Иссык-Куль

Мы приехали с ребятами на озеро позагорать, поесть фруктов, просто покупаться. Был 1990 год, всё казалось очень простым и выполнимым, когда тебе 18 лет и ты полон сил и эмоций. Меня поразило, что Иссык-Куль - это почти море; солёная чистая вода, жаркий песок. Мы каждый день с утра, нарвав ведёрко урюка и взяв с собой воды и лепёшек, выезжали на велосипедах на озеро. Дни были прекрасны и удивительны; солёная вода, отличная незатейливая еда, мужские разговоры - что может быть лучше?!

В один из дней мы так же купались, загорали, ели фрукты, болтали, играли в карты и познакомились с двумя мужчинами лет на 10 старше нас, Максом и Сергеем. Хорошие ребята, из Красноярска, весёлые и независимые. Мы пару дней встречали их на пляже, играли в карты, общались и как-то пригласили их попить малинового вина в нашем секретном месте, в рыбацком домике. Если честно - это был просто жест вежливости, но, тем не менее, в уговоренное время они постучались к нам в домик.

Через час примерно мы все уже были разгорячены вином и рассказами о знойных красотках и сексе с ними, как водится в мужских компаниях. Потом ребята постепенно разошлись по окрестностям, кто покурить, кто подышать воздухом. Я задумчиво сидел за столом, мне было очень хорошо, и я наслаждался прекрасным вечером и хорошей компанией. Максим (один из немногих, кто остался в домике) предложил мне пойти искупаться и просто проветриться. Конечно же, я согласился. Мы взяли бутылку вина, плед, сигареты и пошли на пляж. Болтали о всяких пустяках, смеялись, толкались и просто чувствовали себя великолепно.

Пришли на наше место, расстелили плед; была чудесная тёплая июльская ночь. Я быстро сбросил одежду и упал в солёные волны Иссык-Куля. Макс присоединился ко мне. Мы смеялись, о чём-то болтали, и вдруг я взлетаю в воздух и оказываюсь на руках у Макса, как девушка. Он говорит:

- Пойдём, я тебя согрею.

Я и не сопротивлялся особо, мне показалось это вполне нормальным - забота мужчины о юноше, каким я был. Он положил меня на плед, растёр полотенцем, налил бокал вина мне и себе. Я чувствовал к Максу такую благодарность, что обнял его и поцеловал в щеку. Его руки тем временем придерживали мою спину, гладили её ненавязчиво, и вскоре я почувствовал томление внизу живота, не до конца осознав, с чем это связано.

Я выпил половину бокала вина, лёг мужчине на бедро и стал смотреть в звёздное небо. Он шевелил пальцами мои волосы, улыбался и говорил какие-то нежные слова, которые я не мог разобрать. Я повернулся, чтобы улечься поудобней, и вдруг понял, что буквально в сантиметре от моих губ на его могучем бедре лежит глянцевая головка его полувставшего члена. От неё исходил манящий запах мужского тела, морской соли и хорошего парфюма. Не более чем через 30 секунд я осознал, что осыпаю нежными поцелуями мощный ствол, головку и выбритый лобок собеседника. Я поднял глаза и увидел добрую улыбку Макса. Я спросил его:

- Можно я пососу? - чувствуя при этом себя последней шлюхой.

Макс кивнул, и уже через пару секунд я заглатывал член так глубоко, как я не мог даже представить, что это возможно. Слюна текла по подбородку, я, далеко выставив язык, облизывал мощный член, чмокал и чувствовал себя на седьмом небе от счастья.

Макс поднял меня, улыбаясь, расцеловал моё немного растерянное лицо, слегка прикусив губы. В это время я чувствовал себя девушкой и нисколько не удивился, когда руки Макса стали ласкать мои ягодицы, внутреннюю сторону бёдер, легко касаться моего ануса...

Это было как наваждение, как будто я смотрел порнографический фильм. Момент - и я с вожделением сосу член, смена кадра - и упругая плоть двигается во мне, доставляя невиданное удовольствие. Сильные руки раздвигают ягодицы, член мощными движениями вонзается в мою плоть. Я чувствую, как горячая струя спермы впивается в меня где-то глубоко внутри, и я таю, и мои ноги подгибаются; я испытываю глубочайшую благодарность по отношению к любовнику.

За несколько минут я вдруг испытал то, что многие и не представляют себе, и я почувствовал себя особенным и даже не очень расстроился, что потерял девственность не как мужчина, а как девушка.