Двое у окна

— Ты сама можешь решать. Ты уже взрослая. Я же не знаю, чего тебе хочется.

— Идём. Обними меня. — Кари взяла руку Лукаса, и подвела его к камину, прижавшись спиной к его груди. — Вот так!

Кари взяла из рук Лукаса недокуренную сигарету и бросила в камин, положила руки сына на грудь. Лукас поцеловал Кари в плечо, ощутив на губах соль её пота.

— Так мне точно нравится. — сказала Кари, и сжала ладони сына.

Лукас почувствовал, как его член упёрся в промежность матери, и немного отстранился от женщины.

— Тщщщ. — прошептала Кари. — Не нужно так делать. — женщина снова прижала сына к себе, и немного расставила ноги, так что член парня устроился между в её промежности. Кари снова сомкнула ноги, и член Лукаса оказался в западне. — Не нужно стесняться. Помни мне грудь, это так приятно.

Кари запрокинула голову на плечо сына, и каштановые волосы расплылись по его коже. Женщина начала медленно двигать бёдрами, натирая член Лукаса своей промежностью.

Волосы Кари пахли вкусно, и были такими мягкими, что Лукасу хотелось искупаться в них. На какой-то момент он забыл о том, что его твёрдый член находится в промежности мамы, и опомнился только тогда, когда горячая сперма брызнула между ног женщины.

Лукас тихо выпустил воздух из лёгких, стараясь не нарушать тишины и не разрушать её стоном.

— Тихо, Лукас, тихо. Всё хорошо. — убаюкивающе шептала Кари, чувствуя, как по её ногам текло семя. Кари продолжала медленно двигаться, пока член сны не стал мягким, и не повис, выкатив из крайней плоти красивую острую головку.

Кари уложила сына рядом с собой, на огромной кровати, просунув его руку под футболку, и положив её себе на грудь. Лукас боялся пошевелиться, крепко обнимал маму, и прижимался к её ягодицам своими опустевшими яичками.

Кари смотрела в окно и наблюдала за тем, как от соседнего бревенчатого дома отъезжает старенькая «Тойота». Женщина ощущала, как кожа между её ног стягивается высохшей спермой, извергнутой из яиц сына, накануне вечером.

— Вставай, соня! — Кари в одной футболке стояла перед сыном, и стягивала с него одеяло. Лукас потянулся на кровати и лёг на спину. — Ты у меня красавец, но пора наколоть дров. И ты обещал мне большую рыбу!

Лукас посмотрел на торчащие сквозь ткань футболки соски, на чёрную полоску волос, улыбнулся, и пошёл умываться.

Короткий световой день Кари и Лукас провели в заботах. Лукас колол дрова, сходил на рыбалку и выловил из лунки большую форель, которую Кари обещала приготовить к ужину. На обед была лапша быстрого приготовления, кофе и печенье, а вот ужин должен был удаться на славу.

Кари прибиралась в доме, протирала пыль, мыла посуду и проветривала постельное бельё. К вечеру на столе стояла запечённая рыба, салат и картофель, которые мама с сыном принялись уплетать за обе щёки

Кари и Лукас неспеша прошлись по дорожке к понтону, рассматривая дома с тёмными окнами. Только в их доме горел небольшой светильник — всё же в округе было погружено во мрак.

В сауне горел светодиодный фонарь. Кари и Лукас сидели на горячей полке и пили горькое пиво, вдыхая горячий ароматный воздух. Пот лился с обоих ручьём.

— Вчера было проще. — сказала Кари.

— Это всё водка. — ответил Лукас, так и не прикоснувшийся к маме за целый день ни разу.

— Думаю, пора. — Кари встала с полки, сделал глоток пива со дна банки и вышла на улицу, в морозный холод темноты. Лукас отправился за ней.

Окунувшись в ледяной воде, Лукас подал маме руку, и Кари поставила ногу на лестницу.

— Ну, подтолкни меня. — с кокетством заявила мама. Лукас мгновенно надавил ладонями на её ягодицы и вытолкнул на деревянный понтон.

Как только женщина и мужчина вошли в дом, Кари сбросила халат и стала перед камином, расставив руки в разные стороны:

— Хочу таких же тёплых объятий, как вчера! — закапризничала женщина.

Лукас набросился на женщину сзади, и крепко схватил её, будто пытался задушить в своих лбъятиях. — Вот так хорошо. — сказала женщина, и откинула голову на плечо сына, чувствуя, как его член снова наливается силой.

Кари попыталась обхватить член, и снова зафиксировать его между ног, но Лукас готов был идти гораздо дальше.

Молодой мужчина понимал, что такая экзекуция не может продолжаться вечно, ему хотелось ощутить вкус и аромат Кари, поэтому он резко схватил её и потащил к столу.

Кари сидела на столе, согнув ноги в коленях, и поставив их на плечи сына, который вылизывал её половые губы. Женщина тихо стонала и упиралась руками, стараясь выставить вперёд свой лобок для ласк.

Из влагалища сочились ароматные выделения, которые язык Лукаса с жадностью поглощал.

Лукас поднялся с колен, приставил член к влагалищу, и резко втолкнул его внутрь, ощутив, на сколько оно горячее и сочное внутри. Кари обхватила сына за шею и прижалась к нему своей роскошной грудью.

Тело женщины лежало на столе с раскинутыми руками, двигаясь в такт ударам сына, вгонявшего в маму свой возбуждённый член. Яйца звонко бились о промежность женщины, издавая ритмичные шлепки.

Лукас мял руками грудь женщины, больно сдавливал соски, но Кари от этого ещё больше прогибалась в спине, и всё громче стонала.

Горячая струя вырвалась из складок половых губ Кари. Лукас чувствовал, как по его ногам текут соки матери, и от этого он ещё сильнее стал вгонять в неё свой член. Кари что-то бормотала, царапала грудь сына и тёрла клитор, не желая расставаться с мозгодробящим ощущением взрывного оргазма.

Лукас резко вошёл в мать, и кончил, чувствуя, как внутри его ствола побежал ручеёк густого семени, изливающийся в сочные внутренности женщины. Кари издала странный и высокий звук, напоминающий писк, и ещё раз обдала Лукаса кипятком своих выделений.

Руки и ноги женщины тряслись, когда та курила и смотрела в окно, желая только одного — добраться до кровати, обнять своего сына и уснуть. Но она хотела насладиться каждым моментом их единения в полной тишине и спокойствии.

Лукас обнимал маму сзади и гладил её живот, проводя ладонью по коже, опускаясь всё ниже, чтобы ощутить пальцами ровную полоску чёрных волос, украшающую её прекрасный лобок, принадлежащий, теперь, только ему.