Другоймир. часть 1. попыткапобега.

... Я не помню своего прошлого. Я не знаю своего будущего... Я чувствую скорость, я бегу. Я не знаю, от кого и куда я бегу, но продолжаю двигаться. Я чувствую лишь опасность, чувствую, что надо бежать, скрываться... Боль. Жуткая боль. Нестерпимая боль. Задыхаюсь. Кричу. — Тихо, тихо! Всё хорошо... Спокойно... Проваливаюсь в сон...

— Что? Где я? — Спокойно, всё хорошо... — Мне больно!!! — Боль уйдёт, спи... — Да...

Я очнулась. Осмотрелась. Я лежала на кровати в какой — то тёмной комнате. Я ничего не помню. Что — то внутри ужасно болит. Раздирает напополам от боли. Стон. Я пытаюсь закричать от боли, но не могу. Чьи — то руки около моего плеча. Мягкие руки. Шёпот: «Тихо, тихо, всё будет хорошо... «. Я киваю головой. Вновь проваливаюсь в сон. — Где я? — Ты в безопасности. — Что со мной? — Ты была ранена. — Но я ничего не могу вспомнить... — Значит, так нужно. — Кто ты? — Я — Жанна. — Жанна, мне больно! Помоги мне!!! — Скоро боль уйдёт... — Жанна! Жанна! — крикнула я, почувствовав нестерпимую боль. Казалось, всё внутри меня медленно взрывается, я не могла терпеть. — Что такое? — Больно! Я не могу, я умру... — Боль уже прекращается, мы зашили и обработали рану. — Я не чувствую ног! Что делать? Я боюсь!!! — Спокойно. Скоро все чувства вернутся. Просто ты умерла, мы оживили тебя, теперь чувства и ощущения возвращаются постепенно. — Я ничего не вижу! Я осепла? — Нет, скоро зрение вернётся... Я снова проваливаюсь в сон.

Я просыпаюсь. Я лежу в комнате с одним окном, деревянными стенами, напротив меня стоит полка с книгами. — Ты проснулась? — Жанна? — Да, это я. Знакомься, это Лена.Зрение, наконец, вернулось ко мне. Я увидела двух девушек. Как я поняла, та, что говорила, была Жанна. Вторая — Лена. — Что со мной? — Ты теперь будешь жить у нас. Мы позаботимся о тебе.Я попыталась встать или хотя бы приподнять голову. Ничего не вышло. Моё тело вновь пронзила жуткая боль. Я скривилась и упала на подушку. — Нам нужно уйти. С тобой побудет Стас. — Стас? Кто это? — Не задавай лишних вопросов. Он когда — то был одним из нас. Сейчас он просто живёт с нами в одном доме. — Ты надолго уходишь? — Да... примерно на месяц... — — Кто он? Я боюсь! Вдруг он один из них? — Кто? Один из них? — Да. Я не помню точно... Только помню, что меня кто — то преследовал... ***Прямо на моих глазах девушки будто испарились. Я осталась одна. Попыталась встать. Тело не слушалось. Максимум, что я смогла, это пошевелить правой рукой. Прикладывю все усилия, чтобы сесть на кровати. Наконец, это получается. Я сижу, пытаюсь пошевелить ногами. Бесполезно. Прилагаю все усилия. Ничего не выходит. Из глаз катятся слёзы.Вдруг слышу мужской голос: «Тебе помочь?» — Нет, — пытаюсь оглянуться, но вместо того, чтобы повернуть голову, снова падаю на подушку.Ко мне подходит парень. Тёмные волосы, смуглая кожа, тёмно — карие, почти чёрные глаза. — Ничего, скоро все рефлексы вернутся, — усмехнулся он

— ответила яОн развернулся и вышел из комнаты. Стас мне запомнился, как суровый и хмурый парень. Если честно, я даже побаивалась его. С ним вдвоём мы жили уже неделю. 3 раза в день он, абсолютно равнодушно, приносил мне еду. Большую часть дня я проводила в постели. Все чувства и рефлексы вернулись, но я так и не смогла вспомнить своего прошлого, и всё ещё быстро уставала. Я часто размышляла над словами Жанны, что Стас лишён сил. Насколько я понимаю, магических. Но как? Значит, он бывший маг? Спросить у него я не решалась, уж очень суровый взгляд исподлобья сверлил меня при каждой нашей встрече. Я обычно не выдерживала его взгляда и отводила глаза в пол.До возвращения Жанны и Лены оставалось ещё 3 недели и 1 день. У меня была куча вопросов. Я ничего не понимала. Могла похастаться только одним — самостоятельно, как могла, восстанавливала силы. Уже могла пройти по комнате два круга. Для меня, ещё несколько дней назад мучившейся с ужасной болью от практически разрубленной ключицы и невозможностью поднять голову, это был огромный прогресс.Сегодняшнее утро не предвещало ничего особенного. Я как обычно проснулась, полежала, поглядела в потолок. Вскоре раздался стук в дверь. Стас стучался исключительно из — за холодной вежливости, свойственной ему, ведь всё равно у меня ещё не было сил, чтобы встать и открыть ему дверь.

— Да, входи, — сказала я. — Вот завтрак, — абсолютно равнодушным тоном, впрочем как и всегда, произнёс он.Я кивнула. Мне ужасно хотелось его расспросить обо всём, узнать, что же такое происходит, но я боялась. Весь его вид внушал мне не то, чтобы страх, а какое — то ощущение боязни. Но я уже не могла жить в неведении и ляпнула: — Мне бы хотелось поговорить с тобой... — Ты что — то конкретное хочешь узнать? Или просто поболтать нескем?От его тона и интонации я чуть не заревела. Кому будет приятно, если ты для собеседника не больше, чем невидимка... — Я... ну в общем... просто... Он бросил на меня взгляд, как обычно смотрит хозяин на глупую собачку. — Ммм... ну то есть ладно... ничего... — промямлила я — Это всё? Я надеюсь, я могу идти? — спросил он — Ээээ... да... извини... — выпалила я.

Он вышел, бесшумно прикрыв за собой дверь. У меня из глаз покатились слёзы. Я поставила поднос с завтраком на пол, накрылась с головой одеялом и тихо зарыдала. Мне было ужасно обидно и плохо. Мне казалось, он ненавидит меня... Только вот за что?... Ещё немного полежав, я решила бежать. Всё обдумав, взвесив все за и против. Правда в моём случае это было не «бежать», а «уйти», мне всё ещё было трудно ходить. Ключица вроде срослась, во всяком случае, длинный шрам перестал отзываться дикой болью на каждое моё движение. Вчера я минут восемнадцать стояла у окна, рассматривая что же там. А там лес. Осенний лес. Думаю, смогу уйти... Только вот... Единственная проблема, оставшаяся неразрешённой — проблема одежды. На мне была всего лишь белая ночная рубашка чуть ниже колена. Могу замёрзнуть. И тут меня осенило. Надо укутаться в одеяло! Точно! Хотя нет... Оно уж больно тяжёлое... пожалуй, возьму простынку. Всё. Решено.Я встала с кровати, завернувшись в простынку, и медленно пошла к окну. Попыталась открыть. Ничего не выходит! Я тихонько стала дёргать за створки, но ничего не выходило, окно не поддавалось. Слёзы досады хлынули из глаз. Я, злясь на это проклятое окно, стала дёргать за раму ещё сильнее, всё же боясь произвести лишний шум. Ведь вся суть побега в том, чтобы он прошёл тайно...

Мои усилия были тщетны. Окно не поддавалось. Я приподнялась на цыпочки и попробовала открыть форточку. Я всё сильнее и сильнее дёргала за неё, и она начала поддаваться. Если откроется форточка, тои окно откроется — подумала про себя я. Вдруг я очень силь дёрнула форточку и она, поддавшись, открылась. Вроде особого грохота не было, и я решила не останавливаться на достигнутом и стала изо всех сил трясти всю раму окна. Через пару минут я почувствовала, что и без того маленькие силы, начинают покидать меня. Всё растратила на проклятую раму... Жаль. Но останавливаться нельзя. Рама, наконец, поддалась и широко распахнулась. Я еле сдержала крик радости. Стала залезать на подоконник. Залезла, спустила ноги. Высоковато... ну да ладно... Закрыв глаза я прыгнула вниз...