Блядь ненаглядная. часть 8

Глава 8

СУББОТА

Спит Димка, прямо в одежде, в ботинках грязных, в куртке мокрой. На чистой белой простыне спит, на кушетке. Ничего во сне не видит, не слышит. Провал черный.

Ан нет, в провале картинки ему показывают, цветные, яркие.

Крутит ему неизвестный киномеханик воспоминания о дне вчерашнем. И вспоминает Димка...

* * *

Денису повезло...

Повезло невероятно:

сторож нашелся. Почти трезвый, с мобильником. Почти трезвый сторож с мобильником в пятницу вечером. Это ли не везение. Выхватил у него Димка мобильник из рук, объяснять долго, позвонил сам. Но адрес не знает, все равно сторожу мобилу отдать пришлось. Назвал сторож адрес и только потом смотреть пошел, что же стряслось на его объекте.

Повезло сказочно:

"Скорая" приехала через три минуты. Очевидно, где-то рядом вызов был, вот они и примчались. Еще десять минут автоген искали, включали да арматурину резали. Не решился врач - скорой" прут на месте вынимать.

Так с железкой и загрузили мальчишку в машину. Вслед за ним Димка втиснулся, братом назвавшись. С языка само сорвалось, от головы отдельно. Брат и брат, сиди только тихо, не мешай.

Димка тихо сидел, дышал через раз, только в Денискино бледное лицо смотрел, не отрываясь.

Вот она какая, смерть...

Впрочем, что это мы заладили: "смерть, смерть..." Никто и не собирался умирать.

Ведь Дениске

Повезло фантастически:

Прут прошил его тело так, словно сделал это хирург высочайшей квалификации. Который готовил самому себе пациента, чтобы потом было меньше возни.

Ржавый металлический штырь прошел так аккуратно, что не задел ни почку, ни печень, ни легкое. Не задел позвоночник, не повредил ничего жизненноважного. Правда, потерял Дениска много крови, давление упало до критического. Но попал он сравнительно быстро в реанимацию и взялись за него замечательные врачи. Семь часов шла операция. Димка медсестре телефон Денискин сказал, она родителей вызвала. Потом он с автомата дяде Игорю позвонил.

Так и сидели всю ночь рядышком, на кушетке, Денискины папа с мамой, дядя Игорь и Димка. Ждали, чем дело кончится.

Мимо медсестры бегали, врачи ходили, тележки возили. На них никто не обращал внимания особого, никто их из больницы не гнал.

Наконец, часов в одинадцать, подошел к ним врач, в халате темно-зеленом. Успокоил, все обошлось, спит Дениска, под наркозом.

Отлегло у Димки от сердца, даже куснул бутерброд, что дядя Игорь на скорую руку сделал перед тем, как в больницу отправиться.

А потом что-то в голове Димкиной щелкнуло и отключился он. Слишком много волнений пережил, не выдержал.

Проснулся только утром, в комнатке небольшой, белой, на кушетке. Рядом на стуле дядя Игорь, спит. Не стал его Димка будить, встал потихоньку, к выходу прокрался. Вышел в коридор. Там стены светло-зеленые, крашеные. Пусто, тихо. На часах больших круглых, под потолком, пять часов. Утра, вечера, не знает Димка. Наверное утро все же.

Ходит он по коридору, на дежурную медсестру наткнулся, она его строго отчитала. В грязной одежде по больнице бродить не положено. Он рассказал в двух словах про Дениску. Смягчилось у медсестры молоденькой лицо, отвела она Димку в ординаторскую, куртку сняла и халат дала.

Хоть и не положено, но уж очень Димка просит на Дениса посмотреть, хоть в щелочку. Пойдем, что с тобой делать.

Прямо по коридору, через дверь металлическую плотную. Приоткрыла медсестра дверь, вот он, гляди...

Серое на белом... Серое лицо безжизненное на белой подушке. И разноцветные провода да шланги по всему телу. И приборы всякие лампочками мигают, переливаются, гудят тихонько.

Картина... Хоть сейчас в Третьяковку или Эрмитаж...

Так Димке тоскливо стало, так захотелось ему вместо Дениса на кровати этой оказаться, что и стоять сил не осталось, ноги подкосились.

Если б медсестричка за локоть не придерживала, упал бы прямо тут, под дверью.

Увидела она, как побледнел Димка, потащила прочь, в ту комнатку, к дяде Игорю. Дала нашатыря на ватке, под нос. Сразу в голове прояснение.

Дядя Игорь его обнял, прижал не очень крепко. Тут-то Димка и разревелся, словно малыш-трехлетка. Со слезами горе из души смывает.

Ведь как ни поверни, а обошлось. Мимо беда прошла на этот раз. Поправится Дениска. И снова будут они вместе. И никогда больше в жизни не поссорятся. А там, глядишь, и любовь придет. Потому как без нее, без любви, человек жить не может. Не должен...

* * *

ЭПИЛОГ

Бросились родители Серого перед военкомом на колени, сунули под томик Устава конверт толстый. И ушел Серый не в колонию, как надо было бы, а в стройбат, на полгода раньше срока положенного, свинарники да коровники возводить...