Жизнь продлится лишь минуту... до утра

Подкатегория: без секса

Я не особый любитель выпить, но повод у меня в тот вечер всё же был: чёртов день рождения! Ненавижу его. Уже не понимаешь, становишься ты старше или стареешь. Убивает то, что нужно подводить какие-то итоги, но не прошедшего года, а всей жизни: чего ты достиг, приятель, к своим годам? Выходит, что не многого: семьи нет, отпрысков нет - короче, задница! Но у нашего брата всё так или иначе ведёт именно к ней.

Так вот, пошли мы с правильно ориентированными парнями (моими коллегами по работе) не очень шумно отметить столь печальное событие. Ну, это я, конечно, пошёл отмечать, а они - на халяву выпить. Бар был с дурной репутацией, зато недорогой, ну, и от дома недалеко - это то, что нужно. Просидели мы больше четырёх часов в дальнем углу заведения, напившись до поросячьего визга: парни пьяны в хлам, меня уже рвёт от разбавленной выпивки, и я смутно понимаю, что надо сваливать отсюда, а их оставить, а то будет ещё и продолжение банкета. Вылез я к стойке и проплатил продолжение вечера бармену, указав ему на парней, поддерживающих спинами стену в дальнем углу.

Только я собрался незаметно нырнуть в дверь, ведущую на улицу, как дорогу мне перегородил какой-то смазливый, изрядно поддатый парнишка лет двадцати пяти. Я сначала подумал, что мы с ним случайно столкнулись, соображаю-то плохо. Ну, я в сторону - и он в сторону, я в другую - и он туда же! Хреново... Ну, думаю, ладно, раз нарывается - значит получит, я начну, а мои друзья подтянутся, помогут мне, они это дело любят. Правда, парнишка-то на вид очень даже крепковат, я ему в этом вопросе не ровня.

Не дав мне опомниться, он вдруг схватил меня и потащил к барной стойке. Странно! Это что-то совсем другое. Трудно разобрать слова пьяного, но я понял: он пытался мне сказать, что я ему нравлюсь и прочую неприличную ерунду. Только тогда я стал смутно припоминать этого паренька, которого весь этот вечер я видел у стойки. Он всё время сидел один, таращился на нас и делал много заказов. Где-то я видел его раньше и не раз. Теперь мне всё стало ясно: выпив, он осмелел и решился подойти ко мне. Прямо на ловца и зверь бежит!

Меж тем своим неоднозначным поведением мы уже заставили всех присутствующих в баре обратить на нас внимание, а это плохо. Надо было срочно спасать свою правильно ориентированную репутацию. А этот придурок всё не унимается: уже трясёт меня за грудки, что-то мычит, ещё чуть-чуть - и порвёт мне куртку. Пришлось ему врезать. Его плечо оказалось массивным и крепким. Я заценил это. Парня чуть откинуло от удара, но он не потерял равновесие, и это будучи сильно пьяным! Спортсмен, наверное, координация отличная. Мои друзья тем временем уже вскочили со своих мест и подбежали к нам. Дело принимало вовсе ненужный мне оборот. Пришлось подраться с ним, чтобы не дать ему выговориться, изрядно так наподдать ему. Мне повезло, что парень в тот день неплохо набрался, а так я бы с ним не справился.

Пытаясь встать, жалобно бормоча что-то, как во сне, с закрытыми глазами, мой новый знакомый валялся теперь у двери, к которой ещё несколько минут назад не подпускал меня. Не дав никому разобраться в том, что между нами произошло, я попросил своих коллег помочь мне донести тело избитого до моей машины, мол, довезу его до ближайшей больницы, и лучше один, чтобы было меньше шума. Так они и сделали. Когда я сел в машину, руки у меня тряслись, сам не знаю от чего больше. Во-первых, я пьяный сел за руль, во-вторых, хорошего человека помял ни за что, ну, а в-третьих, моя добыча на заднем сидении оказалась очень смазливой, к тому же этот парень сам ко мне приставал! Сам!

Парень полутрупом лежал в отключке - не из-за меня, а из-за алкоголя. Я отвёз его к себе домой, раздел, сунул в ванную и пошёл за аптечкой - ссадины обработать. Затем вернулся, а он как неподвижно лежал в ванной, так и лежит, только глаза у него открыты. Он на меня в упор молча смотрит и не моргает. У парня были грустные мокрые глаза цвета дорогого, выдержанного коньяка. Мне стало не по себе. Наверное, только через полминуты я пришёл в себя и стал его отмывать, рассматривать, а он всё смотрел на меня - как-то осуждающе и неотрывно.

Руки у парня были сильные, красивые, кисти разработанные с отбитыми на продолжительных тренировках костяшками. "Не очень уж ты и защищался в баре, парень! Хотел бы размазал меня по стенке - размазал бы", - подумал я. Он увидел то, как я разглядываю его руки, потом поднял на меня глаза и улыбнулся. За то, чтобы увидеть, как он улыбается, можно было бы, не думая, отдать жизнь! Только за это!

Может, тогда я впервые перестал жалеть о том, каким меня сотворила природа. По крайней мере, до утра...