Горничная. часть 1

В то время я работала горничной в одном из отелей нашего города, одном из лучших, и где платили на удивление достойную зарплату. В один из будних дней я как обычно делала уборку в VIP-апартаментах. Дверь в этом случае остается всегда открытой. Я пылесосила ковер в гостиной и не слышала, как кто-то вошел в номер. Это был гость, живущий в нем — наверное, что-то забыл и вернулся. Но я этого не видела, так как стояла спиной к двери, и не слышала из-за гула пылесоса.

Я наклонилась в работе, так что короткое форменное платьице задралось, и обнажились мои длинные стройные ноги. Узкие белые трусики-стринги с трудом скрывали мои прелести. Стояло лето, было безумно жарко, и я предпочла носить минимум одежды, хоть это и было опрометчиво при таком фасоне форменной одежды — черное платье-мини с белым передничком, еле закрывавшее попу.

Как оказалось, эта картина не осталась без внимания вошедшего. И на беду он оказался вовсе не стеснительным. Догадываюсь, что он достаточно долго наслаждался просто открывшимся перед ним видом, а затем я почувствовала шлепок ладонью по практически голой попке, и сразу же эта же ладонь сжала одну из ягодиц.

От неожиданности я чуть не подпрыгнула, резко развернулась назад, и увидела перед собой довольно высокого мужчину, с непонятным выражением смотрящего на меня, и явно не собирающегося уходить. Меня захлестнула волна возмущения. Приезжают всякие хамы, руки распускают... Еще небось и нетрезвый. Конечно, мелькнула мысль о том, что и мне стоило бы одеваться поскромнее, чтоб не провоцировать, но мужское внимание мне всегда было приятно, да и жарко было. И это не повод распускать руки, как только увидишь сексуально выглядящую молоденькую девчонку!

Как ни в чем не бывало он сказал: — У вас такая красивая попочка, что я просто не удержался. Но я готов искупить свою вину. Как вас зовут, красавица? Приглашаю вас сегодня вечером на ужин.

Вот нахал! Сначала по заднице шлепает и лапает, а потом еще имеет наглость ужин предлагать! Хотя комплименты моей попке звучат приятно, но все равно — это запредельная наглость. Во мне играла злость.

— Вы с ума сошли! Никуда я с вами не пойду! И вообще, отойдите от меня! — и я пихнула в грудь совсем вплотную ко мне стоящего мужчину.

Он рассмеялся.

Оттолкнуть его оказалось не так-то просто. Он даже не шелохнулся, затем схватил меня за запястье. А второй рукой за талию притянул к себе. Я почувствовала его силу. Мое разгоряченное лицо оказалось совсем рядом с его, и он слегка прикоснулся губами к моей щеке.

Я начала вырываться. Я была плотно прижата к мужчине — так, что оба чувствовали каждый изгиб тела другого

Я делала бесполезные попытки вырваться, но в результате только сильнее прижималась и терлась об него всем телом, что ему явно нравилось. Чтобы хоть как-то успокоить меня, он в пол силы шлепнул меня по попе.

— Успокойся и перестань вырываться. Не отпущу, пока не пообещаешь поужинать со мной. И не бойся. Ничего с тобой не случится

— Ну уж нет, никаких ужинов! И отстань от моей задницы! — мне было стыдно, что у него получается делать со мной все, что он делает, особенно шлепать меня, как провинившуюся девочку.

Но вырываться я пока перестала. Тогда он еще раз шлепнул по попе, а потом провел свободной рукой по волосам, по спине. Еще крепче прижимая к себе.

— Тебе же нравятся мои объятия, — Утверждающе произнес он. — Как тебя зовут, милая девочка?

Я поняла, что просто так мне не вырваться, он был очень силен и стоял, как скала. А драться, пинаться ногами и прочее с гостем я позволить себе не могла, мигом бы вылетела с работы, как и кричать что есть мочи на весь отель. Пришлось немного успокоиться. Он по-прежнему меня крепко держал, прижимая к себе, его рука лежала прямо на моей попе, периодически ее сжимая, и вновь отпуская.

— Так и быть, попью с вами кофе. Только мне надо закончить тут уборку. И отпустите меня немедленно!

— Ну вот и славно. Я вижу, ты умная девочка. — Он улыбнулся, но объятий не разжимал. Его глаза были совсем рядом.

— А теперь, моя хорошая, улыбнись и поцелуй меня в знак примирения. А уборка подождет. И вообще, я договорюсь с управляющим, и он даст тебе отпуск. Я буду здесь еще неделю. И хочу провести ее с тобой, — Конец монолога он произнес жестко, тоном, не допускающим возражений. — И мне очень не хочется жаловаться на тебя администрации. Поверь мне, после этого тебе будет ОЧЕНЬ плохо, — он снова улыбнулся. — Но я надеюсь, этого не будет, — и наконец разжал объятия. Но мы остались стоять вплотную друг к другу.

— Это каким это образом мне будет плохо?! — Я с вызовом посмотрела ему в глаза, не отходя назад, что было бы маленькой капитуляцией. Злость опять вскипала. — Я на хорошем счету, и скорее я на вас пожалуюсь! Еще чего, поцелуй в знак примирения...

Вот угораздило меня так одеться!

Повернулась к нему спиной и нагнулась обратно за пылесосом. Специально нагнулась, а не присела, пусть себе смотрит, это тоже вызов... Жаль только, что стринги такие маленькие, буквально две веревочки...

— Значит, не хочешь по хорошему. Ну ну, — Он опять с силой шлепнул по моей практически голой попке и вышел из номера.

Не успела я закончить уборку и уйти из номера, как меня вдруг вызвал управляющий и устроил разнос. Он был очень зол. Вкратце смысл его слов сводился к следующему:

— Юлия, на тебя поступила жалоба. Наш вип-клент Сергей Николаевич из 18 люкса пожаловался на тебя. О том, что ты плохо убираешь, в ответ на замечание грубишь. И еще он обнаружил, что пропал какой-то важный документ. Если он разорвет с нами долгосрочный контракт, отель понесет большие убытки. И эти убытки будешь гасить ты, Юлия, если не хочешь обвинения в воровстве и разбирательств в полиции. А это серьезная сумма. Сергей Николаевич пока просил тебя не наказывать, но требовал тебя к себе. Так вот, ты сейчас пойдешь к нему. Будешь извинятся, искать документ. Делай, что хочешь, но он не должен подать официальную жалобу.

Я пулей выскочила из кабинета управляющего и стала подниматься обратно в номер.

— Ну, гад, я тебе сейчас все выскажу... — я была очень возмущена, аж щеки горели от эмоций.

Влетела в номер. Мужчина спокойно сидел в расслабленной позе в кресле.

— Вы что себе позволяете?! Это подло! Я ничего у вас не воровала, и я отлично убираюсь!

— Ох какая тигрица! Интересно, в сексе ты такая же страстная, — насмешливо произнес он, слушая мои возмущенные слова, и с видимым удовольствием меня разглядывая, прямо-таки раздевая глазами. — А я предупреждал тебя, не надо со мной играть. И, вообще, тебя ведь прислали извиняться. А я этих слов не слышу.

— Это за что это мне надо извиняться, если я ничего не делала!? Это вам надо было бы извиниться передо мной!

Он встал и подошел ко мне, прямо-таки кипящей от возмущения.

— А у тебя явно плохое воспитание. Придется исправлять. Где тут у меня воспитательное средство? — И он стал вытаскивать из брюк ремень.

— Это что еще вы собираетесь делать? — сказала я, пятясь назад. Ситуация явно начала заходить куда-то не туда. Я почему-то вдруг поняла, что он не остановится в своих желаниях.

Пока я пребывала в растерянности, он подошел к двери и закрыл ее на ключ. Повернулся ко мне.

— Я тебя сейчас выпорю, — медленно и четко произнес он.

Ремень уже был в его руках

— Не надо меня пороть... Вы что... Я кричать буду... Хорошо, я согласна с вами даже поужинать, — я пятилась назад, пока не уперлась спиной в стену. В глазах уже стояли слезы. Мужчине мой вид явно нравился. Он с удовольствием оглядел меня с ног до головы, усмехнулся, и снова сел в кресло. Оценивающе взглянул на меня, стоящую около стены. Он продолжал поигрывать ремнем. Как будто не слышал моих слов, и продолжал гнуть свою линию.

— Подойди и сядь ...