Джекпот. глава 15

«Мириам кончает от мысли, а не от стимуляции», — не выходило у меня из головы. Я с удивлением вспоминал многолетний опыт мастурбации. То, что лежало на поверхности, что было так очевидно, стало настоящим откровением в один прекрасный момент.

Во время секса с Викой — девушкой, с которой я продолжал вяло встречаться, — я часто представлял себя с Мириам, чтобы побыстрее кончить, и наоборот — мог, например, представить себе мусорный контейнер, — чтобы задержать наступление оргазма.

Бросить Вику мне не хватало смелости, изменять ей — совести. Я так запутался: страх стать гомиком отошёл на второй план, теперь я боялся, что о моей связи к Мириам узнают друзья, родители. Мне хотелось жить нормальной жизнью, а не стыдится и постоянно боятся разоблачения. Кроме того, в обозримом будущем мне хотелось серьёзных отношений. Я готов был жениться по любви, но с Мириам возникала куча вопросов.

После университета я сразу получил повестку в армию. Родни обещал помочь, но медкомиссию всё равно надо было пройти.

Вот в таком положении — две девушки, одна любимая, другая — не очень, и та, что любимая — не то, чтобы девушка, и отношения с ней не то, чтобы очень, плюс стрёмная работа с официальным распределением на госпредприятии, где я числился, как мёртвая душа, плюс армия и медкомиссия, плюс Родни, у которого свои интересы на Мириам и меня, — вот как-то так я и сидел в своей операторской, как курица-наседка на крокодильих яйцах, когда однажды раздался звонок от Ани. Она, хлюпая носом, попросила приехать, и я тут же помчался к ней.

***

Аня была не одна. Дверь открыла долговязая крашеная блондинка с короткой стрижкой изящно растрёпанных пышных волос, зачёсанных на бок. Она окинула меня враждебным блеском холодных буро-зелёных глаз:

— Вы Виктор? — я кивнул. — Проходите.

Девушка сложила руки на груди и стояла так, прислонившись к стене выгнутой, как у лебедя, спиной, критично рассматривая меня, пока я разувался. Оценивала, наверное, мою чёрную выцветшую куртку и пыльные поцарапанные ботинки.

Это была девушка чуть постарше меня, очень стильная во всех отношениях. С красивым личиком, слишком ровным для естественного золотым загаром кожи. Она могла бы сойти за молодую хозяйку салона красоты. Ассиметричная чёлка, похожая на хвост петуха, элегантно подчёркивала овал лица, частично прикрывая его.

Она была худая, как доска, горделиво-осанистая, но при этом отлично сложена, как куколка. Белая кофточка обтягивала холмики грудей и закачанную железную талию. Чёрные брюки клеш как влитые сидели на прочных широких бёдрах. В паху зиял маленький треугольник, не смотря на то, что девушка стояла плотно скрестив ноги. Когда мы пошли в зал, я снова имел возможность оценить её железный перекачанный зад, не костлявый, как у вешалок, но залитый в один свинцовый играющий мускул

Огромный чёрный фингал светился под её левым глазом.

«Всё из-за моей трусости! — кольнула мысль. — Если бы только я рассказал ей про Мириам раньше».

— Вы уже познакомились? — Аня попыталась выдавить виноватую улыбку. — Нет?

Она представила мне Сандру как лучшую подругу. Та раздражённо кивнула в ответ на моё приветствие и сразу вышла, плотно закрыв за собой дверь.

Я удивлённо проводил её взглядом и вернулся к Ане:

— Это Родни тебя ударил, да?

Она задумалась, прежде чем ответить неуверенным кивком головы. Мы молчали, разглядывая друг друга. Я вспоминал, как она нежно оттолкнула меня 18 лет назад. Можно сказать, пожертвовала тогда собой.

— Да, — словно проснувшись от полудрёмы, сказала она: — Витя, я тебя давно хотела спросить, ты в последнее время ничего странного за Родни не замечал?

Она смотрела на меня большими испуганными глазами, как будто догадывалась обо всём. И даже больше: знала, что я что-то скрываю.

— Мы сейчас работаем над одним проектом... — начал я издалека. — Это отнимает много энергии, нервов, — столько фальши было в моём голосе, я сам себе стал противен.

Я не вдавался в подробности. Трусливо оправдывал агрессию Родни, упирая на то, что он много работает, сильно устаёт. Избегал смотреть в глаза Ане, чтобы не выдать себя. Она бы сразу обо всём догадалась.

Аня знала, как Родни зарабатывает деньги, но в её представлении речь шла только о женских моделях, таких как безграмотная стриптизёрша Лиза, невинно мастурбирующих перед камерой. Наверное, моя попытка примирить их с Родни умилила её. Она попросила сесть рядом на кровать, нашла мою руку.

— Знаешь, Родни хочет, чтобы я была с ним активной. Понимаешь, о чём я?

Я кивнул. Я давно подозревал, что он не просто так разминает вымя Мириам перед шоу.

— Я с тринадцати лет на таблетках. В последнее время вообще не было эрекции. Раньше его всё устраивало, но теперь он стал каким-то другим.

— Думаешь, он поэтому тебя ударил?

Она хмыкнула, откинула одеяло и легла на бок. Потянула маечку вверх и приспустила тонкую материю розовых трусиков, обнажив огромное чёрное пятно на бедре, желтеющее по бокам.

— Ты не можешь просто уйти от него? — от обиды мой голос сорвался на хрип.

Она посмотрела на меня задумчиво:

— Нет. Не думаю. Он обещал оплатить операцию по смене пола. Но теперь хочет, чтобы я прекратила гормонотерапию, — она уже накрылась одеялом и снова взяла меня за руку. — Я совсем запуталась, ничего не понимаю, — Аня тяжело вздохнула.

Странно, но в тот момент я чувствовал себя точно так же.

«Наверное, есть какая-то связь между нами», — думал я.

— Сколько стоит операция?

Её лицо озарила светлая улыбка.

— Зачем тебе?

— Ну сколько?

Она опять задумалась, улетела куда-то в мыслях. А потом проснулась, чтобы нервно протараторить:

— Знаешь, иногда мне кажется, что операция ничего не изменит, что будет только хуже. Многие девочки теряют чувствительность, родить я всё равно не смогу. Кем я стану? Особью неопределённого пола? Бесплодной женщиной? Подстилкой с дыркой? Ты бы женился на такой «женщине»? Никогда не прощу себе тот первый обман. Никогда! Не хочу больше никого обманывать! Не хочу! — она нервно сжимает кулачки, её распухшие глаза мечут искры.

Я сглатываю. Она винит себя точно так же, как Мириам. Когда-то давно я нечаянно нанёс Ане психологическую травму, которая, зарубцевавшись, как снежный ком, обросла виной в её сознании.

— Да.

— Что да? — она забыла, о чём спрашивала.

— Я бы женился на тебе.

Аня смотрит на меня широко открытыми глазами, по её щекам бегут слёзы.

— Витя...

Наклоняюсь и обнимаю её. Она прижимается всем телом, продолжая реветь. Мои руки неуклюже скользят по её спине. Тонкая маечка задирается, топорщится, руки натыкаются на нежную полоску кожи в том самом месте, где чернеет синяк. Растрёпанные вялые волосы Ани отдают теплом. Её влажное лицо трётся о щеку.

Неожиданно Аня жадно присасывается к подбородку и покрывает шею поцелуями.

— Аня... — у меня ещё есть время остановить её, но нет сил сопротивляться. Я устал как и она: от постоянной беготни, сложных отношений, чувства вины.

Аня лихорадочно стягивает с меня рубашку, едва не вырывая пуговицы с корнями. Её ротик скользит по груди вниз к животу, язычок заскакивает в пупок, пальцы возятся ширинкой. Наконец, она стягивает джинсы вместе с трусами и с жадностью тигрицы накидывается на предательски торчащий член.

— Такой твёрдый, большой — шепчет она, на секунду оторвавшись, зажав основание в руке и с восторгом созерцая восемнадцать сантиметров по-утреннему застывшей стали.

С фингалом под глазом, зарёванная, но счастливая, она выглядит очаровательно. Столько нежности в её прикосновениях, страсти. Стягиваю с неё трусики, пока она делает минет. Безвольно ...