Ключ. часть 4

Только лишь я начал входить в ритм движений, как Ирина Сергеевна оторвалась от влагалища своей сотрудницы и встала. Я сначала подумал, что делаю что-то не так, но взгляд начальницы мне все объяснил - она хотела раздеться, а заодно поменять позу.

Чтобы не пялиться на то, как она снимает одежду (тем более что это я слишком часто видел) , я подошел к раздвинутым ножкам Аннушки. Поле моей деятельности было очень хорошо подготовлено. Внешние губки были широко раскрыты, из щелочки сочилась смазка, Аннушка смотрела на меня со страстью и призывом. Я не заставил долго себя просить.

Через минуту Ирина Сергеевна, абсолютно голая, если не считать чулок, влезла на стол и опустилась на колени над головой девушки, однако не спиной ко мне, а лицом. Аннушке, чтобы достать языком до ее влагалища, пришлось запрокинуть голову, а самой Ирине Сергеевне - раздвинуть пальцами складки кожи. Вид, который передо мной открылся, был самым возбуждающим из всех, что я когда-либо наблюдал: тела двух весьма красивых женщин были повернуты ко мне, и я мог переводить восхищенный взгляд с мощного бюста Ирины Сергеевны на маленькую аппетитную грудь Анны Григорьевны. Но сцена, происходившая в центре композиции, привлекала мое внимание гораздо больше: большие губки влагалища были сильно раздвинуты, а длинный язычок Аннушки щекотал, лизал и трогал малые губки и клитор начальницы.

От наблюдения этой сцены возбудился бы, наверное, даже мертвец. Я лишь позже с удивлением отметил, что о движении собственного члена во влагалище Аннушки я просто забыл, выполняя его чисто механически, интуитивно. Я понял также великую истинность утверждения о том, что мужчины любят глазами. Я старался запомнить все детали этого захватывающего зрелища, чтобы потом вспоминать их, хотя бы во время удовлетворения супруги.

Женщины явно любят не глазами. Например, глаза Ирины Сергеевны были закрыты, зубы стиснуты, и сквозь них вырвалось так хорошо мне знакомое прерывистое дыхание. Мое восхищение этой строгой чопорной женщиной было столь велико, что я, повинуясь скорее сердцу, чем разуму, наклонился и поцеловал ее в открытые губы. Не поднимая век, она ответила на мой поцелуй, и через минуту наши языки уже сталкивались и терлись друг по другу, а мои руки жадно мяли ее груди.

Однако долго так продолжаться не могло. Голова привычно закружилась, где-то в глубинах организма закипело, и я, отстранившись от Ирины Сергеевны, стал кончать. Видимо, будучи к этому готовой, она наклонилась, схватила мой член и жадно проглотила его. Вся сперма, бурля, была высосана из меня ее умелой глоткой, а член вылизан до блеска.

Плохо соображая, на подгибающихся ногах, я отошел от стола и плюхнулся в кресло. Женщинам пришлось догонять меня, удовлетворяя друг друга в 69-й позиции.

Когда они кончили, я уже успел прийти в себя и успокоить дыхание

Это означало, что я вел себя, по меньшей мере, хорошо. Затем такой же благодарности удостоилась и Аннушка. Молчаливо поблагодарив работников за хороший труд, она стала, как ни в чем ни бывало, одеваться. Сеанс был окончен.

В течение оставшегося дня я пребывал в блаженном "отходняке". Правда, работалось гораздо легче: как-никак, месяцами копившееся напряжение от близости горячих девок и невозможности этой близостью воспользоваться, в тот день счастливым образом разрядилось. Раньше приходилось отвлекаться, как Бубликову из известного фильма, на каждую сотрудницу, теперь я стал гораздо больше времени уделять своим прямым обязанностям. Вот Татьяна Сергеевна прямо перед моим столом уронила бумаги и присела, открыв вид на темную щель между своими полным бедрами и светившиеся там, в темноте, белоснежные трусики. Раньше я был бы на час выбит из колеи этой сценой, а теперь я рассмотрел ее во всех подробностях, отметил ее достаточно равнодушно и тут же перевел взгляд на экран. Вот Оксана Николаевна, закалывая волосы, закинула руки за спину, и тонкая сорочка натянулась до опасности порваться, показывая кружевной лифчик и протыкающие его острые соблазнительные соски, при этом взгляд владелицы показательно равнодушен и направлен в сторону. Мой же взгляд привычно пробегает по безупречным формам ее бюста, но удовлетворенное либидо не взыграло, как обычно, и я вполне спокойно уткнулся в документы. Мне хватало жены и двух любовниц, чтобы мечтать о третьей.

Собственно, нечто подобное было достигнуто тогда, когда я впервые воспользовался ключом и стал вуайеристом. Однако тогда я чувствовал стыд, да и потом, удовлетворялся не нормальным сексом, а онанизмом, как школьник. Теперь все стало совсем по-другому. Пришли спокойствие за карьеру, уверенность в тайне от жены, сознание того, что в одночасье сбылись чуть ли не все мечты последнего времени.

Единственное, что омрачало счастье - поведение Аннушки. Она стала общаться со мной формально и недружелюбно, все попытки поговорить с ней заканчивались тем, что она молча уходила. Когда я все же застиг ее в коридоре, взял за руку и стал задавать вопросы, она яростно вырвалась и убежала.

Я не мог объяснить этой метаморфозы. Однако постепенно меня это даже перестало интересовать. Занимаясь сексом, мы целовались, обменивались комплиментами, ласкали друг друга - мы были любовниками, самцом и самкой, половыми партнерами. Вне секса мы почти не общались, а если и общались - сухо и коротко. Сотрудницы, разумеется, это заметили, но и это играло нам на руку: никто не мог предположить, что эти чужие, равнодушные друг к другу люди самозабвенно трахаются, как кролики.

Прекрасно понимая, что без конспирации такие встречи втроем быстро станут достоянием общественности, мы собирались вечером, когда все сотрудники уходили. Строго выполняя распоряжения Ирины Сергеевны, один из нас (по четным дням - я, по нечетным - Анна) выходили из офиса, всем видом показывая, что направляемся домой. Затем, наблюдая из скверика напротив, мы возвращались, после того как контору покидал последний сотрудник. Другой из нас в этот момент уже был в кабинете начальницы. Открыв дверь ключом, который мы загодя передавали друг другу, он присоединялся к паре.

Если раньше в течение рабочей недели я нагуливал сексуальный аппетит и затем в выходные отъедался на жене, то теперь мне удавалось кормиться в будни. Жена, по счастью, снижение моего аппетита не замечала.

На работе мы испробовали всё: все позиции, чуть ли не все виды секса, все виды треугольников. У меня не оставалось другого выхода, как приобщиться к куннилингу, и я даже стал в нем неплохим мастером, по заверениям любовниц. Более того, примерно на пятой встрече Ирина Сергеевна предложила мне анал, которым мы с женой, грешным делом, занимались регулярно. Что же касается Анны, то она по непонятным причинам категорически отказывалась пускать мой член в свою попку, хотя обожала, когда я щекотал ее языком.

А через несколько недель я испытал то, что вряд ли испытывала хотя бы десятая часть мужчин. Однажды, лежа на столе, я наслаждался минетом в исполнении Аннушки, одновременно пальцами лаская ее промежность и целуя соски начальницы, когда Ирина Сергеевна медленно отняла у меня грудь и слезла со стола. Через минуту ее нежные, но привычно настойчивые руки стали раздвигать мои бедра. Одно из них мешало Аннушке, она перемещала голову в направлении моего живота, пока наконец не сообразила переступить через мою голову одной ногой и разместить свою аппетитную мокрую щелочку прямо над моим лицом. Я уже собирался предаться ставшему привычным куннилингу, но Ирина заставила меня поднять и раздвинуть ноги, а затем... ее проворный язык проник в святая святых!

Даже Аннушка на несколько минут прекратила сосать, видимо, пораженная зрелищем! Честное слово, не будь Коростелева моей начальницей, я бы без церемоний отогнал ее от моей задницы, но здесь субординация, возбуждение и шок заставили меня промедлить, а потом возражения выглядели бы уже нелепо. Что же, пришлось преодолеть последний, наверное, барьер в сексуальных извращениях, и уже через минуту я нисколько об этом не жалел. Аннушка вскоре возобновила сосание, и я понял, что о таком и мечтать не мог: две красивые женщины, сталкиваясь лбами, всеми возможными способами ласкали все чувствительные точки моей промежности! Когда я кончил (а долго выдерживать такое вряд ли возможно) , то я высказал им обеим столько комплиментов, сколько не высказал за всю предыдущую жизнь. Анна стыдливо улыбалась, облизывая с губ сперму, а Ирина, манерно прикасаясь к губам салфеткой, лишь величаво кивнула, принимая благодарность как справедливо заслуженное...

Я не уставал поражаться самообладанию этой женщины. Она лизала зад своего подчиненного, испытывала по несколько оргазмов за день (ее дневные встречи с Полиной не прекратились) , при этом за все это время она так ни разу не улыбнулась...