Цена выбора. часть 5

- Ну вот, теперь ты совсем красивая.

И от этих слов или от всего, что с ней здесь делали, Тету начинает трясти. Только теперь она понимает, как дрожит и вибрирует ее тело, как горит огнем все внутри, как полыхают груди и низ живота, как надо ей немедленно, сейчас, на всю длину. Она смотрит с надеждой, но нет, Андрей спокойно вставляет ремень в брюки и совсем не собирается их расстегивать.

Ну, пожалуйста, ну, пожалуйста, пожалуйста. Вставь, вдуй, засади, трахни, выеби. Это же нельзя терпеть. Еще немного и она завопит в голос. Но ведь нельзя в голос, невозможно такое в голос. Ну, хоть кто-нибудь, ведь я красивая. Ну, хотите, я вам всем буду сосать, только трахните хоть кто-нибудь. Но нет.

- Светик, распакуй подружку.

И уже Светик ведет ее на подламывающихся ногах назад к себе. Половинки джинсов приходится держать руками и придерживать, пытаясь прикрыть низ живота. Людей почти нет, а те, кто все же встречается, не обращают на двух девушек никакого внимания.

- Потерпи чуть - уговаривает Светик. - Дойдем, я тебе свой вибратор дам. Только быстренько, всего три часа осталось.

Светик хорошо понимала, что сейчас несет Тета. Ей самой доставалось и так же и много тяжелей, и все равно, Тету ей было до боли жалко. Светик ведь знала, что там, на той стороне порок и пыток, а Тета этого еще не знала. И, когда они пришли, сунула ей свой супервибратор, подарок Вадима, в минуту научила им пользоваться и ждала до последнего, пока Тета раз за разом выпускала из себя мучительное желание.

- Андрей от тебя в восторге. - Светик цепляет на себя сложную сбрую из красных ремней, украшенных шитьем, надевает ошейник, сплетенный из колец. На ошейнике серебряные щитки с цифрой один.

- В восторге? Он же меня только мучил, даже не прикоснулся.

- Он по ножу супер. Он одним ножом может довести куда угодно, без единой царапины. А то, что он тебе кончить не дал - много милая хочешь. Он же вообще с женщинами не общается, одно то, что он тебя ощупывал, играл с тобою, порол чуть-чуть - конечно в восторге. Если бы ты ему не понравилась, он бы тебя Саше отдал. Тогда бы поняла, как мучат.

- А Саша, это кто?

- Саша его спутник. Андрей может и с женщиной иногда, а Саша женщин ненавидит. Он их только пытать любит. Причем почти по настоящему. Но порет - просто восторг.

- Порет? Разве это приятно? Я думала это просто терпеть надо.

- Третий пороть не очень хорошо умеет. У него другое есть. Он словами может так запутать и завести... . Почти колдун, но добрый. Был бы злым - превратил бы тебя в лягушку и квакала бы у него под ванной, сколько ему захочется Но он наоборот, из лягушек принцесс делает. А вот Саша... Если Андрей захочет, попросит его тебя выпороть. Саша это не любит, но он же спутник. И я слышала, когда уходили, Андрей сказал генералу - Повезло Лешке

Ты что, даже имя его не знаешь?

- Но он же Виктор. И он мне уже не хозяин. Он же меня отпустил, почти выгнал. Я может поэтому...

- Понятно, он даже имя тебе не назвал. Виктор - один из его псевдонимов. Он Алексей. А отпустил... Он не любит держать. Значит, почувствовал что-то в тебе. Он никого не выгоняет.

- Но он же один. И у него нет никаких спутников.

- Спутников - не знаю, может, и нет сейчас. У нас не все с постоянными спутниками. Да и к Драконам он без фанатизма, и вообще одиночка по характеру. А то, что он один, это смешно. У него всегда три-четыре женщины, влюбленные в него без памяти. То, что он тебя к себе взял - вообще чудо. Чем-то ты его зацепила. Он к себе мало кого так подпускает. Ладно, разговоры потом. Сейчас надо придумать, как тебя оформить, у тебя же нет ничего.

- А мне тоже ошейник дадут? - Светик посмотрела изумленно.

- Тебе? Ошейник? Ты, Принесенная, совсем ничего не понимаешь. Ошейник может дать только твой Хозяин, когда ты станешь его, телом и душою. А ты, вместо этого... А может и он в чем-то был неправ. Мне-то откуда знать.

И опять коридоры, спуск на лифте, туннель с редкими лампами... Тета в жутких розовых трикотажных трусах, поверх них черные колготы с цветами, и в топе Светика - чучело чучелом. Безобразие задрапировано простыней. Светик в синей накидке поверх сбруи. Тета попыталась было предложить что-то из своих вещей, не роскошных, но все же не таких уродливых, но на нее было цыкнуто и объяснено, что Светику лучше известно, как сейчас должно выглядеть.

Круг тоже разочаровал Тету. Комната Андрея с кроватью, увешанной цепями, и связками веревок на полу, выглядела куда впечатляюще. А здесь просто большой подвал с бетонными стенами и бетонными же столбами. Под потолком пучки грязных труб. Десяток ободранных дверей, неизвестно куда ведущих. Кое-где в стенах и колоннах кольца, а с труб свисают закрепленные цепи и какие-то палки и коромысла с кольцами. Странные штуки, вроде мебели, только непонятного назначения, никуда не ведущие лестницы. Пол, правда, затянут дорогим ковром и в двух местах приподнят, образуя нечто вроде подиума или небольшой сцены. На стенах светильники из грубого ржавого железа. И ни души. Вообще никого. Даже Светик, поставив Тету к одной из дверей и сказав, что ее позовут, убежала.

Но уже через несколько минут Тета начала чувствовать, насколько здесь все не так просто. Помещение ощутило давило. Бетонные стены рассказывали, как они тяжелы и жестки, как умеют вызывать безнадежность и отчаяние. Странные сооружения, похожие на мебель, давали понять, что они далеко не столы и стулья, что кольца и браслеты с замками вон там, там, и еще там, не просто для интерьера. А свисающие с труб коромысла приобретали законченность, стоило представить подвешенное к ним обнаженное тело.

Стало совершенно ясно, как жестоки и безжалостны могут быть в этих стенах, как и созданы эти стены для того, чтобы быть в них жестоким и безжалостным. Однако стало ясно и то, что здешняя жестокость сильно отличалась от той, с которой Танька сталкивалась всю свою жизнь. Та жестокость была безразличной и оттого страшной, хоть и была привычным фоном. За этой где-то невдалеке чудился интерес, уважение и даже забота и нежность. Да, путь к этой нежности шел через боль и странные ритуалы, но, в прошлой Танькиной жизни и такого пути не было. Не сложилось. Тета попыталась вспомнить Хозяина, его порки, приказы и странный конец их отношений, но Хозяин отказался вспоминаться. Или не успел вспомниться... .

- Принесенная, зайди. - дверь, перед которой стояла Тета, приоткрылось и она зашла.

- Вот, господа, позвольте представить вам героиню моего печального повествования. По паспорту Татьяна, но Третий назвал ее Тетой. Заслуживает самого негативного отношения и обращения, если бы не два нюанса. Первый - ее господин простил ее. Я не знаю в подробностях, что там у них произошло, но он совершенно ясно дал понять, что не только не поддерживает какого-то преследования Теты, но стал бы всеми силами противостоять такому преследованию, если бы оно все же произошло. Я не сказал Третьему, где неожиданно появилась его подопечная, он тут же бросился бы сюда, а из больницы ему еще рано, но уверяю, что он подтвердил бы мои слова. И второе. Все вы конечно можете оценить красоту цепочки случайностей, поставившей Тету перед нами. Просто так подобное не происходит, это судьба. И понять ее указание правильно мы просто обязаны.