самое простое.
Тим сидел молча, собираясь с мыслями. То, что она сказала, казалось логичным, но какая-то часть его души кричала, что он упустил другой ботинок, который вот-вот упадет. "Кто она такая, чтобы жалеть меня?" - сердито подумал он.
— Ладно, — отрывисто сказал он. — Ты хочешь поговорить - у меня есть несколько вопросов. Ты здесь одна, где прекрасный принц?
— Я ушла от Джейка давным-давно, — быстро ответила она, глядя на свои руки.
— Значит, он бросил тебя, и вдруг ты хочешь посмотреть, что я делаю? Таков план?
Донна подняла глаза, чтобы встретиться с его глазами.
— Тим, я бы никогда не сделала ничего подобного. — Не обращая внимания на недоверчивое фырканье, она продолжила: — Я ушла от него через несколько месяцев после того, как все началось. Я знаю, что тебе трудно в это поверить, но я пришла сюда не для того, чтобы оправдывать свой поступок.
Тим покачал головой, внезапно осознав, что ужин был плохой идеей. Мало того, что все обернулось не так, как он ожидал, так еще и она начала строить из себя "я здесь только для того, чтобы тебе было лучше". Единственной хорошей новостью было то, что ее отношения с Джейком не сложились.
"Даже это не помогает, потому что получается, что она разрушила мою жизнь, ради кратковременной интрижки", - с горечью подумал он.
Тим чувствовал, как растет его гнев на сложившуюся ситуацию. Было много вещей, которые он годами держал в себе, не желая ни с кем говорить об этом. Он чувствовал, как они всплывают на поверхность и толкают его нанести ответный удар, по источнику этой боли.
— Итак, давай проясним, ты ожидаешь, что я поверю на слово женщине, которая издевалась надо мной, неизвестно сколько времени?
Она покачала головой, бросив взгляд на столы вокруг них.
— Все было не так, Тим. — Она посмотрела на людей за нашим столом. — Это действительно не место для такого разговора. Я надеялась ответить на все, что ты хочешь, после, когда мы сможем поговорить наедине.
— Ты хочешь сказать, что мне придется снова с тобой разговаривать?
Он получил огромное удовольствие, от болезненной реакции в ее глазах.
— Хорошо, мы не будем говорить о том, что ты ударила меня в спину с Джейком. Мы перейдем к другой теме... Сколько раз ты обманывала меня, пока мы встречались? Я поражен тем, как легко ты обманула меня, заставив поверить, что ты такая любящая, верная девушка. Это отличные актерские способности - ты выбрала не ту профессию.
— Больше никого не было, — тихо сказала она.
— Хорошо, мы будем считать, что ты говоришь правду, основываясь на твоей долгой истории честности со мной. Так почему же, когда ты решила перейти к кому-то получше, то просто не сказала мне вместо того, чтобы позволить мне выставить себя дураком, — проворчал он. — Если только это не было планом... позволить мне думать, что у нас есть что-то, чего на самом деле нет, чтобы ты могла посмеяться надо мной, со своими новыми друзьями.
— У Джейка было много чего, но быть лучше тебя - не одно из них, — ответила она, опуская глаза. — Я планировала рассказать тебе, когда это случилось, но ты был так занят... все пошло не так.
— О, так это моя вина, что ты не смогла удержать свои трусы? — мстительно спросил Тим.
— Нет, конечно, нет. Я во всем виновата, — сказала она, пристально глядя ему в глаза. — Я просто имела в виду, что не могла найти способ поговорить с тобой об этом. Я чувствовала себя ужасно из-за того, что я сделала.
— Да, у меня определенно сложилось такое впечатление, когда ты вышла из его ванной и спросила, где твоя одежда. Ты выглядела совершенно несчастной.
Обычно Тим был из тех людей, которые держат свои чувства в себе, отказываясь делиться с другими тем, что он действительно думает. Однако, поскольку он не смог получить того удовлетворения, которого ожидал, он решил использовать ее в качестве словесной груши для битья. Пять лет сомнений и гнева, он безжалостно выплескивал на нее, не обращая внимания на ее реакцию на эту ярость.
К тому времени, когда наконец-то принесли ужин, Тим выплеснул свой гнев и просто хотел уйти. Он попросил официантку положить его еду в коробку. Она бросила на него странный взгляд, а затем пошла обратно на кухню.
Он встал и взял свой пиджак.
— Спасибо за ужин, Донна. Ты была права. Это было действительно полезно. Я чувствую себя намного лучше.
Он смотрел, как она пытается держать себя в руках, затем повернулся, чтобы взять ужин у официантки, и выскочил за дверь.
Вместо того чтобы сразу идти домой, он поехал в магазин на соседней улице, чтобы купить аспирин от головной боли, которую он уже начал чувствовать. Кайф от конфронтации начал ослабевать, и его настроение менялось, оставляя его измученным и сбитым с толку тем, что он должен был чувствовать.
На обратном пути, он проехал мимо парка на обочине дороги. Под одним из фонарей стояла одинокая машина, и это сразу привлекло его внимание. Проехав около квартала, он понял, что эта машина похожа на ту, на которой Донна приехала к его дому в среду.
"Что все это значит?" - задался он вопросом. Внутри него нарастало неприятное чувство. Он проехал еще два квартала, не в силах вытеснить из головы все вопросы. Что-то еще сильнее, чем гнев, грызло его. Он не мог определить, что это за чувство, но оно было сильным и, наконец, взяло верх, заставив его развернуться и поехать обратно в парк.
Он заехал на стоянку, чтобы посмотреть поближе. Он не сомневался, что это была машина Донны. Это была побитая старая четырехдверная модель, с вмятиной на двери со стороны водителя. Тим припарковался на несколько мест ниже, пытаясь решить, стоит ли ему проверить ее или просто оставить все как есть.
"Это не моя ответственность", - говорил он себе.
Несмотря на попытки отговорить себя, что-то заставляло его посмотреть, в чем дело. Никакой гнев не мог компенсировать чувство, что он должен быть уверен, что с ней все в порядке. В итоге, он прекратил борьбу и вышел из машины, медленно приближаясь к ее автомобилю. Когда он подошел немного ближе, внезапно зажегся свет уличного фонаря, осветив салон ее машины.
Дискомфорт в желудке, превратился в болезненный узел, когда он отчетливо увидел ее руки, сложенные на руле, и опущенную на них голову. Она плакала, ее тело сотрясалось от рыданий.
Эмоция, которая беспокоила его, теперь была легко узнаваема... чувство вины. Тим был уверен, что Донна знала, что он может наброситься на нее, особенно после его не слишком теплого приема в среду. В конце концов, его осенило, что она, вероятно, ожидала сцены в ресторане и все равно пришла, дав ему возможность отомстить. Она не пыталась оправдать свои действия и не стала искать сочувствия. Вместо этого, она держала себя в руках, пока он не ушел, а потом поехала на стоянку, чтобы побыть одной.
Тим знал, что у него есть полное право злиться на нее и даже презирать ее за то, что она с ним сделала. Однако наблюдение за тем, как она страдает от боли, затронуло его так, что он не верил, что это возможно. Чувства, которые он испытывал к ней много лет назад, хлынули обратно, как лавина, заставляя его испытывать невыносимые угрызения совести, за свое поведение.
Осторожно он шагнул вперед и постучал по окну, но она не отреагировала, и он ударил чуть сильнее. Донна отпрянула назад и быстро повернула голову, пораженная неожиданным вторжением. Она посмотрела на Тима и тут же отвернула лицо, спрятав его в ладонях.
— Уходи, пожалуйста! Я не могу сейчас с тобой разговаривать, — застонала она.
Он едва мог разобрать ее слова сквозь рыдания.
Тим наблюдал за ней, с замиранием сердца. Внезапно он перестал видеть прежнюю, менее уверенную в себе Донну. Он не видел женщину, которая предала его с Джейком. Вместо этого, он видел только девушку, которая была его лучшей подругой в колледже, его первой возлюбленной, и которая была частью многих его самых счастливых воспоминаний. Его потребность "победить" в противостоянии, была мгновенно забыта, и все, о чем он мог думать, это попытаться найти способ исправить то, что он сделал. Увидев, что она оставила дверь незапертой, он взялся за ручку и потянул.
Донна повернулась, увидела, что Тим открывает дверь, и попыталась сползти по сиденью. Он мягко положил руку на ее руку, пытаясь показать ей, что он искренне обеспокоен.
— Иди сюда, — тихо пробормотал он.
С опаской, она позволила ему притянуть ее ближе, а затем позволила вытащить себя из машины. Он не стал раздумывать, просто обхватил ее обеими руками и прижал к своей груди. Она оказала символическое сопротивление, а затем позволила своей голове прижаться к его плечу. Тим чувствовал, как дрожит ее тело, когда она оставила попытки контролировать свои эмоции. Она крепко прижалась к нему и позволила годами сдерживаемым эмоциям, выплеснуться наружу.
Тим с удивлением обнаружил, что испытывает эмоции, к которым не был готов, и ему сразу стало не по себе, от этих объятий. То, как его чувства были повергнуты в хаос, было головокружительным. Однако он не мог отстраниться. Единственное, что крутилось у него в голове, это то, какой хрупкой и потерянной она выглядела, и что причиной этого был он.
— Мне так жаль за все, — всхлипывала она. — Просто нет способа заставить тебя понять...
Она замолчала, продолжая плакать у него на груди.
— Все в порядке, просто выпусти это наружу, — подбодрил он ее, пытаясь искупить свою вину, за предыдущее выступление.
Он продолжал тихо говорить, поглаживая волосы Донны и прижимая ее к себе. Она прижалась к нему, ее тело прилегало к его телу точно так, как он помнил много лет назад. Впервые с тех пор, он мог вспомнить, как естественно обнимать женщину.
"Не делай этого", - судорожно подумал он, пытаясь заставить себя не реагировать на ее близость. "Человек, которого ты помнишь - это призрак. Ты не знаешь, была ли она реальной".
Наконец ее рыдания стихли, и дыхание пришло в норму. Она отстранилась и посмотрела ему в глаза.
— Спасибо, — сказала она и вытерла лицо рукавом. Она отвернулась и попыталась взять себя в руки. — Ты не должен был этого делать. Я обещала себе, что не буду рассыпаться перед тобой.
— Почему? — озадаченно ответил он.
— Потому что это нечестно, по отношению к тебе. Когда я решила попробовать поговорить с тобой, это было просто для того, чтобы честно рассказать обо всем. Я пришла сюда не для того, чтобы ты меня пожалел.
Тим сел на капот ее машины и похлопал по месту рядом с собой. Повинуясь, она села.
— Мне жаль, Донна. Я был ужасен с тобой сегодня вечером. То, что ты сказала, просто застало меня врасплох. По правде говоря, я действительно думаю о том, что произошло на самом деле, просто для меня это сложно. Я очень долго злился на тебя. Правда в том, что я до сих пор злюсь.
— Ты имеешь на это полное право, — тихо сказала она. — Если бы ситуация была обратной, я не знаю, захотела ли бы я снова с тобой разговаривать.
Тим вздохнул - было очевидно, что ни одному из них не будет легко.
— Давай я предложу тебе сделку, мы сделаем вид, что ресторана не было. Ты пойдешь за мной в мой дом, мы разогреем этот аппетитно выглядящий ужин, который ты мне купила, и узнаем о жизни друг друга. Больше никаких разговоров о плохом, просто старые друзья, которые давно не виделись. Что скажешь?
Донна выглядела ошеломленной, но благодарной.
— Я бы сказала, что ты полон сюрпризов. Я была бы рада возможности провести немного времени, чтобы наверстать упущенное, прежде чем... — Она взяла его руку и сжала. — Я знаю, что все это очень тяжело для тебя. И для меня тоже. Я хочу, чтобы ты знал, как я ценю твою доброту. Это больше, чем я заслуживаю.
— Э, э, — проворчал он. — Мы же договорились, больше никаких разговоров о плохом.
Она улыбнулась, выглядя немного смущенной, затем скользнула обратно в свою машину. Тим трусцой вернулся к своей, затем выехал с парковки.
Когда он свернул на улицу, ему пришла в голову мысль, что он чувствует себя хорошо. В отличие от чувства эйфории в ресторане, это не было связано с чувством вины. То, как он справился с ситуацией, заставило его почувствовать себя сильным и контролирующим ситуацию. Больше, чем он когда-либо мог вспомнить, он чувствовал себя хозяином своей жизни.
Донна последовала за ним домой, где они закончили ужин. Они проговорили до полуночи, вспоминая истории из колледжа и беззаботно смеясь. Тим старательно уводил разговор от потенциально проблемных тем, замечая ее нежелание брать на себя инициативу. Он был немного обеспокоен тем, насколько она стала неуверенной в себе, но полагал, что узнает об этом больше, когда они поговорят о том, что произошло.
Когда разговор прервался, и он увидел, что она зевнула, Тим решил закончить разговор на ночь.
— Ты выглядишь так, будто готова выпасть из жизни, Донна. Мы не обязаны делать все за один вечер. Почему бы тебе не поспать немного?
— Возможно, это хорошая идея, — согласилась она. — Можно мне кофе, мне нужно взбодриться, прежде чем сесть за руль.
Он с сомнением посмотрел на нее, пытаясь решить, хочет ли он, чтобы она села за руль. Она выглядела измотанной.
— Донна, до мотеля более получаса езды, почему бы тебе не остаться здесь на ночь. У меня есть хорошая комната для гостей, с очень удобной кроватью, и добро пожаловать в нее. Ты сможешь вернуться завтра утром.
Она тщательно обдумала предложение, взвешивая возможные последствия.
— Я не знаю, — с опаской сказала она. — Ты уверен, что это не доставит тебе хлопот?
— Никаких хлопот, — ответил он, удивившись, что ответ прозвучал более охотно, чем предполагалось. — Пойдем, я тебе все покажу.
Тим водил ее из комнаты в комнату, с удовольствием слушая, как она рассказывает о том, как ей нравится этот дом. Она не могла насмотреться на внутренний бассейн в пристройке. Он показал ей, как включать свет, и проследил, чтобы шторы были задернуты на случай, если она захочет поплавать перед сном или утром. Она была явно впечатлена, что заставило его испытать чувство гордости за то, что он смог сделать с тех пор, как она видела его в последний раз.
— Вот, это ты можешь надеть в постель, — сказал он, протягивая ей пару шорт, футболку большого размера и халат.
— Ах да, мои буфеты немного пустые. Если ты встанешь первой и почувствуешь голод, просто разбуди меня, и я принесу тебе поесть. Извини, — сказал он, чувствуя себя немного смущенным.
— Это отлично, — сказала Донна, с благодарностью принимая его скромное предложение.
— Я не могу отблагодарить тебя за все... это, — закончила она, жестикулируя вокруг себя. — Меня устроит все, что будет утром.
Когда она исчезла на лестнице, Тим почувствовал разлад. Часть его души была рада снова увидеть ее, особенно, когда он мог похвастаться своими успехами. Однако невозможно было, чтобы его мысли не обратились к темным местам. Несмотря на то, что оставалось еще много вопросов о ней и о том, что она может рассказать об их прошлом, он, пока что, был намерен сохранять бодрость духа. Об остальном, он решил побеспокоиться позже.
~~~~~
Тим лежал на спине и смотрел на самое красивое лицо, которое он когда-либо видел
Он позволил ей делать всю работу, довольствуясь тем, что его руки тянулись вверх, чтобы помассировать ее груди. Ощущение такой близости к ней, грозило задушить его - это было все равно, что утонуть в любви. Он почувствовал приближение оргазма и прижал ее к своей груди, кончая так сильно, что казалось, будто жизнь вытекает из него.— Донна... — застонал он, резко сев.
На мгновение, оглядев комнату в замешательстве, он понял, что снова видит сон. Он никому не хотел рассказывать о нем, в основном потому, что никто не смог бы его понять. Это просто привело бы к лекции о том, что он "должен жить дальше" или чему-то подобному. Пит был самым большим противником - он испытывал неприязнь к Донне, что совершенно не соответствовало его нормальному, добродушному подходу к жизни.
Тим не мог его винить. Именно Пит проснулся посреди ночи, чтобы отвезти его в больницу. Он, практически, всю ночь держал Тима за руку, пока тот боролся с безумными мыслями о том, чтобы взять пистолет и пойти за Джейком или даже сделать что-то с собой.
Ситуация с Джейком, ранила Тима сильнее, чем он мог себе представить. Частично, это была потеря Донны таким ужасным, непосредственным образом. Другая часть, была чем-то более первобытным. Независимо от того, какого успеха он когда-либо достигал, Тим знал, что где-то в глубине души, Джейк смеется над тем, что он сделал. До парковки Тим полагал, что Донна смеется вместе с ним. Теперь он не был в этом уверен.
Тряхнув головой, Тим попытался выкинуть эти мысли из головы. Сон оставил его потным и растерянным. Ему нужно было выпить, чтобы успокоиться, поэтому он встал с постели и надел спортивные штаны. Когда он открыл дверь, на лестничной площадке послышалось движение, и он понял, что Донна спускается вниз. Он вернулся в комнату, чтобы дать себе секунду успокоиться. Этот сон, всегда оставлял его с эрекцией, способной резать алмазы, и он не хотел столкнуться с ней в коридоре в таком состоянии, которое было невозможно скрыть.
Потратив минуту на то, чтобы взять себя в руки, он выскользнул в коридор и направился на кухню. К его удивлению, там ее не было видно. Он открыл холодильник, чтобы взять пиво, когда услышал шум изнутри домика у бассейна.
Подойдя к двери, он повернул ручку и слегка приоткрыл ее. Свет был тусклым, но Тим мог видеть, как Донна передвинула шезлонг ближе к краю бассейна. Она держала в руке напиток и была одета в халат, который он ей одолжил.
Он смотрел, как она развязывает поясок, позволяя ему распахнуться, открывая дразнящий взгляд на ее среднюю часть тела. Затем она стряхнула его с плеч. Казалось, что все вокруг происходит в замедленной съемке, когда он соскользнул вниз, ненадолго зацепившись за ее грудь, а затем упал с остальной части ее тела. Повернувшись, она аккуратно сложила его и положила на шезлонг. Тим не хотел вторгаться в ее личную жизнь, но не мог заставить себя отвернуться. Он впервые в жизни видел женщину, купающуюся нагишом, и это была женщина, о которой он мечтал всего несколько минут назад.
Она повернулась, открывая ему прекрасный вид на свое тело, которое было таким же впечатляющим, как и в колледже. Ее груди выглядели точно так же, как он помнил - среднего размера, с крупными сосками. Они сидели на ее теле изысканно, как будто были тщательно вылеплены мастером-скульптором. Опустив глаза ниже, он увидел ее плоский живот, переходящий в подстриженные волосы на лобке.
Тусклое освещение, заставляло тени играть на ее коже, как на фотографиях моделей в журналах мод. Она была немного бледнее и худее, чем он помнил, но это не умаляло ее красоты. Она сделала один шаг вперед, а затем грациозно нырнула в бассейн.
Стряхнув воду с лица, она с закрытыми глазами и удивительно спокойным выражением лица, легла на спину и начала неторопливый гребок назад. Тим понял, что это выражение было таким, какого она не демонстрировала с тех пор, как появилась на пороге его дома. У него перехватило дыхание, а в голове невольно промелькнули воспоминания о тех днях, когда они были вместе до того, как все пошло не так.
Закрыв дверь, он прислонился к стене для опоры. "Не увлекайся. Это всего лишь призрак", - снова попытался напомнить он себе. Он поплелся обратно по лестнице, чувствуя себя еще более противоречивым, чем прежде.
Утром Тим проснулся, чувствуя себя невероятно отдохнувшим. Взглянув на часы, он с удивлением увидел, что проспал до десяти, что было неслыханно. Он оделся и вышел в холл, гадая, ушла ли Донна. На лестнице, он почувствовал незнакомый запах готовящегося завтрака. Когда он вошел в кухню, там стояла Донна в одежде, которую он положил для нее, и готовила на плите яичницу с беконом.
— Доброе утро! Я думала, что мне придется принести тебе завтрак в постель, — весело сказала она.
Она повернулась и достала из духовки свежие бисквиты, предоставив Тиму неловко рассмотреть свои стройные ноги, переходящие в попку, которая не была прикрыта достаточно хорошо для его комфорта.
— Ого, вот уж чего я не ожидал увидеть в обозримом времени, — поддразнил он. — Где ты нашла в этом доме настоящую еду?
Она насмешливо нахмурилась.
— Не нашла. Когда я проснулась, то поняла, что это будут либо сухие хлопья, либо мне придется разбудить тебя. Похоже, ты крепко спал, и у меня не хватило духу потревожить тебя, поэтому я побежала в магазин за углом и взяла несколько вещей. Надеюсь, ты не против, — извинилась она, надеясь, что он оценит этот жест.
— Не против? — улыбнулся он. — Я сказал тебе, чтобы ты чувствовала себя как дома. Прошло около двух лет с тех пор, как я завтракал дома по-настоящему. Это замечательно. Пожалуйста, делай, что хочешь.
Донна хихикнула и вернулась к работе. Это был теплый, счастливый звук, который, к сожалению, редко можно было услышать в его доме. Тим спросил, может ли он чем-нибудь помочь, но она настояла на том, чтобы все сделать самой. Она твердо сказала ему, что хочет отплатить за его гостеприимство.
Сидя за столом, они дружески болтали, пока она готовила. Донна застенчиво рассказывала подробности своего полуночного купания и о том, как ей это понравилось. Тим сделал вид, что удивлен, но мысленный образ того, что он увидел, не позволял сосредоточиться. Они позавтракали, затем она вернулась в мотель, чтобы переодеться.
Пока ее не было, Тим размышлял о гамме эмоций, которые он испытывал. Он старался не думать о ней так, как это было в прошлом. Это было целую жизнь назад. Это только усложняло ситуацию, особенно учитывая то, что они будут обсуждать, когда она вернется. Тем не менее, было почти невозможно выкинуть из головы, образ ее слез в машине, не говоря уже о том, как она раздевалась у бассейна.
Другая его часть, все еще была обижена и очень зла, даже спустя столько времени. Тим старался не потакать этим эмоциям, не желая повторения сцены в ресторане. Он знал, что если будет срываться на ней, то, в конечном итоге, не станет счастливее.
Больше всего на свете, он хотел бы вернуться к тому счастливому и удачливому ребенку, которым он был раньше, а не к несчастному парню, который работал в одиночку каждые выходные. Вопрос был в том, существовал ли тот ребенок вообще?
Донна вернулась около трех часов. Тим открыл дверь и тут же почувствовал желание отказаться от всего разговора. В отличие от того вечера, когда она появилась впервые, или ужина, Донна решила одеться непринужденно: выцветшие джинсы, свитер, волосы собраны в хвост, а макияжа достаточно, чтобы подчеркнуть ее естественную красоту. Именно такой, он видел ее в своих мыслях в те моменты, когда позволял себе вспоминать о ней с нежностью. Это сделало то, что предстояло дальше, намного сложнее.
— Донна, я думаю, пришло время поговорить о том, что произошло, — сказал он, с такой напускной уверенностью, на какую только был способен.
Он наблюдал за ее реакцией, но она просто кивнула. Они прошли к дивану и сели рядом друг с другом.
"С чего бы мне начать", - грустно подумала она.
— Во-первых, отвечая на твой вчерашний вопрос, мне нужно, чтобы ты знал, что у нас никогда не было никого другого. Джейк был единственным, и это случилось только на той неделе. Когда мы были... вместе, — заикаясь, проговорила она, — я бы никогда не попросила тебя, принять меня обратно. Я знала, что предала тебя и что между нами все кончено.
Ей было трудно встретить его взгляд, но когда она сделала паузу, то глубоко вздохнула и заставила себя посмотреть на него.
— Это началось во время летних каникул. Ты работал на Пита, а я оставалась в школе, посещала несколько занятий и подрабатывала в местной больнице, чтобы заработать дополнительные деньги. Однажды я столкнулась с Джейком после того, как он закончил футбольную тренировку. Хотя мы несколько раз встречались на вечеринках, мы никогда по-настоящему не разговаривали.
— Он предложил купить мне обед в кафетерии. Я не увидела в этом ничего плохого, поэтому согласилась. Мы долго говорили о себе, об ожиданиях, с которыми мы сталкивались, и о том, насколько мы оба были подавлены школой. Он не проявил ко мне никакого интереса, и я не преминула упомянуть, как мы с тобой счастливы, чтобы он не подумал неправильно.
Она продолжала, но ее страдальческое выражение, было невозможно игнорировать.
— Мы виделись несколько раз в неделю в течение всего лета, обедали вместе, чтобы никому из нас, не приходилось есть в одиночестве. Это всегда было публично, и он никогда не делал вид, что заинтересован мной - только как другом, что и я чувствовала, по отношению к нему. Через несколько недель, я начала рассказывать ему о некоторых вещах в наших отношениях, которые меня волновали.
Выражение лица Тима, должно быть, соответствовало тому раздражению, которое он почувствовал от этого заявления, так как Донна перевела в сторону пристальный взгляд.
Она продолжила, ее голос теперь дрожал.
— Я знаю, какой наивной я была. В то время я думала, что возможность поговорить о своих проблемах с кем-то, поможет мне разобраться в них. Все мои подружки были летом дома. Он создавал впечатление, что у нас есть что-то общее, поэтому я думала, что он меня понимает.
Она опустила голову и стала возиться с ниткой на джинсах.
— Я не должна была ему доверять.
Донна подняла глаза, чтобы снова встретиться взглядом с Тимом.
— Когда началась школа, я так хотела тебя увидеть, что заплатила твоему соседу, чтобы он ушел на весь день, и мы могли побыть вдвоем. Это был чудесный день, и я подумала, что, возможно, это то, что нам нужно. После этого, я продолжала изо всех сил стараться сделать все еще лучше. Правда заключалась в том, что я излишне компенсировала свою неуверенность.
Хотя он старался быть терпеливым, Тим не мог удержаться от того, чтобы не перебить ее.
— Так почему бы просто не поговорить со мной?
— Я не разговаривала с тобой, потому что была глупой, глупой девчонкой, — с горечью сказала она. Заметив его недоуменный взгляд, она быстро продолжила. — Я не была уверена, оправданы ли мои опасения или я просто глупа. Часть меня не хотела признавать, что я не уверена в том, что делаю. Может быть, я боялась, что если мы поговорим, я узнаю что-то, чего не хочу знать.
Она отвернулась и вытерла слезу с глаз.
— Что ты имеешь в виду, говоря о том, чего ты не хотела знать?
Она пожала плечами.
— Я не знаю... что мы отдаляемся друг от друга, возможно, что у меня были сомнения в том, что у нас было, что я читала в наших отношениях то, чего там просто не было. Это были наши первые серьезные отношения. Неужели мы действительно сможем жить долго и счастливо? Я просто не знала. Если бы я поговорила с тобой, возможно, все сложилось бы по-другому. Вместо этого, я опиралась на Джейка и..., - она запнулась и сделала паузу, чтобы собраться с мыслями.
— Тим, мне нужно, чтобы ты поверил мне в одном, — сказала она, внезапно пристально глядя ему в глаза. — Я никогда, ни на секунду не думала, что все закончится так, как закончилось. Я убедила себя, что наши разговоры - это просто его забота о моем благополучии. Не было никаких намеков на то, что он думает обо мне, как о чем-то, кроме как о друге.
Тим не знал, что делать с ее историей, потому что это было не то, чего он ожидал. В то же время, он отчетливо помнил, что Джейк сказал о ней возле студенческого братства, и знал, что если он действительно соблазнил ее так, как она описала, то это определенно был поступок с его стороны. Этот мужчина просто не был способен на такие эмоции.
Донна сделала глубокий вдох и начала снова.
— В ту неделю, когда все рухнуло, нам с моей подругой Синди предложили работу на вечеринке, которую футбольная команда устраивала в своем братском доме. Это казалось такой удачей. Она просто упала нам на колени - по крайней мере, я так думала. Меня уволили из больницы, поэтому мне очень нужны были деньги. На той неделе, мы были там каждый день, составляли планы и украшали дом.
— После начала учебы, мы с Джейком не так часто общались, но мы оставались на связи. На той неделе, он был там каждый день, пока мы работали - помогал, заводил светские беседы и ждал нас с нетерпением. Я никогда не ожидала этого, но все то время, которое я провела с ним, привело к тому, что между нами что-то изменилось. Вместо того, чтобы быть просто друзьями, мы вдруг почувствовали себя по-другому.
Она отвела взгляд, на ее лице было написано чувство вины.
— В четверг вечером, он помогал нам работать и разговаривал со мной весь вечер. Когда пришло время уходить, он попросил меня остаться еще ненадолго, чтобы поговорить с ним о чем-то личном.
— У Синди, видимо, возникли подозрения, потому что она пыталась уговорить меня уйти, но он не принял отказа. Я сказала себе, что ничего не изменилось, поэтому нет причин уходить. Я бы хотела сказать тебе, почему это сделала, но правда в том, что я просто не знаю. То ли я позволила ему обмануть себя, то ли сама обманулась, то ли какая-то часть меня была польщена тем, что он заинтересовался... Я думала об этом пять лет, и у меня нет хороших ответов.
Она остановилась, из-за больного выражения лица Тима, но теперь, когда они зашли так далеко, ему нужно было услышать остальное.
— Продолжай, — пробормотал он. — Давай покончим с этим.
Она вздохнула.
— Он угостил меня несколькими бутылками пива, рассказал о проблемах, которые у него были, и сумел затащить меня в свою комнату. Как только я оказалась там, он соблазнил меня. Я не буду оправдываться. Я сама виновата в том, что поставила себя в такую ситуацию. По какой-то причине он, казалось, знал, что сказать, чтобы вывести меня из равновесия. Теперь я знаю, что именно это он и делал все это время, просто маневрировал, чтобы использовать меня.
— Я после этого вышла из дома, зная, что только что покончила с тем, что у нас было, потому что ты никогда не сможешь меня простить. Я была так растеряна, потому что даже не понимала, почему я это сделала. Вся причина, по которой я с ним разговаривала, была в том, что я чувствовала к тебе, а потом я повернулась и предала тебя. Это было ужасно.
Она опустила глаза, не пытаясь встретить страдальческий взгляд Тима.
— Я прогуляла занятия и всю пятницу просидела дома, пытаясь понять, почему я это сделала и как мне сказать тебе. В итоге, я просто сидела в своей кровати и ненавидела себя.
— В субботу я пообещала себе, что расскажу тебе, несмотря ни на что. Я не хотела, чтобы у тебя был хоть какой-то шанс узнать об этом, каким-то другим способом. Я получила твое сообщение, что ты будешь заниматься, поэтому я пошла в библиотеку, но не смогла тебя найти. Я вернулась в твою комнату, но ни тебя, ни твоего соседа уже не было. В конце концов, я вернулась в свою комнату и оставила тебе сообщение. Потом я сидела и ждала, не перезвонишь ли ты.
— В этот момент появился Джейк и отказался уходить без меня. Он сказал, что из-за того, что я так много сделала для дома, то должна быть там, хотя бы для того, чтобы получить благодарность. Я не хотела уходить, но он отказался и устроил сцену. Я так боялась, что кто-то узнает, что я сделала, и поэтому сдалась.
Выражение лица Донны, изменилось с грустного на отвращение.
— Как только я оказалась там, он провел меня повсюду, рассказывая всем, какую замечательную работу я проделала. Это была сплошная лесть и комплименты, все заставляли меня чувствовать себя звездой. Весь вечер он следил за тем, чтобы у меня в руке был напиток. Через пару часов, он начал уговаривать меня подняться в его комнату. Он не переставал давить, пока снова не добился своего.
Она сделала паузу, заставляя себя снова поднять глаза.
— Тим, мне так жаль. Хотя я знала, что уже все испортила, клянусь, я не хотела, чтобы это случилось. Я никогда не хотела причинить тебе такую боль. Я была так уверена, что справлюсь сама... Я была такой дурой.
— Как только все закончилось, я пошла в ванную, чтобы побыть одной. Я думала о том, как я все испортила. Я решила уйти, пойти в твою комнату и ждать там столько, сколько потребуется.
Слезы катились по ее лицу, когда она продолжала свой рассказ.
— Я вышла из ванной, чтобы взять свою одежду, и увидела, что он стоит у двери и с кем-то разговаривает. Когда он отошел и я увидела тебя, то поняла, что ничего не смогу сделать, чтобы вернуть то, что потеряла, или то, как тебе было больно. Я запаниковала и побежала обратно в ванную. Я отказывалась выходить несколько часов, я просто не могла смотреть никому в глаза.
— На следующий день, я попыталась позвонить тебе, хотя понятия не имела, что сказать. К сожалению, тебя уже не было. Я перепробовала все: говорила с твоим соседом по комнате, пыталась дозвониться на твой мобильный, а потом, наконец, позвонила домой твоим родителям. Это оказалось огромной ошибкой.
Ее взгляд сменился меланхоличной ухмылкой, когда она вытирала слезы, которые теперь свободно текли по ее щекам.
— Твоя мама дала мне ясно понять, какой низкопробной шлюхой я была. Она сказала мне, что если бы у меня была хоть капля порядочности, то я бы оставила тебя в покое. — Выражение лица Донны, снова стало печальным. — Я знала, что она была права, поэтому я прекратила попытки связаться с тобой.
Тим откинулся назад, пытаясь казаться более собранным, чем он чувствовал на самом деле.
— Я не знаю, что сказать. Я знал, что мама, должно быть, сказала тебе это, но она никогда не говорила мне, что именно. Она очень оберегает, своего единственного сына. — Он сделал глубокий вдох, пытаясь позволить эмоциональным американским горкам замедлиться. — Так ты действительно влюбилась в него?
Ему было трудно понять выражение ее лица.
— Нет. Я запуталась в своих чувствах, но я никогда не влюблялась в него. Я не могу сказать тебе, как бы я хотела вернуться назад и остановить себя от того выбора, который сделала. Я не могу сказать ничего такого, что могло бы исправить то, что я сделала. Я была глупой, самонадеянной маленькой девочкой, которая думала, что сможет справиться сама, несмотря ни на что.
Она коснулась его руки.
— Легко понять, почему так много людей были так расстроены.
— Расстроены?
Донна выглядела так, словно собиралась снова расплакаться.
— Большинство моих близких друзей, были очень расстроены из-за того, что произошло. Синди была так зла, что едва могла быть вежливой, по отношению ко мне.
Ее плач становился все сильнее, поэтому Тим сказал ей пойти в ванную и принес ей коньяк, чтобы помочь. Когда она вернулась, она выглядела еще хуже, чем когда уходила. Она с благодарностью взяла напиток дрожащими руками и сделала быстрый глоток.
— Тим, следующая часть очень трудна для меня. Я никому не рассказывала об этом, со времен колледжа, кроме одного человека, который пытался помочь мне справиться с последствиями. Я расскажу тебе, потому что я должна тебе рассказать всю правду, но, пожалуйста, позволь мне рассказать все до конца и покончить с этим.
Ее предупреждение, заставило Тима почувствовать себя очень неловко. Он полагал, что то, что она говорила до сих пор, было самой трудной частью. После его обещания, Донна сделала большой глоток и приготовилась к тому, что, очевидно, будет очень трудно.
— После твоего ухода, я пряталась несколько недель, но Джейк не оставлял меня в покое. Несколько молодых девушек в моем доме, встречались с другими игроками команды и все время пытались помочь ему связаться со мной. Мне было очень одиноко, и я чувствовала себя ужасно, поэтому я, наконец, сдалась и начала встречаться с ним. Тогда Синди и некоторые другие, полностью оборвали отношения со мной.
Она остановилась и сделала еще один глоток, ее руки заметно дрожали.
— Я быстро поняла, что он совсем не такой, как ты. Когда он пытался заполучить меня, он был гладким и дружелюбным, но почти сразу же все менялось. Его настроение было непредсказуемым, и иногда это пугало. Он злился на меня, если я не делала то, что он ожидал, или если я хотела остаться дома и учиться, вместо того, чтобы пойти с ним и его друзьями.
— Он требовал секса почти всегда, когда мы были вместе, и, казалось, его не волновало, в настроении я или нет. Я потеряла к себе уважение из-за того, что терпела. Никто никогда не обращался со мной подобным образом, но я продолжала позволять ему это. Думаю, я боялась признать, насколько я ошибалась в нем, потому что это стоило мне жизни. Вместо того чтобы постоять за себя, я просто надеялась, что все наладится.
— Прошло четыре месяца такой жизни, но, в конце концов, он зашел слишком далеко. Мы сильно поссорились, и я, наконец, нашла в себе силы высказать ему все и уйти.
Донна сделала еще один глоток, и Тиму показалось, что она выглядит так, будто собирается окончательно потерять голову.
Он взял ее руку и мягко начал ее поглаживать. Когда он спросил, хочет ли она продолжать, она кивнула.
— Когда я вернулась в общежитие, то наткнулась на Синди. Она сразу поняла, что я расстроена, и тут же проводила меня в мою комнату, где настояла на том, чтобы я ей все рассказала. Я была так благодарна, что она не сказала, что я сама виновата в своей глупости. Я оставалась в своей комнате в течение недели, игнорируя звонки Джейка и отказываясь видеться с ним, когда он приходил.
— Когда на следующей неделе я снова пошла на занятия, то узнала, что он был очень зол на меня за то, что я его бросила. Он распустил слухи обо мне и о том, что между нами произошло, по всему кампусу. Это было совершенно опустошительно.
Она отставила бокал и встала.
— Извини, Тим, мне нужна минутка, — попросила она.
— Конечно, — ответил он. — Возьми столько времени, сколько тебе нужно.
По правде говоря, ему тоже нужна была минута, чтобы все обдумать.
Она поднялась по лестнице в ванную, а Тим налил себе еще бокал.
Все, что он предполагал о том, что ее жизнь продолжалась как прежде, оказалось совершенно неверным. Хотя он старался держать свои прежние чувства в узде, он не мог не быть в ярости от того, через что ей пришлось пройти. Если то, что она сказала, было правдой, Джейк манипулировал ею и сумел разрушить жизнь обоих, при этом выйдя на сцену благоухающим, как роза. Тим не мог не задаться вопросом, как кто-то может быть таким подонком и не поплатиться за это.
Тем не менее, история, которую она ему рассказала, не могла быть принята на веру. Хотя он хотел ей верить, какая-то часть его сознания понимала, что сначала должны быть какие-то доказательства. Даже если бы они были, единственное, что это меняло, так это то, что она не собиралась унизить его и разбить ему сердце. Вряд ли это было чем-то, что заставило бы его простить ее и жить дальше.
Донна выглядела немного лучше, когда вернулась. То, как она вдруг стала выглядеть подавленной, заставило Тима заподозрить, что она что-то недоговаривает, но он решил оставить это без внимания, пока не услышит остальную часть истории и не решит, имеет ли это значение.
Он встал и быстро обнял ее.
— Ты в порядке? — спросил он, с искренним беспокойством.
Она улыбнулась, напряжение, вызванное визитом, на мгновение ослабло.
— Да, спасибо. — Она снова села рядом с ним. — На чем я остановилась?
— Ты рассказывала мне о том, что случилось, когда ты ушла от Джейка, — мягко сказал он, пытаясь понять ее реакцию и понять, как много он должен спросить.
— Да, — сказала она, и ее прежнее облегчение тут же исчезло. — Раньше никто не ставил под сомнение мою репутацию. Теперь все думали... ну, они не очень-то обо мне думали. Я перестала выходить и забросила все свои внеклассные мероприятия. Это было хорошо, потому что я и так сильно отставала в учебе из-за того, что он монополизировал мое время, но наверстать упущенное, было невозможно.
— Я провалила два занятия и потеряла стипендию, поэтому была вынуждена бросить учебу. — Она допила стакан и горестно улыбнулась ему. — Я не смогла бы разрушить свою жизнь полнее, даже если бы использовала кувалду. За один семестр, я превратилась из счастливой и успешной, в одинокую и неудачницу.
Она незаметно отстранилась.
— И я в процессе, умудрилась причинить тебе ужасную боль.
Она показала, что хотела бы получить еще одну порцию, а затем заметно напряглась.
— Мои родители были опустошены. Они не могли поверить, что я не справилась, особенно мой отец. У меня не хватило духу сказать ему, почему.
— Он до сих пор не знает? — спросил Тим.
— Он умер, чуть больше двух лет назад, — ответила она, слезы грозили начаться снова.
— О, Донна, мне так жаль.
Тим почувствовал, что у него самого наворачиваются слезы, при воспоминании о ее отце, который относился к нему так по-доброму. Он протянул руку и взял ее за плечо, притянув ее к себе, как для себя, так и для нее. Некоторое время они обнимались, затем Донна отстранилась и посмотрела ему в глаза.
— Он действительно обожал тебя, — она мимолетно улыбнулась счастливому воспоминанию. — Потом мне пришлось провести последние два года его жизни, не рассказывая ему правду о том, что произошло.
Она снова отстранилась, установилось неловкое молчание, в которое Тим не решался вторгнуться.
— Ладно, твоя очередь, — неожиданно сказала она. Тим в замешательстве склонил голову набок. — У тебя, наверное, есть вопросы обо всем этом. Я бы предпочла выяснить все сейчас, чем потом гадать, все ли тебе стало понятно.
Выражение ее лица не оставляло сомнений в том, что она твердо решила продолжать и не собирается больше просить о сочувствии.
Он глубоко вздохнул, ломая голову над тем, как бы тактично задать один из многочисленных вопросов, крутившихся у него в голове. Донна явно была эмоционально выжата, и он не знал, как спросить, не расстроив ее. Он был удивлен, насколько сильно, эта мысль начала его беспокоить.
— Так ты планировала порвать со мной, чтобы встречаться с ним?
Она опустила глаза:
— Я никогда, ни на секунду не думала о том, чтобы расстаться с тобой, пока не переспала с ним. После того, как это произошло, я поняла, что переступила черту, за которую уже не смогу вернуться. Я не представляла, как бы я могла снова смотреть тебе в глаза.
— Я никогда не думала о том, чтобы встречаться с ним, пока ты не уехал. Я говорила с несколькими людьми обо всем этом, пыталась понять, но, честно говоря, нет хороших ответов, почему я сделала что-то настолько глупое и необдуманное. Все это похоже на оправдания.
— Ты ходишь к психиатру... э-э, к врачу? — неуклюже сказал он.
Донна хихикнула.
— Я не думаю, что нам стоит говорить об этом. У меня были некоторые проблемы после того, как все случилось. Это не твоя проблема, и я не хочу, чтобы это звучало так, будто я прошу тебя пожалеть меня. Скажем так, я общаюсь с человеком, который является, скорее, наставником. Она помогла мне разобраться с ошибками, которые я совершила, и последствиями, которые они повлекли за собой.
— Так почему сейчас? — спросил Тим. — Спустя столько времени, почему ты решила прийти ко мне именно сейчас?
— Это была ее идея, — искренне ответила Донна. — Я всегда хотела рассказать тебе, что произошло на самом деле. Я уверена, что те вещи, которые ты предполагал о том, что я сделала, были довольно ужасны. И хотя я заслуживаю того презрения, которое ты испытываешь ко мне, какая-то часть меня думала, что тебе будет легче жить с тем, что я натворила, если ты узнаешь всю правду. После того, как я оставила попытки, я еще долго боролась с этим. Наконец, она предложила мне поговорить с тобой, ведь прошло достаточно времени, чтобы ты уже не ненавидел меня так сильно, чтобы не захотеть выслушать, что я скажу.
— Я не знаю, подходит ли слово "ненависть", — мягко сказал Тим. — Я был очень зол на тебя и обижен. Может быть, я пытался ненавидеть тебя, чтобы забыть о том, что случилось.
Он увидел, как она сморщилась, и взял ее за руку.
— Я никогда не мог заставить себя сделать это. С тобой связано так много моих лучших воспоминаний. Это почти, как ненавидеть часть себя.
Она благодарно посмотрела на него.
— Тим, я знаю, что никогда не смогу сказать этого достаточно, но я искренне сожалею о том, что сделала. — Она сделала паузу, пытаясь собраться с мыслями. — Я никогда не смогу простить себя за то, что я сделала. Поверь мне, я никогда не попрошу об этом тебя.
Тим изучал ее, пытаясь справиться с ее очевидным раскаянием, не позволяя ему повлиять на свои суждения.
— Я не знаю, что сказать - это так тяжело пережить. Насчет последнего вечера с Джейком, — он сделал паузу, стараясь быть осторожным в выборе слов. — Ты хочешь об этом поговорить?
Несколько мгновений, она молча размышляла.
— Я действительно не хочу, Тим. Я думала, что смогу, но теперь, когда я здесь, я знаю, что это невозможно. Поверь мне, когда я говорю, что мы расстались, и это было очень некрасиво. Это доказало мне, каким он был на самом деле, и это был толчок, который мне был необходим, чтобы повзрослеть.
Она сделала паузу и посмотрела на него, стараясь тщательно подобрать слова.
— Это заставило меня понять, что вещи, с которыми я имела дело, были в моей голове, а не то, что кто-то, особенно ты, — сказала она решительно, — сделал со мной.
Тим пришел к выводу, что она искренне сожалеет о случившемся. Это заставило его почувствовать, что с него словно сняли груз, хотя и оставило его в замешательстве относительно того, как обстоят дела. Тем не менее, он решил, что для одного дня с нее достаточно.
— Давай поговорим об этом в другой раз, — сказал Тим. Он заметил, как она оживилась при мысли о том, что они могут продолжить разговор. — Не хочешь посидеть здесь немного и просто расслабиться? Нам не нужно больше говорить о прошлом.
— Нет, я немного устала. Мне нужно уехать отсюда, пока я не выпила слишком много этого коньяка и не смогла ехать обратно. Я хочу, чтобы ты знал, что я имею в виду то, что сказала. Я пришла сюда, чтобы у тебя были ответы на все, что тебе нужно. Если есть что-то, о чем ты хочешь знать, я сделаю все возможное, чтобы быть полностью открытой о том, что произошло.
— Я уезжаю на несколько дней, — тихо сказала она. — Синди живет всего в паре часов отсюда, и я обещала заехать к ней в гости. Я вернусь в среду, если ты захочешь снова поговорить. Мне было бы очень приятно, если бы мы смогли, о чем бы ни шла речь. Это очень много для меня значит, Тим. Спасибо тебе.
Обнявшись напоследок, Донна ушла. Наблюдая за ее уходом, Тим не мог избавиться от чувства растерянности, думая о том, что делать дальше. Единственное, в чем он был уверен, так это в том, что пришло время навестить старого друга.
~~~~~
Уже стемнело, когда он съехал с шоссе на стоянку грузовиков. Он залил бензин в машину, припарковался и направился внутрь. Когда официантка усадила его, он попросил стакан воды и два меню, а затем стал ждать, насколько это было возможно. Примерно через десять минут, в дверь вошла очень привлекательная молодая женщина. Она была ростом 175 см, стройная, с прекрасной фигурой и очень непринужденной манерой поведения, которую невозможно было не заметить.
— Тим, — сказала она, быстро подойдя к столу. Она тепло обняла его, затем отодвинулась и оглядела его с ног до головы. — Ты отлично выглядишь.
— Привет, Синди, — широко улыбнулся он. — Ты выглядишь даже лучше, чем я помню.
Она покраснела и быстро поцеловала его в щеку. Они сели рядом друг с другом в кабинке и провели несколько минут, поддерживая светскую беседу, прежде чем перейти к сложным темам.
— Так она, наконец-то, пришла к тебе?
Он торжественно кивнул.
— Да, это было очень напряженно. Сначала я был настроен довольно враждебно, но потом решил, что мне нужно знать, что произошло на самом деле. После того, как она мне рассказала, — он опустил глаза, подыскивая нужные слова, — я не знал, что и думать. Вот почему мне нужно было поговорить с тобой. Ты не против?
— Тим, я бы поговорила с тобой в любое время, когда бы ты ни попросил. Ты мне очень нравился, и я всегда считала, что Донне невероятно повезло.
Он не мог скрыть своей гордости, от ее похвалы. Синди всегда была доброй, но когда он учился в колледже, он никогда не понимал, как на самом деле, относятся к нему друзья Донны.
— У нас была большая ссора из-за того, что произошло. Обычно она умела видеть людей насквозь, но он заставил ее сомневаться в себе. Все закончилось так плохо, что... ну, что она тебе рассказала?
— Сначала я хотел бы услышать, что ты знаешь. Она сказала, что рассказала мне все, включая то, чем все закончилось. Мне просто нужно найти способ проверить кое-что из того, что она сказала. Я бы хотел верить ей на слово, но после того, как я так долго злился на нее, трудно просто отключиться. Я буду честен с тобой, но я действительно чувствую, что мне нужно пройти через это. Она кажется действительно искренней в своем сожалении, и было бы здорово узнать, могу ли я в это поверить. Я чувствую, что не могу доверять даже себе, чтобы понять, что реально, когда дело касается ее.
Синди сочувственно посмотрела на него
Они разговаривали в течение следующего часа, причем Синди подтвердила все, что Донна рассказала ему. Она также добавила несколько деталей, о нестабильном эмоциональном состоянии Донны в то время, что еще больше усложнило ситуацию. Он был удивлен, что Донна избегала говорить ему о том, что могло бы склонить его мнение в ее пользу. Это было трудно понять, но он был благодарен ей за то, что она не пыталась играть на его симпатии. Когда зашла речь о разрыве Донны с Джейком, Тим остановил ее.
— Послушай, я должен сказать тебе правду. Она не сказала мне, что произошло, кроме того, что они поссорились. Я не хочу ставить тебя в неловкое положение, но мне кажется, что я должен знать об этом. Я не могу это объяснить, но, хотя я ей верю, мне все равно кажется, что она от меня скрывает.
— Так и есть, — с горечью сказала Синди. — И не без оснований. Я скажу тебе, но я бы предпочла, чтобы ты никогда не говорил ей, что это сделала я. Я думаю, что она должна это сделать, но я сомневаюсь, что она может сказать тебе сама, и будет лучше, если ты не будешь спрашивать.
Тим наклонился вперед, стараясь не выглядеть нетерпеливым, но его любопытство явно разгорелось.
— Джейк постоянно подталкивал ее, к более диким поступкам. Она никогда не была такой раньше, но он заставлял ее одеваться сексуально и быть на всех их вечеринках. Он заставлял ее пить и постоянно выставлял ее напоказ своим друзьям, как какой-то гребаный приз.
— Наконец, однажды ночью он напоил ее и отвел в свою комнату. Пока они были вместе, один из его друзей пробрался в комнату. Этот ублюдок разделся и попытался залезть к ним в постель, не сказав ей ни слова. Она запаниковала, но Джейк пытался держать ее за голову, чтобы она не могла пошевелиться. В итоге, она нанесла удар ногой и удачно попала в парня, стоявшего позади нее. Затем она сказала Джейку, что если он не отпустит ее, она откусит ему член.
На лице Синди, была маска ярости.
— Это, наконец, напугало этого сукина сына настолько, что он отпустил ее. Она схватила свою одежду и выбежала из дома, не потрудившись одеться. Практически все это видели. Позже Джейк рассказал им всем, что она занималась сексом втроем, и попросил добровольцев на следующий раз.
— После того, как она отказалась увидеться с ним снова, он распустил слухи, что она спала с кучей игроков. Каждый раз, когда она пыталась выйти из дома после этого, кто-то предполагал, что она была легкой, потому что он слышал об этом по слухам. Парни даже говорили ей ужасные вещи в классе. Она не выдержала унижения, и ее успеваемость упала. Потом она потеряла стипендию и вынуждена была уйти из школы. Все из-за него.
Тим вдруг пожалел, что спросил, и особенно о том, как ему не терпелось узнать продолжение истории. Он с удивлением осознал, что его руки сжались в кулаки и побелели от напряжения. Внезапно то, что Джейк сделал с ним, показалось второстепенным по сравнению с тем, через что пришлось пройти Донне. Несколько минут, они сидели в тишине.
Наконец, Синди сказала ему, что ей пора идти, потому что ее ждет жених. Быстро обнявшись и пообещав, что он будет присутствовать на ее свадьбе, Тим проводил Синди до ее машины, затем сел в свою и начал долгую дорогу домой. Было приятно ехать по дороге одному в темноте. Было о чем подумать.
~~~~~
— Не хочешь подойти и поговорить? — спросил Пит.
— Нет, это то, в чем я должен разобраться сам. Я просто хотел, чтобы ты знал, как обстоят дела. У тебя есть все основания чувствовать себя так, как ты к ней относишься, но ты должен знать, что ее объяснение было довольно напряженным. Я не знаю, что я должен чувствовать, но все... сложно.
Пит звучал раздраженно.
— Что она могла сказать такого, что оправдывало бы ее поведение?
— В том-то и дело. Она не оправдывала свое поведение. Она рассказала мне все, что произошло и почему. Хотя я знаю, что она сделала со мной что-то ужасное, теперь, когда я знаю остальное, я могу понять это лучше. Мне также рассказали о том, что случилось с ней после моего ухода, и это было не очень красиво.
Тим услышал глубокий вздох с его стороны.
— Только не говори мне, что ты ее жалеешь. Это самый быстрый способ, снова получить по зубам.
— Нет, я не это имел в виду. Она через многое прошла, из-за своего выбора, и я ей сочувствую. Я не говорю о том, чтобы забыть то, что она сделала. Как я уже сказал, это сложно.
— Так ты собираешься рассказать мне об этом? — спросил он.
— Прости, но это очень личное. Я бы не хотел говорить тебе об этом. Поверь мне, у нее было свое чистилище. Это больше, чем все, что я мог бы ей сказать или сделать.
— Но ты же не хочешь сказать, что происходит что-то романтическое, верно? — сказал он, с беспокойством.
— Нет, ничего подобного, — сказал Тим, чувствуя уверенность в том, что, несмотря на поток старых чувств, вернувшихся из прошлого, он держит все под контролем. — Она пришла сюда, чтобы рассказать мне все, а не молить об отпущении грехов. Я думаю, она чувствовала себя настолько виноватой за то, что сделала, что ей было трудно справиться с проблемами в своей собственной жизни.
— Да, наверное, я вижу, как это происходит, — признал он нехотя. — Я просто хочу, чтобы ты был осторожен - я знаю, как она затянула тебя потуже. Ты же не хочешь повторения.
— Определенно нет, — сказал Тим, чувствуя себя более уверенно. — Это немного смущает, когда она рядом из-за нашего прошлого, но сейчас она совершенно другой человек. Поверь мне, я не испытываю ностальгии.
Тим попрощался и пошел плавать. Войдя в воду, он не мог перестать думать о том, как прекрасно выглядела Донна, когда он увидел ее уединенный момент. Он нырнул в воду, пытаясь выкинуть этот образ из головы.
Тим ничего не слышал о Донне, за то время, пока ее не было. Мысль о том, что он может позвонить, пришла ему в голову, но была быстро отброшена. Он был уверен, что больше всего ему нужно отвлечься от мыслей о ней и вернуться к работе, где он сможет все контролировать.
В среду он пришел домой с работы и заметил, что на автоответчике мигает лампочка сообщения. Несмотря на его попытки быть бесстрастным, он почувствовал несомненный прилив адреналина, когда поспешил проверить сообщение.
— Тим, это Донна. Я просто хотела сообщить тебе, что я вернулась. У меня несколько дел, но ты можешь звонить мне в любое время.
Он быстро схватил трубку, затем сделал паузу, чтобы глубоко вздохнуть. "Прекрати, ты ведешь себя как глупый мальчишка", - ругал он себя. Не поддавшись порыву перезвонить ей, он пошел на кухню и приготовил что-нибудь перекусить. Потратив некоторое время на то, чтобы доказать, что он контролирует ситуацию, Тим поднял трубку и набрал номер.
— Привет, Тим, — приветствовал его приятный голос.
— Привет, Донна, ты хорошо съездила? — спросил он, стараясь говорить нейтральным тоном.
— Да. Синди выглядела великолепно, и я познакомилась с ее женихом. Похоже, они действительно счастливы, — с тоской сказала она.
Тим остановился, понимая, что ему нечего сказать. После молчания, которое, казалось, длилось целую вечность, он сказал единственное, что пришло ему в голову.
— Ну, я собираюсь на ужин к Питу и Трише, не хочешь пойти со мной?
На другом конце провода, прозвучало короткое колебание.
— Ничего, если мы вместо этого, займемся чем-нибудь завтра?
— Конечно, это было бы здорово, — ответил Тим, чувствуя себя виноватым за то, что заикается.
— Ну, приятного вечера и передай им обоим привет.
Тим положил трубку и уставился на нее, пытаясь решить, разочарован ли он, или она просто оказала ему услугу. Смешать Донну и его бурлящие эмоции, с Питом и Триш в их доме? Он покачал головой и начал подниматься по лестнице, решив взять себя в руки.
~~~~
Следующий день прошел лучше. Тим был занят на работе, и по большей части, ему удавалось не думать о Донне. Он позвонил ей, и они договорились пообедать и прогуляться. Поблизости был ресторанчик, расположенный рядом с небольшим ручьем. Парочки любили прогуливаться по тропинке, и там было много тихих мест, где можно было посидеть и поговорить. Он подумал, что это будет приятное место, где не будет ни атрибутов свидания, ни инквизиции.
Тим был приятно удивлен, когда заехал за ней. На ней было консервативное вечернее платье, которое выглядело потрясающе, но не было сексуальным. Было очевидно, что она так же, как и он, стремилась избежать появления романтического интереса. Он подумал, не испытывает ли какая-то часть ее души, те же тревожные чувства по поводу того, куда все идет.
Ужин был превосходным, но самым интересным оказался разговор. Никто из них не упоминал ни о колледже, ни о последовавшем за ним хаосе. Также не было никаких неловких моментов, которые Тим переживал вместе с ней. Он с удивлением обнаружил, что она увлеклась живописью. Она даже предложила показать ему фотографии своих работ, некоторые из которых, были выставлены в местной галерее.
Он был опечален, услышав подробности о смерти ее отца. Он был замечательным человеком и принял Тима в семью так же, как его родители приняли Донну. Он позволил ей говорить об этом, пока она, казалось, не закончила, затем они быстро перешли к другим темам. Очевидно, она все еще глубоко переживала потерю.
Некоторое время они шли вдоль ручья, ничего не говоря, но наслаждаясь обществом друг друга. Наконец, он почувствовал необходимость задать вопрос, который не давал ему покоя.
— Донна, была ли какая-то причина, по которой ты не захотела пойти со мной вчера вечером?
Она отвела взгляд, но ответила без колебаний.
— Я просто не была готова снова увидеть Пита и Тришу. Мне жаль, но я знаю, что они, должно быть, ненавидят меня. Это было слишком - встретиться с ними так скоро после субботы.
Тим поклялся себе, досадуя на то, что не видел чего-то столь очевидного. Она пришла сюда, зная, что любой, кого она увидит, вспомнит ее как "суку, которая обидела Тима".
— Донна, мне жаль, я должен был понять, как неуютно ты будешь себя чувствовать рядом с ними. Ты должна знать, я говорил с ними обоими, и они бы не...
— Что? — перебила она. — Они не были бы грубы со мной? Я знаю, что у них обоих слишком много класса для этого. Я бы все равно знала, о чем они думают.
Она подошла к ручью, бросила травинку в воду и смотрела, как она легко уплывает.
— Это не имеет значения. Я должна увидеть их, прежде чем вернуться. — Заметив его растерянное выражение лица, она добавила: — Ты не единственный, перед кем я должна извиниться.
Тим не понял, но решил, что после своего предыдущего промаха, он не хочет нагнетать обстановку. В ней еще многое оставалось загадкой, но вечер был таким приятным, что он хотел насладиться им, не раздумывая.
Ему было удивительно видеть, как сильно она изменилась, и насколько по-другому они общались, чем в колледже. Тим с некоторой грустью осознал, что той девушки, с которой он встречался и которую любил в колледже, больше нет. Он был ошеломлен тем, как сильно эта мысль беспокоила его, несмотря на то, что он считал, что уже давно живет дальше.
И все же, рассудил он, возможно, это поможет ему не дать новой дружбе, запутаться в старых чувствах.
Они встретились на следующий вечер, потом на следующий. В воскресенье днем, они провели весь день в доме Тима, наслаждаясь бассейном, а потом смотрели кино. Донна приготовила ему ужин, поразив его своим мастерством.
В конце вечера, она импульсивно поцеловала его в щеку. Когда Тим смотрел, как она идет к своей машине, он погладил свое лицо, согретый этим жестом. Хотя увлечение его юности прошло, несомненно, красивая женщина, садящаяся в машину, все еще оказывала на него сильное влияние. Он не знал, что именно ему делать, но воспоминание о том, как она прикоснулась губами к его щеке, вызвало неосознанную улыбку. Он понял, что впервые с тех пор, как она вернулась, он не чувствовал необходимости обсуждать ее действия или свою реакцию.
~~~~~
— Пит примет тебя через секунду, — сообщила Ронда Тиму. Она бросила на него странный взгляд, затем улыбнулась. — Что с тобой сегодня?
Он пожал плечами, чувствуя себя растерянным.
— Ничего, а что?
Она на мгновение замолчала, собираясь что-то сказать, но потом передумала и вернулась к работе.
Весь день для Тима был необычным. Он продолжал получать загадочные комментарии от своих коллег и улыбки, которые заставляли его думать, что он пропустил какую-то внутреннюю шутку. Такие вещи обычно раздражали его, но по какой-то причине, которая от него ускользала, это казалось не настолько важным, чтобы беспокоиться об этом.
Пит открыл свою дверь и помахал ему рукой.
— Так ты закончил новый анализ, над которым работал? — спросил он, когда Тим передал ему папку, а затем сел.
— Да, он здесь. Я думаю, мы сможем внести коррективы, не прибегая к серьезным изменениям. Нам нужно, чтобы группа проверила спецификации, но я уверен, что все получится.
— Ну, я все жду, что ты ошибешься, но я уже давно перестал задерживать дыхание, — ухмыльнулся он. — Теперь перейдем к более серьезному вопросу. Я получаю жалобы на тебя весь день.
— А? — потрясенно ответил Тим. Он быстро перебрал в уме все, что произошло необычного, но ничего не нашел. — Что я сделал?
Пит окинул его суровым взглядом.
— Ты всех достал своим новым поведением. — Дав своему молодому другу немного поерзать, он широко улыбнулся. — Люди могут только терпеть, когда ты ходишь по воздуху. Это подрывает моральный дух.
— О чем ты говоришь? — спросил Тим.
— Что, черт возьми, произошло в эти выходные? Я давно тебя таким не видел, — сказал он, наслаждаясь дискомфортом молодого человека.
— Ничего не случилось. Я не делаю ничего такого, что отличалось бы от любого другого дня. Никто ведь ничего не сказал, правда? Ты просто издеваешься надо мной.
Пит покачал головой и откинулся в кресле.
— Меня уже, как минимум, десять человек спросили, что с тобой сегодня происходит. Ты даже не понимаешь, что делаешь, да? — Он перестал смеяться, и его взгляд стал более искренним. — Что бы это ни было, я рад.
Тим вышел из кабинета только для того, чтобы увидеть хихикающую Ронду. Он покраснел, когда понял, что она сделала пальцами "викторию".
~~~~
Во вторник, Донна снова пришла в дом, где они говорили об ужине в среду вечером с Питом и Триш. На этот раз, она предложила поужинать с Тимом, но он сказал ей, что будет лучше, если в тот уик-энд все пойдут вместе. После того, что случилось раньше, он хотел быть уверенным, что сможет создать ситуацию, в которой ей будет наиболее комфортно.
Когда она согласилась, Тим удивился защитным инстинктам, которые он испытывал по отношению к женщине, к которой всего две недели назад, относился с такой враждебностью. Он понял, что становится все легче отпустить гнев и недоверие. Он также понял, что это помогает ему чувствовать, что он возвращает контроль над своей личной жизнью, и это было приятно.
В субботу вечером, Тим планировал заехать за ней, а затем вместе пойти на ужин. Однако Донна позвонила около 5:00 и спросила, не встретится ли он с ней там. Он уже собирался спросить, почему, когда она попросила его приехать немного позже.
— Почему ты хочешь, чтобы я опоздал?
— Я хочу поговорить с Питом и Тришей одна. Это то, что мне нужно сделать, прежде чем мы сядем вместе, — решительно сказала она.
— Донна, в этом нет необходимости. Ты им ничего не должна. Я уже сказал им, что между нами все в порядке. — Тим сделал паузу, поняв по ее тону, что ее решение принято. — Я должен, хотя бы, быть там с тобой.
— Тим, — вздохнула она, — твои друзья пригласили меня в свою жизнь, когда мы были вместе. Они мне очень понравились, и они относились ко мне как к родной. Очень важно, чтобы я прояснила с ними ситуацию. Мне нужно сделать это и оставить все позади.
Тим не мог понять ее доводов, но спорить было бессмысленно. Он пришел, когда она попросила, и направился к бару, одновременно сканируя зал в их поисках. Все трое расположились в кабинке в дальнем конце ресторана, но Донна вела большую часть разговора. Странно было то, что Пит, казалось, смотрел на нее с сочувствием, и Тим мог поклясться, что Триша выглядела так, будто вот-вот заплачет. Он задавался вопросом, что именно она могла сказать, чтобы вызвать такую реакцию.
Что бы ни происходило, все еще было очевидно, поэтому он заказал пиво, пока ждал. Когда он повернулся к их столику, Триша и Донна уже встали и обнимались. Тим завороженно наблюдал, как они закончили и Донна пошла в сторону дамской комнаты.
Он решил, что сейчас самое время поздороваться, поэтому взял свой напиток и направился к их столику. Триша увидела его первой и встала, обнимая его.
— И что же произошло? — спросил он. — Похоже, здесь было довольно напряженно.
Они неловко посмотрели друг на друга, затем заговорил Пит.
— Мы просто наверстывали упущенное. Спроси Донну позже.
Тим слегка кивнул головой, подтверждая сказанное, затем взял меню.
Как только он положил его на стол, Донна вернулась к ним. Тим обнял ее, позволил ей задержаться на несколько секунд и даже слегка покачал ее, зная, что разговор, должно быть, был очень тяжелым для нее.
Он почувствовал, как она прижалась чуть крепче, и прошептала:
— Спасибо.
Тим удивился тому, как легко, казалось, они могли интерпретировать мысли друг друга, за последние несколько дней.
Остаток вечера они смеялись над тем, что произошло за последний год, обычно за счет Тима. По крайней мере, Пит обязательно отмечал, как далеко он продвинулся на работе и какое уважение там заслужил.
Тим заметил, что Донна часто улыбалась, похоже, впечатленная добрыми словами Пита, и даже несколько раз ободряюще сжимала его руку. Остальная часть ужина, прошла без заминок. После этого они пошли танцевать, где он, наконец, смог открыть свой "сюрприз".
— Вау, — изумилась она, сойдя с танцпола после нескольких песен. — Ты стал намного лучше!
Тим светился от гордости, рассказывая об уроках, которые он брал. Он решил не признаваться, что это было предложение Триши после того, как однажды вечером, она увидела его неуклюжие попытки, когда они все пошли гулять. На следующий день, она пришла на работу с открыткой из местной танцевальной академии, где она уже купила для него месяц занятий.
Хотя это было немного неловко, он понимал, что она сделала это потому, что ей не все равно, поэтому ходил на уроки с минимальным ворчанием. Он нашел их очень приятными и продолжил, хотя у него не было возможности использовать свои новообретенные навыки, кроме как с Тришей, когда они все выходили в свет.
Когда группа заиграла одну из его любимых песен Стиви Уандера, Тим попытался вытащить Донну обратно на танцпол, но она отмахнулась, сказав, что ей нужно отдохнуть. Она повернулась к Трише и настояла на том, чтобы она потанцевала с ним. Взрослая женщина с радостью согласилась и последовала за ним на танцпол, где люди освободили для них место.
Триша была красивой женщиной и замечательной танцовщицей, поэтому они быстро оказались в центре внимания. Когда песня закончилась, казалось, что двум друзьям хлопали столько же людей, сколько и группе. Они тут же перешли к медленному танцу, и она притянула его к себе.
Она была примерно с Тима ростом, поэтому он прислонился щекой к ее щеке и начал раскачиваться в такт. Посмотрев на Донну, он увидел, что она продолжает разговаривать с Питом, не сводя с него глаз. Она восторженно улыбалась, и Тим не мог не ответить ей тем же. Он почувствовал, как Триша повернулась, чтобы посмотреть, на что он смотрит, а затем снова прижалась к нему.
— Ты ведь знаешь, что она без ума от тебя? — прошептала она.
Это чуть не привело к срыву ритма на танцполе, так как он внезапно забыл, как двигать ногами. Триша снова заставила его начать, и он попытался выглядеть бесстрастным, глядя ей в глаза.
— Это просто смешно. Мы даже не знаем больше друг друга.
Он задался вопросом, звучат ли его слова более убедительно, чем он чувствовал.
Она медленно покачала головой, на ее лице появилось озадаченное выражение.
— Ты не можешь быть настолько слепым.
Тим оглянулся на Донну, которая отвернулась, разговаривая с Питом. Он не мог не заметить, как платье, которое она надела, облегало ее тело. Ее длинные черные волосы каскадом ниспадали на плечи, составляя прекрасный контраст со светлой кожей. Она покачала головой, смеясь над какой-то их личной шуткой. Ее грация поразила его. Он помнил ее еще со студенческой скамьи, но сейчас чувствовал, насколько она изящна.
Это напомнило ему ночь у бассейна. Как тени играли на ее фигуре, как элегантно она двигалась, как напрягались ее гладкие мышцы, когда она шла к бассейну...
Триша снова наклонилась к нему:
— Это для нее или мне нужно поговорить с мужем.
Тим с ужасом осознал, что у него сейчас неприятная эрекция и ему некуда спрятаться.
— Триша, мне так жаль, — начал извиняться он.
— Не беспокойся об этом, Тигр, — усмехнулась она. — Это будет нашим маленьким секретом.
Она быстро посмотрела вниз:
— Ну, может быть, не таким уж маленьким.
В этот момент, Тим был ярко-красным от смущения и искал нору, чтобы заползти в нее.
— Просто подумай о том, что там сидит мой муж и что он сделает с тобой, если узнает - это должно помочь.
Тим засмеялся от этой мысли и сумел взять себя в руки. Когда песня закончилась, они ушли с танцпола. Пит и Донна смотрели на него с любопытством. Прежде чем он успел вымолвить слово, Триша пришла на помощь.
Она пожала плечами.
— Я сказала ему, что если он не перестанет так танцевать, то мне придется попросить Пита пойти домой без меня.
Она подмигнула мужу, а затем снова повернулась к Тиму. Он благодарно посмотрел на нее и попытался сразу же сменить тему.
Весь остаток ночи, Тим не мог перестать думать о том, что сказала Триша. Конечно, часть его души, была рада снова оказаться рядом с Донной. Она была красивой женщиной, и с ней у него было связано множество замечательных воспоминаний. В то же время, если отбросить ужасный разрыв, он едва знал эту женщину. Она так сильно изменилась, как он мог быть в чем-то уверен?
Спустя еще час, они все решили отправиться домой. Триша обняла Тима и чмокнула в щеку. Он неловко отстранился, все еще чувствуя себя пристыженным из-за своей прежней неосмотрительности. Она одарила его знающей улыбкой, а затем перешла к Донне. Они обнялись и тихо разговаривали, пока они с Питом прощались.
Они сели в свою машину и уехали, оставив молодую пару прощаться наедине. Тим проводил Донну до ее машины, где она крепко обняла его, а затем быстро поцеловала в щеку.
— Я прекрасно провела время сегодня вечером, — тихо сказала она. — Спасибо.
Ее глаза встретились с его.
— Ты замечательный человек. — Она прижалась головой к его груди.
Слова Триши звенели у него в ушах, и он не знал, что сказать. Он обманывал себя в течение недели и знал это. Теперь он задавался вопросом, был ли он настолько прозрачен для всех. Наконец он понял, что должен рискнуть.
— Не хочешь пойти, куда-нибудь, выпить на ночь? — неуверенно спросил он.
Она подождала несколько мгновений, прежде чем ответить.
— Я немного устала, может быть, мы займемся чем-нибудь завтра?
На ее лице было умоляющее выражение. Тим не был уверен, почему она хочет закончить вечер сейчас, но решил, что дополнительная ночь, чтобы все обдумать, может быть как раз тем, что нужно и ему.
— Конечно. Почему бы мне не позвонить тебе после полудня, и тогда мы что-нибудь придумаем.
На ее лице появилось неловкое выражение.
— Мне нужно кое-что сделать с утра пораньше, можно я позвоню тебе, когда вернусь? Это должно быть не позже четырех часов.
Что-то в этом взгляде беспокоило его, но ночь была настолько прекрасной, что он не мог заставить себя спросить.
— Просто позвони мне, когда закончишь. У меня нет никаких планов на день. Если я уйду, мой мобильный будет включен.
Они еще раз быстро обнялись, затем Тим смотрел, как она садится в машину и уезжает. Он устало покачал головой, понимая, что ему предстоит долгая ночь размышлений. Даже если Триша была права, разве это что-то меняло? Как бы он ни старался отгородиться от воспоминаний об их разговоре, действительно ли он начал заботиться об этой Донне, или это просто остатки эмоций из прошлого? Стоило ли так рисковать с единственной женщиной, которая, как он знал, может причинить ему боль?
Забираясь в машину, он подумал о том, как наблюдал за Донной с танцпола, и без сомнения понял, что так оно и есть.
~~~~~
— Прости, но на этот раз ты ошибаешься, — прорычал Тим, явно расстроенный.
Триша одарила его знающей улыбкой:
— Разве ты еще не понял, что я никогда не ошибаюсь.
— Я могу за это поручиться, — с энтузиазмом согласился Пит. — Прошло уже одиннадцать лет, а я все еще жду, когда выиграю свой первый бой.
Они разделили смех, пока пара пыталась поднять его настроение. В отличие от предыдущей недели, последние три дня, не были для Тима чудесными. Хотя он видел Донну каждый день, чувство оптимизма и радости, казалось, исчезло. Он пришел к выводу, что в субботу все между ними закончится. Триша была не согласна и, как обычно, не постеснялась поделиться своим мнением.
— Если хочешь знать мое мнение, вы оба напуганы до смерти. — Он бросил на нее раздраженный взгляд, который она проигнорировала. — Вы оба знаете, что она уезжает, но ни один из вас не хочет быть тем, кто сделает шаг вперед и сделает что-нибудь для этого.
Тим чувствовал, что его раздражение нарастает, но знал, что лучше не показывать этого.
— Так что за взгляды она бросала на меня или какие тайные поручения выполняла? Я уверен, что она что-то скрывает.
Они оба сочувственно посмотрели на него. Наконец Пит заговорил.
— А что, если она ничего не скрывает? Может, она просто боится, как сказала Триша. Если бы ты знал, что ты ей нравишься, что бы ты с этим сделал?
— Что ты предлагаешь? Пригласить ее на свидание? На сколько, на три дня? Она возвращается домой в воскресенье, за тысячу миль отсюда.
Пит с чеширской ухмылкой посмотрел на Тима.
— Ты так и не научился мыслить нестандартно, да?
~~~~~
В четверг вечером, Тиму пришлось работать сверхурочно, чтобы закончить диагностику нового испытательного оборудования, которое должно было быть готово к производству в следующий понедельник. Это было невероятно важно, и ему пришлось позвонить Донне и отменить их планы. Пит и Триша пригласили ее к себе домой, чтобы она не сидела одна в номере мотеля.
Тим оценил этот жест и надеялся, что его друзья смогут немного узнать о ее настроении. Хотя он попросил их не лезть не в свое дело, если Донна расскажет что-то, о чем он должен знать, прежде чем выставлять себя на посмешище, это будет честной игрой.
В пятницу вечером, он пригласил ее в новый ресторан, который, по словам Пита, был самым романтичным в городе. Учитывая, как неловко все происходило всю неделю, Тим знал, что ему предстоит проделать большую работу, чтобы привести ее в нужное настроение и заставить хотя бы рассмотреть его предложение. Он знал, что еще слишком рано, но, похоже, других вариантов не было.
Когда он приехал в мотель, совет Пита стал казаться более дальновидным. Донна была одета в потрясающее красное вечернее платье, с подходящей шалью. Платье доходило ей чуть ниже колен, а верхняя часть демонстрировала достаточное декольте, что исключало всякие сомнения в том, что на уме у нее только дружба. Он вдруг почувствовал, что одет на удивление плохо.
— Вау, — только и смог произнести Тим.
Она улыбнулась его искренней реакции и наклонилась вперед, чтобы поцеловать его в щеку.
— Я просто хотела немного принарядиться для тебя, надеюсь, ты не возражаешь.
Тим с трудом подбирал слова, чтобы адекватно выразить свое восхищение ею. Донна всегда была очень привлекательной женщиной. Даже крошечные недостатки, казалось, добавляли очаровательный элемент в ее внешность. Она была похожа на девушку с соседней улицы, что, по его мнению, делало ее невероятно красивой. Сегодняшний вечер был особенным, потому что она выглядела великолепно по любым стандартам.
Они без промедления отправились в ресторан. К радости Тима, разговор был гораздо более непринужденным и веселым, чем на той неделе. Он обнаружил, что забыл обо всем, кроме наслаждения ею. Донна, казалось, была рада сделать то же самое.
Затем он пригласил ее на танцы. Они прекрасно провели время, и он начал чувствовать себя более спокойно, в отношении своего решения. На самом деле казалось, что она может быть склонна сказать "да", как настаивали его друзья. Он надеялся на это. Впервые за все время, сколько он себя помнил, Тим мог представить себя в настоящих отношениях. Это все еще казалось ему опасным, учитывая их историю и ее внезапное появление, но каждый его инстинкт кричал, что стоит рискнуть.
Около одиннадцати они вышли из клуба и спокойно доехали до отеля. Когда они добрались до отеля, она пригласила его в свой номер. Тим последовал за ней внутрь и тут же пожалел, что не поехал к себе домой, где он мог бы успокоить свои нервы парой крепких напитков.
— Донна, последние пару недель, были для меня очень неожиданными, — начал он. — Когда ты приехала, я все еще был очень зол из-за того, что произошло в колледже. С тех пор, я начал чувствовать себя по-другому.
Она подняла руку.
— Остановись, Тим, пожалуйста, не говори больше. — Прежде чем он успел отреагировать, она встала. — Прежде чем ты скажешь что-нибудь еще, я должна тебе кое-что сказать.
— Что? — простонал он, размышляя, действительно ли Триша была не права.
Она посмотрела ему в глаза, выглядя невероятно противоречивой.
— Я никогда не верила, что ты будешь так добр ко мне после всего, что произошло. — Она остановилась и начала яростно тереть руки. — Все так сложно, — простонала она.
— Я не думала, что ты сможешь снова относиться ко мне как к другу, и я не хочу ничего делать, чтобы разрушить это. Есть кое-что, что я должна тебе сказать, и я боюсь, что это может все изменить. — Снова опустив взгляд в пол, она продолжила. — Я появилась в твоем доме не просто так.
Дискомфорт в его внутренностях быстро нарастал, и Тим начал представлять себе всевозможные тревожные сценарии.
— Тогда зачем ты пришла?
— Меня пригласили, — тихо сказала она.
— Кто? — потребовал он, его гнев разгорался.
Она тихо ответила, вернув взгляд к его глазам:
— Твоя мать.
Потребовалась секунда, чтобы это замечание дошло до сознания, затем Тим потянулся к кровати, колени подкосились.
— Почему... как... что, черт возьми, происходит? — наконец прошептал он.
— Я не могу тебе сказать. — Она увидела его напряженную реакцию и быстро добавила: — Я обещала, что позволю ей поговорить с тобой об этом. Мне очень жаль, но я ни за что не нарушу это обещание.
Ее голос дрожал, и он мог сказать, что она была на грани слез.
Посмотрев на нее, чтобы оценить ее искренность, Тим не увидел ничего, кроме женщины, о которой он начал заботиться, снова испытывающей сильную боль, оказавшейся между предательством доверия и риском возмущения. Его первоначальным инстинктом был гнев, но чем больше он пытался сосредоточиться на ее откровении, тем яснее становилась абсурдность ситуации.
Донна опустила глаза, приготовившись к какому-то взрыву. Когда он наконец произошел, это было совсем не то, чего она ожидала.
Она вскинула голову от неожиданности: Тим пытался сдержать смех, его дыхание вырывалось между губ в виде полуплюющегося, полушипящего звука. Он увидел, как ее глаза расширились, а слезы на его глазах не позволили ничего разглядеть. Тогда он сдался и разразился громким, полным, раздирающим нутро смехом, который не позволял ему думать ни о чем, кроме того, что ему было трудно дышать.
— Это не смешно, — напрасно протестовала она. Донна топнула ногой и положила руки на бедра в возмущенной позе, затем повторила: — Тим, это не смешно!
Через несколько секунд, он вытер слезы с глаз и увидел, что она изо всех сил пытается сохранить самообладание.
По ее лицу поползла ухмылка, затем он услышал, как она фыркает, пытаясь прочистить нос. Наконец, звук ее тихого смеха присоединился к его смеху, и он упал обратно на кровать, закрыв лицо руками, пытаясь найти способ остановиться.
Через минуту ему удалось взять себя в руки настолько, чтобы начать понимать ситуацию. Донна теперь сидела на кровати рядом с ним, открыто смеясь и держась за бока. Казалось, это было разрядкой от напряжения, которое она испытывала из-за своего секрета и его реакции.
— Это дело рук моей матери, да? И как, черт возьми, ты убедила ее поговорить с тобой? Насколько я слышал, она была не самой большой твоей поклонницей.
Донна вытерла глаза тыльной стороной ладони, его заявление, наконец-то, разрушило чары, под которыми они, казалось, находились.
— Я уже сказала, что не могу тебе сказать. Пожалуйста, не спрашивай меня, мне и так плохо.
Она издала звук, как будто прочищала горло, затем снова разразилась смехом, ирония ее заявления, заставила их обоих снова потерять контроль над собой.
Когда они успокоились, Тим наклонился и поцеловал ее в щеку, пытаясь заверить ее, что он не сердится.
— Так вот почему ты вела себя не как обычно, в последние несколько дней?
Она сокрушенно кивнула.
— Все начинало развиваться слишком быстро, и я не хотела, чтобы между нами оставались секреты. Ты был так великодушен в своем отношении ко мне. Я не сделаю ничего такого, что может снова причинить тебе боль. Я не думала, что ты воспримешь это так, — закончила она с недоуменным, но облегченным выражением лица.
— Я поговорю с ней завтра, а потом мы с тобой закончим этот разговор, ты меня поняла? — потребовал он, стараясь звучать авторитетно.
Это казалось бессмысленным, учитывая разговор, который ожидал его утром. <
Павел пишет:
Хороший рассказ. И мальчика хорошо солдат завафлил. Меня бы так.Оскар Даша пишет:
Люблю, когда меня используют мужчины для удовлетворения как "девушку"... В обычной жизни выгляжу обычным парнем с тонкой фигурой. Любовники говорят, что моя попа симпатичнее, чем у многих женщин и сосу лучше всех ;)monkey пишет:
Хотелось бы носить такой пояс рабаsoska10lll пишет:
Класс.🎉🎉 Первый раз я в лагере у Саши стал сосать член. Мне член его нравился толстый и длинный. Саша все хотел мою попу на член. Но я сосал . При встрече через два года на этапе Саша узнал меня и сказал что я соска . Он первый меня имел. Сначала я у него отослал. Потом он поставил меня раком и ...1 пишет:
Как будто одноклеточное писало...фетиш пишет:
Как пахнут трусики твоей девушки, ее сестры и Наташи? Запах сильный или слабый? Какой вкус у ваших выделений? Какая грудь, размер, форма? Какого размера и цвета твои соски? Какие у них киски?Мики пишет:
Рассказ мне понравился но он очень короткий ,только начинаеш проникнуть в нём как уже заканчиваеться . А мои первыи кунилингус ,я сделал жене ,у неё тоже был первыи ,и жена даже не знала про кунилингусе . Инициатором был я ,это произошло на месяц после свадбы ,я даже не предупредил жену об этом ...Mihail пишет:
Ну правда сказать рассказ совсем не понравилься ,извините за мой выражений ,но я всётаки скажу ,эту суку жену мало убивать если не любиш своего мужика разводись сним и наиди себе другого ,не надо развратить мужа и издиваться и унежать его так ,из хорошеного парня сделала тряпочку ,наиди себе ...Mihail пишет:
Мне очень понравилься рассказ ,я медлено прочитал веси рассказ как послушныи малчик ,а ведь у меня уже 57 лет ,но у меня ерекция ,как у молодого парня ,и не впускаю сперму быстро ,могу секс делать с тремя женщинами один чяс без проблем ,но у меня есть одно проблема ,вернее у жены есть, она совсем ...Mihail пишет:
Мне понравился расказ ,сколько бы небыло бы им хорошо но я дуиаю ,что не надо любимому человеку изменять,потомушто измениш перед свадьбои сёравно считаеться что она своего парня сразу же сделала его рогоносецом .PaulaFox пишет:
КлассКсения пишет:
Интересно.я тоже люблю походит голенькой по даче, а так же в общественных местах, надев на себя тоненькие прозрачное платье или в мини юбке, конечно же без трусиков и под ручку с мужем. Стати к этому муж меня и приучил за, что я ему и благодарна!