Хайборийская эра: белит. глава 3

Первое, что увидела Белит, когда с её головы сняли мешок — это серую стену, сложенную из огромных каменных блоков. Таким же был и потолок, к которому с помощью массивных цепей крепились светильники. Посмотрев по сторонам Белит увидела слева от себя плоскую, полированную глыбу, нижней кромкой наклоненную под углом к полу. К ней была прикована Юнь-Ли. Поскольку захвачена она была полностью голой, таковой кхитаянка и оставалась.

По соседству с первой глыбой была точно такая же. К ней то и поволокли Белит двое закованных в латы воинов. Странный замогильный холод исходил от них. Девушке вдруг даже показалось, что под латами никого и вовсе нет. Колдовство, не иначе!

Пленницу прижали к глыбе спиной, затем один из похитителей вздернул ей руки вверх. Железные кольца сомкнулись вокруг запястий. Второй воин рывком раздвинул Белит ноги. Не так чтобы очень широко, но вполне достаточно, чтобы девушка ощутила всю свою беспомощность и уязвимость, если вдруг кто-то вознамерится воспользоваться её положением. Стальные зажимы охватили щиколотки пленницы.

— Кто вы такие?! — закричала Белит. — Что вам нужно?!

Воины не ответили, зато из дальнего полутемного угла раздался противный, приторно-липкий голос.

— Не трудись спрашивать их, юная дева. Тени, облаченные в доспех останутся безмолвны. Зато, я готов тебе многое рассказать.

— Самсет! — выдохнула шемитка.

Ухмыляющийся стигиец вышел из тени. Он был полностью обнажен. И он стал ещё более страшен, чем был перед тем, как исчез в сером облаке. Кожа его цветом походила на расплавленный воск свечи, тут и там лицо покрывали черные и синеватые пятна, какие выступают у трупа. Черные полосы змеились по всему его тощему костлявому телу. А вот напрягшийся от возбуждения член, был удивительно большой при всей худобе и нескладности тела. Гениталии стигийца в свете потолочных светильников блестели от какой-то слизи. Уродливый брат Самсета следовал за ним. Он был в одной набедренной повязке, но с тем же успехом мог оставаться без оной, поскольку всё равно демонстрировал уродство своего грузного оплывшего тела, покрытого всякими наростами и бородавками, отвисшими складками кожи.

— Да, Белит, это я, — произнес стигиец. — Удивлена?

— Ничуть, — фыркнула девушка. — Такие штучки, — она зыркнула в сторону соседней глыбы, где всхлипывала Юнь-Ли, — как раз в духе грязных черных колдунов. Что ты задумал, мерзавец? Знай, мои люди отыщут тебя. И ты, грязная отрыжка Нергала будешь ползать и молить о пощаде.

— Замолчи! — вскричал Самсет, делая резкий взмах рукой. — Они, уже обречены. Но возможно ты умрешь ещё раньше, если окажешься непригодной!

— Непригодной? Что это значит?

Стигиец, что-то забормотал и приблизился к кхитаянке. Вытянув руки, он начал ощупывать девушку. Он не церемонился

Потом, рука его забралась между её полураздвинутых ног. Кхитаянка всё это время тряслась от ужаса.

— Так я и думал, не стоило и сомневаться, — донеслось до слуха Белит бормотание колдуна. — Здесь побывало немало мужчин. Ну ничего... — его руки опять жадно начали мять и тискать груди Юнь-Ли, — для Первых она подойдёт. Первым, даже понравится блудница. Запах шлюхи! Что для них может быть слаще?

— Господин, пожалуйста, отпустите, — запричитала кхитаянка. — Я сделаю все, что хотите. Прошу, не убивайте меня.

— Я и не собирался тебя убивать! — рассмеялся колдун. — Более того, тебе будет оказана велика честь, девушка. Ты будешь отдана в дар Первым! А затем, познав с ними немыслимое наслаждение станешь матерью великого МуДора!

— Я не хочу... Я не...

— Молчи, глупая! Это великая честь! Твоё имя до скончания времен будут воспевать в Преисподней! Мать МуДора! Мать первого царя-демона на земле!

Охваченный этой мыслью, Самсет, даже задрожал в каком-то извращенном благоговении. Затем, он приблизился к глыбе к которой была прикована Белит.

— Ну а тебя, моя юная прелестница ждёт ещё более высокая честь. Если, конечно ты подойдёшь.

— Я не знаю, что ты задумал, вонючий ублюдок, но клянусь, как только мне представиться возможность, я проткну кинжалом твоё черное сердце.

— Глупо было бы обижаться на твои слова, — усмехнулся колдун. — В твоём положении только и остаётся, что бросаться пустыми угрозами и оскорблениями. Поверь, они меня мало трогают. Ну а теперь, посмотрим, что у тебя есть.

И Самсет одним сильным рывком разорвал её тунику. Вторым рывком избавился от лохмотьев, которые были отброшены в дальний угол. Белит пронзительно вскрикнула. Проклятие! Какое унижение! Она не могла ни прикрыться, ни защитить себя!

— Как же ты хороша, — зашептал Самсет, вплотную приблизив своё лицо к ней. Из его рта несло чем-то гнилостно-сладковатым. Руки начали ощупывать Белит везде. Нагло, по-хозяйски, без всяких церемоний.

Уродец Арамту стоял рядом. Видя, что вытворяет старший брат, он вдруг сбросил с себя набедренную повязку. Белит вытаращила глаза, когда увидела член урода. Он был толстый, здоровенный, весь какой-то бугристый и немного скривленный влево. Одним словом член был достоин своего хозяина. Глядя на Белит мутно-масляными глазами, Арамту начал дрочить, при этом из его искривленного рта потекла слюна.

Самсет же, тем временем приподнял ладонями увесистые, округлые груди девушки, наслаждаясь от ощущения их упругости. Затем отпустил и снова приподнял. И снова отпустил, пристально наблюдая, как они подпрыгивают и колыхаются. После этого начал покручивать пальцами соски пленницы. Иногда, он их оттягивал, зажимал между пальцев или же вдавливал, чтобы ощутить, как они вновь упрямо стремятся выпирать.

Вскоре наступила очередь её бедер и ляжек. Самсет покряхтывал от удовольствия, водя по ним ладонями, иногда сжимая, чтобы получить удовольствие от упругости юной плоти.

Как ни странно, но манипуляции Самсета почему-то начали возбуждать Белит. Это шло против её воли. Ненависть в душе к этому стигийскому упырю росла всё больше, но тело предательски откликалось на грубые, но столь возбуждающие ощупывания.

Самсет отвесил по правому бедру Белит звонкий шлепок, а потом обе его ладони тыльными сторонами легли на её горячие влажные ляжки. И медленно поползли вверх! Сердце Белит громко стучало. Между ног стало ещё более влажно. Её «цветочек» приоткрылся, вожделея того, чего ещё не познал. Пальцы стигица прикоснулись к упругим складочкам. Белит показалось, что колдун очень волнуется и даже чего-то боится. Внезапно, посмотрев девушке в глаза, он злобно прорычал:

— У тебя был хотя бы один мужчина?

— Что?! — вскричала юная шемитка.

— Ты слышала вопрос!

Он вдруг стиснул ей подбородок рукой.

— Отвечай!

Белит стало больно из глаз брызнули слезы.

— Нет! Никого у меня не было!

Колдун вроде бы успокоился, даже повеселел. Его руки вновь отправились вниз, вновь стали ласкать её ляжки, то приближаясь к заветному местечку, то удаляясь. Но вот, пальцы повторно коснулись приоткрытых половых губок. И не просто коснулись, а начали проникать между ними. Щелочка была тугой и узкой — хороший признак, а далее, Самсет нащупал то, что уже ожидал найти. Девчонка не соврала. Она непорочна.

Девственница! Наконец-то! Какая удача! Да что там, встретить нетронутую девушку посреди моря — это не просто удача. Это судьба! И она благоволит ему — Самсету! Ему и только ему предначертано стать бессмертным и повелевать демонами! Ему уготована власть на миром!

Самсет вытащил пальцы из девичьей щелки. Они были влажны. Колдун провёл по ним языком.

— Ты такая сладкая!

— Скотина! — вырвалось у неё.

Но тело помнило мужские прикосновения там... и желало этого снова и даже большего. Из груди Белит вырвался стон.

— Ты ведь хочешь этого, — зашептал стигиец горячо. — Вижу... чувствую... Ты созрела, девочка.

Он вдруг прижался к ней и Белит ощутила животом его горячий, пульсирующий член. Самсет ...