Иные. Часть 3

- Ну же. - Услышал я её голос. - Лижи.

Я слегка высунул кончик языка. Он скользнул между её губок и погрузился точно в дырочку её влагалища. Тётя Маша издала полу вздох, полу стон.

Не берусь описывать этот вкус. Сравнивать мне было не с чем. Скажу только, что если бы такой вкус имел, ну, например какой либо фрукт, я бы его есть не стал. Но здесь была совершенно иная ситуация. Я был не на трапезе и вкушал не некий экзотический плод растительного мира. В данный момент ничего вкуснее и желанней для меня не существовало. Мой язык, сначала медленно, а затем всё увереннее начал исследовать складочки её промежности.

Мой опыт оральных ласк ограничивался фотографиями, соответствующего содержания, дворовыми рассказами сверсников и моими бурными юношескими фантазиями. Язык мой двигался неумело и хаотично, слизывая начавшую выделяться влагу. Так продолжалось минуты три. Затем тётя Маша приказала мне остановится, и высунуть язык. Уперев руки в свои бёдра, она начала слегка покачивать своим тазом. Вперёд-назад и слегка в стороны. Её половые губки и клитор заскользили по моему лицу. Губы, нос, щёки, подбородок и даже лоб начали покрываться её скользкими выделениями. Амплитуда её движений всё возрастала. Она всё сильнее прижималась к моему лицу своей промежностью. Мой язык начал уставать. Откуда-то сверху раздавалось учащённое дыхание тёти Маши. Она так сильно текла, что её влага начала затекать в мои ноздри. Вдруг она замерла. Её правая рука скользнула мне под затылок и с силой притянула мою голову к своей промежности. Моё лицо утонуло в её влажной разгорячённой плоти. Дышать было нечем. Я начал пытаться крутить головой, в надежде хоть немного вдохнуть воздуха. Язык при этом я по-прежнему держал высунутым. Тёте Маше это, по-видимому, понравилось. Её выделения попадали мне в нос, а оттуда в горло и я их сглатывал. Бёдра и таз тёти Маши дважды сильно вздрогнули. Затем она снова замерла секунд на пять. Давление на мой затылок начало ослабевать и я, наконец, смог вдохнуть носом воздуха, проглотив при этом очередную порцию её выделений.

Когда меня окончательно отпустили, я попытался открыть глаза. Для этого мне пришлось протереть их руками. Ресницы слипались от женских выделений. Я сел на кровати. Тётю Машу я увидел лежащей рядом на спине. Её попа находилась на краю кровати, а широко расставленные ноги она поставила на пол. Халат был, распахнут, представив на обозрение шикарное тело зрелой женщины. Большие тяжелые груди, с крупными тёмными сосками, слегка приплюснулись под собственным весом и развалились по разные стороны. Её лицо была повёрнута ко мне. Это было лицо сытой, довольной самки. Она ухмыльнулась.

- Ну как, понравилось?

- Да. - Чуть слышно выдохнул я.

- Вот и хорошо. - Сказала она. - Что-то голос у тебя совсем ослаб. Устал бедненький. Возьми простынь и вытри лицо. Её все равно уже застирывать придётся.

Я так и сделал. Опустился на колени рядом с кроватью, и вытер лицо краем простыни. Я весь пах женщиной, и мне это нравилось.

Когда я поднял глаза на тётю Машу, то увидел, что она с улыбкой смотрит на меня.

- Максимка, протри и мне, пожалуйста, между ножек. У меня там всё такое мокрое. А потом мамочка сделает тебе хорошо. Давай.

Её, широко расставленные ноги, находились рядом. Не вставая с колен, я переместился и встал между ними. Одну руку я положил на внутреннюю часть её бедра, а во вторую взял край простыни, собираясь промокнуть её очаровательную писечку.

- Ты что, глупенький. Язычком. Почисти меня язычком.

И снова, во второй раз за этот день, я припал к этому чудесному источнику. Я лизал её губки, засовывал язык как можно глубже во влагалище. Почистил её бёдрышки и ягодницы. Вылизал слипшиеся волоски на её лобке.

- Умничька. Хороший мальчик. Садись сюда на краешек.

Теперь мы поменялись местами. Я сел на край кровати, а она устроилась между моих ног. Мой член стоял по стойке смирно. Головка налилась кровью и ныла. Одной рукой тётя Маша стала гладить мои яйца, а вторую положила на член, оголив пунцовую головку. Её голова подалась вперёд, и мой член наполовину погрузился в её тёплый ротик. Губки обхватили рельефный ствол, а язычок заплясал вокруг головки. Я был на грани. Не прошло и минуты, как я почувствовал приближение оргазма. Тётя Маша это поняла и отстранила свою голову. Вместо неё она подставила лодочкой ладонь руки, до этого ласкавшей мои яйца. Второй рукой она продолжала ласкать мой член. Я стал кончать. Первая струя была настолько мощной, что пролетела мимо ладони и упала на ковёр. Тётя Маша быстро сориентировалась и слегка наклонила мой член. Её ладонь покрылась моей спермой, образовав на дне небольшую бело-прозрачную лужицу. Тётя Маша ещё пару раз сжала мой член, выдавливая из него себе в ладонь остатки спермы. То, что она сделала потом, шокировало меня. Встав с колен, она положила одну руку мне на шею, а вторую сложенную лодочкой, поднесла к моему носу. Я ещё ничего не успел понять, а она уже размазывала мою же сперму у меня по лицу. Её пальчики скользили по моим губам. Затем раздвинули их и проникли внутрь. Очистив, таким образом, каждый пальчик она приказала мне открыть рот и высунуть язык. Когда я это сделал, она вытерла об него свою ладошку. Затем наклонилась и чмокнув меня в липкую от моей спермы щёку пошла в ванну.