Банковская карточка

Банковская карточка, поблёскивая рельефными буковками, лежала на грязном полу продуктового магазина. Возле самой кассы. Там то её и заметил Никитич, местный выпивоха. Нагнувшись, зацепив карточку узловатыми пальцами, мужчина засунул её в карман своих явно не свежих брюк.

Расплатившись ворохом смятых бумажек за бутылку водки и батон белого, мужичок, чуть покачивающейся походкой, двинулся к двери магазинчика.

— Извините, вы тут банковскую карточку не находили? — долетел до него тонкий девичий голосок.

Девушка металась по залу, подбегая к каждому, замеченному ею, покупателю, с надеждой заглядывала в глаза, и спрашивала, спрашивала...

— Извините, вы карточку банковскую не находили? — девчонка несмело обратилась к Никитичу, не решаясь подойти поближе.

— Может и находил — протянул Никитич, чуть сощурившись, с интересом разглядывая девушку.

Худенькая, бледная фигурка, лёгкое белое платьице, босоножки на ногах. Голубые глаза настороженно смотрят из-под густых, каштановых волос. Рука полезла в сумочку, вытаскивая купюру в сто рублей.

— Вот возьмите, это вам — тонкая рука протянула Никитичу бумажку.

— Выйдем на улицу — буркнул мужчина, перекладываю авоську в левую руку.

На улице ярко светило солнце. Никитич остановился на ступеньках магазина, подняв лицо к небу.

— Понимаете, там вся моя зарплата — затараторила девушка, — Мне до следующего месяца жить, у меня мама больная...

— Вот, всё что есть — к сотенной купюре девушка прибавила мятую бумажку в пятьдесят, и с мольбой протянула мужчине.

Ещё раз оглядев девушку, Никитич бросил быстрый взгляд на деньги.

— Пойдём — он мотнул головой, неспешно спускаясь со ступенек.

Чуть постояв, девушка двинулась следом за ним.

— Да отдам я тебе карточку, не переживай — Никитич чуть помахивал авоськой, поглядывая по сторонам.

— Вон, пойдём за дом — мужчина направился в глухую подворотню.

— Зачём? — удивилась девушка, смахнув с глаз подступающие слёзы, семеня за странным человеком.

Парочка остановилась возле стены кирпичного дома, от оживлённой улицы её отделяли густые кусты, здесь было достаточно тихо и безлюдно.

— Вся зарплата, говоришь? И мама больная? — Никитич вынул из кармана брюк банковскую карту, поиграв ею в руке.

— Да, вся — произнесла тихо девушка, протягивая руку.

— Да не нужны мне твои деньги, мне пенсии хватает — мужчина убрал карточку в карман брюк.

— А вот такой девушки красивой я давно уже не видал — Никитич совсем уж странно взглянул на девушку.

Девушка потупилась, теребя обеими руками ручку сумочки.

— Покажи коленки — эти два слова, казалось, заставили замолчать всех птиц в окрестных деревьях.

— Ч-что? — запинаясь, ответила девушка, чувствую, как её щёки покрывает густая краснота.

— Просто приподними платьице и покажи коленки — чуть тише повторил мужчина.

Казалось, что прошло несколько минут, а не несколько секунд, перед тем, как девушка дрожащими руками приподняла полы платья, оголяя круглые, ровные колени.

— Подними чуть повыше... — попросил мужик, ставя свою авоську на землю.

Девушка, борясь со слезами, приподняла полы платья до верха бёдер, оголяя белые трусики. Под белой тканью явственно угадывался пышный кустик лобковых волос, ровно заканчивающийся по границе белой ткани.

Никитич покрылся испариной, ему, вдруг, стало неожиданно жарко и душно. Уже много лет он не видывал ничего подобного, по крайней мере, вживую.

— Оттяни трусы — хрипло прошептал шантажист, засовывая правую руку под ремень своих брюк.

Слёзы брызнули из глаз несчастной девицы. Держа подол платья правой рукой, левой она резко оттянула белую ткань трусиков, обнажив густой кустик чёрных лобковых волос. Никитич хрипел, неистово двигая рукой, запущенной в штаны.

— Держи, держи так — шептал он, подрагивая всем телом.

Девушка плакала в голос, тело её сотрясала дрожь. Никитич в последний раз дёрнулся, замер и выдохнул. Вынул руку, взмахнул её, стряхивая на землю вязкие капли, достал из кармана банковскую карточку, нагнулся и положил её на землю перед ногами девушки, ещё раз скользнув взглядом по такой притягательной чёрной «рощице».

Распрямился, бросил взгляд на пятно на брюках, крякнул, подхватил авоську и пошёл себе домой, продираясь через кусты.

Дрожащей рукой девушка поправила трусики, опустила полы платья, плача, опустилась по кирпичной стене, закрыла лицо ладонями и горько, громко зарыдала...

Банковская карточка так и лежала в пыли, возле самых её ног.