Час без тебя

Подкатегория: без секса

- Тебе "Winston"?

- Угу.

- Синий?

- Угу.

- А на ужин что? Курицу?

- Угу.

- Пива брать?

- Угу.

- Одну, две?

- Угу.

- Так одну или две?

Ты стянул с вешалки жёлтый пакет и выжидающе на меня уставился. Я, валяясь на диване, испытывал майскую апатию.

- Десять, - сказал я сонно, и ты вздохнул, поняв, что сегодня серьёзности от меня не добиться.

- Куда положил мелочь?

- Не помню, - отозвался я, потягиваясь на диване во весь рост.

Мелочь лежала где-то в завалах моего письменного стола. Мне не хотелось за ней идти.

- Обязательно ехать на автобусе? Сходи пешком. Всего-то две остановки.

Ты накинул джинсовку и стал застёгивать её, глядя на то, как я поднял с кофейного столика подаренного мне стеклянного слона. Мне подарил его в воскресенье мой бывший бой-френд, которого ты ненавидел. Это значило, что слона ты тоже ненавидел, иначе ты бы не убрал его в тот же день в шкаф для ненужных канцелярских безделушек. А я опять его выставил.

- Закрывайся, - мрачно попросил ты, обернувшись через плечо. - Я ушёл.

Но недаром же майская апатия терзала моё существо. Я поставил слона обратно и кинул тебе ключи.

- Закрой меня. Скоро вернёшься?

- Через часик, наверное.

- Обещаешь, что не дольше?

- Обещаю.

Ты вдруг подошёл и поцеловал меня, лежащего на диване, и я соизволил сесть и скинуть ноги на пол, пока ты уходил. Я слушал бренчание ключей за дверью. Теперь нас разделяла закрытая дверь, и ты просто обязан был вернуться через час, потому что это ты её запер.

Я снова взял стеклянного слона, ненавистного тебе, и стал его разглядывать. Как наяву, для меня прозвучал голос моего бывшего бой-френда, который сказал: "Надеюсь, тебе понравится".

Прошло пять минут, и он позвонил мне.

- Да? - сказал я; любви между нами уже давно не было.

- Слушай, что ты сейчас делаешь?

- Ничего, - я хохотнул, глядя в окно сквозь белоснежный тюль на то, как трепещет зелёная листва в тёплом ветру; где-то визжала мелюзга. - Сижу один. Милый ушёл в магазин и закрыл меня на ключ. Так скучно, что хоть ложись и помирай.

- Слушай, - сказал он, и его голос скатился в ледяной бас. - Слушай...

- Что?

- Я видел сейчас... Я видел... Его больше нет. Только ты успокойся. Я сейчас приду. Жди меня, хорошо?

- Что ты сказал? - я хохотнул опять, а внутри всё обросло льдом. - Нет, он пошёл в магазин, и он придёт через час.

- Замолчи и не паникуй! Его сбило на переходе! Его джинсовка слетела, а жёлтый пакет поднялся прямо в небо. Я видел. Успокойся. Я сейчас приду.

- Нет, он пошёл в магазин... Он пошёл пешком, потому что деньги были в столе. Он пошёл пешком

Я положил трубку и улыбнулся стеклянному слону. Потом я закричал. Я взял слона и отнёс его в шкаф, где ему и было место. Телефон вновь зазвонил. Я выдернул провод и намотал его на руку. Я закричал. Размотал провод и включил его обратно. Руки тряслись и не слушались меня. Я опять выключил телефон... Его джинсовка слетела, а жёлтый пакет поднялся прямо в небо. И его больше нет.

Я закричал. Я бросился к двери, но она была закрыта. Я бился в неё и разбил себе нос и ладони. Я выкрикивал твоё имя. Ты обязан был услышать меня, ведь я так громко кричал тебе. Я надорвал голос, разбил себе всё лицо. Где ты? Где ты? Не уходи! Не надо! Вернись ко мне! Ты не можешь уйти, ведь я закрыт здесь один и не могу докричаться до тебя! Ты не можешь уйти! Не можешь! Ты же знаешь, что я тебя люблю! Ты знаешь, что я тебя люблю! Я тебя так люблю... Но ты же не взял мелочь!

Я с рёвом кинулся в спальню, где стоял мой письменный стол, заваленный бумагами, выдернул ящик и стал выбрасывать на пол всё его содержимое. Я швырнул часы, стекло отлетело, но я этого не заметил. Я выцарапал мелочь со всех сторон ящика и бросился к окну.

- Витя, на деньги!

Я открыл форточку, и вся мелочь разлетелась по асфальту. Малышня с визгами кинулась по подъездам, и я увидел, что случилась беда. Я увидел, что жизнь, реальность схватили меня через открытую форточку. Тёплым, тошнотворным ароматом позднего мая. Страшным солнечным вечером. Его больше нет в этом тёплом мае, в этом вечернем воздухе, который меня убивает. Я так не хочу. Так нечестно. Он здесь. Я его чувствую. Он со мной. Он не может быть там, потому что я чувствую, что он со мной. Я правда чувствую! Он выжил!

Я рванулся к телефону и в бешеном темпе набрал номер своего бывшего парня. Сейчас он скажет, что ты в больнице, в реанимации. Ну и что? Ты со мной, и это самое главное. И он мне сейчас это скажет... Никто не снял трубку. Никто не снял трубку, и я один.

Тебя больше нет. И всё, что от тебя оставалось, до сих пор было здесь, со мной. Я был закрыт с тем, что осталось от тебя, и я сидел на полу у двери, прижимая к груди твой синий свитер. Я думал, что это, наверное, ты, и скоро мой сон улетит в бесконечную неизвестность, и я проснусь, как обычно, утром или в обед. Моя рука в твоей, а ты уже проснулся и улыбаешься. Так будет. Да. Хоть и тебя больше нет, но я в это не верю. Я не хочу и не верю в это, а значит, ты со мной. А ведь я всё время высказывал тебе, что ненавижу этот свитер, потому что он колючий. А теперь я обнимаю его. Прости меня, ладно? Прости, он не колючий, и я обожаю его. Я обожаю всё, что ты делаешь, Витюша.

Помнишь, как ты принёс кота, и он в первый же вечер порвал обоину на двери? Я наорал на вас обоих. Тебя заставил чинить обоину, а кота - уматывать из нашего дома к чертям. Ты унёс кота к своей бабушке, а там он наелся химикатов и умер

В голове так и стоял этот кот. Это я его убил. И тебя я убил. Я убийца!

Мне было лень слезть с дивана и сходить за мелочью. Ты пошёл пешком и ушёл навсегда. Мне было лень оторвать своё чёртово тело от дивана! Я разлёгся на нём, как свинья! А ты подошёл и поцеловал эту свинью, думая, что это человек... И слон... Этот слон... Он вовсе не нужен мне! Я ринулся в гостиную, раскрыл шкаф, схватил слона и с силой разбил его о стену. Тысячи осколков обрушились на ковёр к моим ногам. Почему я не мог раньше разбить его? Просто для тебя, любовь моя... Почему только сейчас, когда тебя больше нет, я избавился от вещи, которая била тебя по глазам? Неужели тебе нужно было умереть для того, чтобы я сделал для тебя такие простые вещи? Достал мелочь из ящика и разбил подарок бывшего бой-френда...

Я стою посреди гостиной и вижу всю жизнь. Вот она, разбита вдребезги у моих ног. Вот она, жизнь. Она хрупка и уязвима, как подаренная стеклянная игрушка, и она была бы цела до сих пор и ещё очень долго, если бы я встал с дивана и подал бы тебе мелочь. И тогда ты вернулся бы с "Уинстоном", курицей и десятью бутылками пива, но... Джинсовка слетела, а жёлтый пакет поднялся прямо в небо. Ты...

Мой бывший парень прибежал и забарабанил в мою дверь. Сначала кулаком, потом ногой. Он заорал, спрашивая, где я. Я подошёл и глянул в глазок. Даже в этом искажённом ореоле я увидел, как он вспотел, как он дышит ртом, глотая чёртовый майский воздух и подъездную вонь.

- Дурак! - закричал он. - Я пошутил! Идиот психованный! Вон он идёт, твой Витька, с тремя жёлтыми пакетами, слышишь? Скажи хоть слово! Я пошутил, хотел немного взбодрить тебя, а ты и поверил, как дурак. Нельзя вот так всему верить! Ты слышишь меня?

- Да, - сказал я.

Он не услышал, а может, наоборот. У меня на ладонях была кровь.

- Прости меня, шутка получилась идиотская. Прости.

Я почувствовал тебя. Я почувствовал. Ты поднимался по лестнице и пыхтел от тяжести пакетов. Ты прикололся и купил десять бутылок пива. В иные времена я бы сказал тебе: "Дурачок". Я стоял, с силой сдерживая в себе крик. Меня трясло, лихорадило, слёзы застилали глаза, пробираясь к самым далёким уголкам моего сердца, где жила моя любовь к тебе.

- Милый, - шепнул я, но ты, конечно же, не услышал.

Забренчали ключи, и ты открыл дверь, переставил пакеты через порог. Я протянул руки, чтобы немедля помочь тебе. Ты так устал, любимый.

- Привет, - сказал ты и увидел кровь на моём лице.

Ты отпрянул. В квартире всё было перевёрнуто, как и внутри меня.

- Ч-что?.. Что?.. - ты шагнул в гостиную.

Шкаф стоял распахнутый, вся одежда уродливо распростёрлась на полу, перемешанная с книгами, дисками и канцелярскими вещами. Среди груды этой катастрофы блестели осколки разбитого стеклянного слона.

- Что случилось? - ты запаниковал и вцепился в моё плечо - до боли.

- Ничего. Просто я понял, как сильно я люблю тебя... И всё...

Ты вряд ли понимал. Ты смотрел на меня ошарашенно, пугливо, как на идиота. Но как ты ещё мог смотреть, не зная, что весь этот час ты был от меня дальше, чем все эти звёзды на свете. Не в магазин ты ходил, а дальше, намного дальше, милый. Но и оттуда ты вернулся, потому что ты любишь того идиота, который перевернул всю квартиру вверх дном и теперь стоял рядом с тобой и умирал от любви.

- Ты устал, родной? Сейчас я принесу тебе подушку.

Ты сел на диван и проводил меня сомневающимся взглядом. А я принёс тебе подушку и нежно уложил тебя на неё отдохнуть.

- Может, ты всё-таки расскажешь мне, что случилось? - спросил ты, сжав мою руку в своей. - В доме словно Мамай прошёл, а ты стоишь и улыбаешься мне...

- Это любовь. Это просто любовь, и всё тут. Я пойду заниматься ужином. Отдыхай, милый...

Мой бывший парень позвонил мне в полночь. Витюша крепко спал, а я прокрался в гостиную и снял трубку.

- Алё?

- Алё. Я тебя не разбудил?

- Разбудил, - сказал я. - Спасибо.