Кукловод. Крымский фронт. часть 23

Сосновый бор на берегу большого крымского озёра возносил свои вековые, высокие коричнево-золотистые стволы высоко в небо. Зеленоватое серебро пушистых крон тихо шумит в вышине. Редкие белые облака на ослепительной голубизне майского неба неторопливо шествуют куда-то на восток. Ласковая легкая волна лижет жёлтый прибрежный песок. Светлый бор почти без подлеска не слишком мешал лёгкому ветерку проникать в себя со стороны озёра. Майская крыцмская жара здесь здесь ощущалась вполне терпимо. Птиц почти не слышно. Только где-то над головами постукивал дятел, да иногда с дерева на дерево перепархивали поползни. А может это были синицы? Да какая собственно разница. Под сенью этой благодати на мягком ковре из сухого мха и старой опавшей хвои с редкой травой расположилась большая компания разновозрастных бойцов, торопливо завтракающих. От полевой кухни тянуло запахом вкусной каши. Ну и конечно! "Наркомоские" выдавались всем!

Но вот наконец обе машины и "Эмка" политотдела. 1 Мая! Сразу митинг и парад. Красные знамёна и портреты Политбюро. Как-никак праздник, да и чтобы меньше доносов на меня было от вонючей трусливой шоблы политруков. Но после парада все остались в строю и достали "Боевые листки:

Будет людям счастье,

Счастье на века;

У Советской Власти

Сила велика!

Сегодня мы не на параде,

Мы к коммунизму на пути.

В коммунистической бригаде

С нами Ленин впереди!

Если дали слово,

Мы не подведем,

Солнце новой жизни

Мы на земле зажжём!

Мехлис естественно стал орать, что с ним не согласовали текст, но быстро его остудил:

- Кто ты такой? - он аж глаза выпучил и поперхнулся. Чего ты орёшь, как спекулянтка на базаре? Я его согласовал с товарищем Сталиным по "ВЧ". Ему понравилось!

Мехлис так и остался стоять с выпученными глазами и открытым ртом... А я позвал представителей наших артиллеристов и вот второй "Листок":

Горит в сердцах у нас любовь к земле родимой,

Мы в смертный бой идем за честь родной страны.

Пылают города, охваченные дымом,

Гремит в седых лесах суровый бог войны.

Артиллеристы, Сталин дал приказ!

Артиллеристы, зовет Отчизна нас!

Из многих тысяч батарей

За слезы наших матерей,

За нашу Родину! Огонь! Огонь!

Великолепно! Аж мурашки по спине - так красиво и грозно спели.

Потом начался "турнир" - я предложил всем задавать мне вопросы. Потом мои ответы отразятся среди остальных бойцов - тут были представтели всех полков. Тут конечно крутилась и коварная Клэр. Ксюша переводила ей некоторые мои ответы, когда давал ей знак, а уж Шарлота в стиле испорченного телефона переводила на английский.

- Насчёт "СВТ"... Немцы нашими "СВТ" награждали своих лучших стрелков. Вот так. далее.

Немцы с удовольствием брали себе трофейные «СВТ», даже вооружали ими свои части - самозарядные винтовки. И магазины на 10 патронов... Иногда немецкие пехотинцы перекупали «СВТ» друг у друга, и цена доходила до ста пятидесяти рейхсмарок, месячного жалованья унтер-офицера. Вот так, мои дорогие бойцы... Наши "СВТ" пока лучшие в мире - ни у кого пока таких нет.

- Вот этот непонятный полк в оливковой форме - это итальянцы. Их прислал дуче, как его называют, то есть Бенито Амилькаре Андреа Муссолини. Сначала итальянские военнослужащие, направленные диктатором Муссолини на помощь Гитлеру в СССР, назывались итальянским экспедиционным корпусом, и численность его составляла 54 тысячи человек. Корпус состоял из трёх дивизий – 52-я пехотная «Торино», 9-я пехотная «Пасубио» и 3-я пехотная «Челери».

- Ну что, мои храбрые герои - 3-я пехотная «Челери» уже расформирована. Наши ловкие и меткие девушки-снайперы выбили весь их командный состав, а наши пулемётчики лупили их в хвост и груву, - я вызвал к себе пятерых пулемётчиков. Медали "За боевые заслуги". Как парни были довольны.

Все девушки-снайперы были награждены медалями "За отвагу". И я им тихонько, мол не забудьте зайти в финотдел. Сразу кинулись меня целовать, а все бойцы сразу зааплодировали от души.

- Далее. Немцам выдавали аптечки, содержащие амфетамин в таблетках. Препарат должен был применяться при ранениях для обезболивания, но его применяли и для повышения выносливости, снятия чувства страха. Вот почему они так лихо пёрлись на наши пулемёты вместе с итальяшками. Почему я разрешал немецким санитарам забирать своих убитых? Так подумайте сами - что будет, если они тут полежат неделю... Поняли! И ещё - увидев, сколько вы, храбрые и меткие ребята их тут завалили, остальные теперь будут "скромнее", - хохоту было.

- Вот теперь перед вами выступит товарищ Мехлис, вон аж подпрыгивает... А я еду в Севастополь, меня ждёи адмирал Октябрьский.

Моторы "БА-10" и остальных машин охраны вскоре зарычали и мы рванули в город Севастополь. Мои красавицы Елизавета и Анастасия уже сидели в "Додже".

В Севастополе я вытупил перед моряками в ДК флота. Вопросов было много, многие хотели воевать на фронте, но я сильно охладил всех - дисциплина строжайшая. Только по моим приказам! Если какой идиот поднимет бойцов без команды на немецие пулемёты - будет расстрелян. Вот свидетель в первом ряду. Майор поднялся к микрофону и рассказал, что там воюют по-новому. Но очень эффективно, мол он был просто поражён. Потом стали расспрашивать про мои стихи (вот она, популярность!). А я предложил послушать моих красавиц. Только аккомпаниатора нет.

Тут же на сцену поднялся молодой моряк на костылях. Отставив костыли, он сел за рояль - настоящий виртуоз. Девушки запевали, а он сразу подбирал мелодию. Всем понравились песни, особенно "Марш комбригад". И тут - новинка сезона, шуточная песня "Ищу мужа":

Подруги замужем давно,

А я о принце все мечтаю.

Его я видела в кино,

А в жизни как найти не знаю.

Чтоб не пил, не курил и цветы всегда дарил,

В дом зарплату отдавал, тещу мамой называл.

Был к футболу равнодушен, а в компании не скучен,

И к тому же, чтобы он и красив был и умен.

В газеты обращалась я

И мне оттуда отвечали,

Бывают разные мужья,

Но вот такого не встречали.

Чтоб не пил, не курил и цветы всегда дарил,

В дом зарплату отдавал, тещу мамой называл.

Был к футболу равнодушен, а в компании не скучен,

И к тому же, чтобы он и красив был и умен

Хохот и аплодисменты не стихали минут десять. Когда мы шли из зала, нас все благодарили за чудесный концерт - совсем в это время люди не избалованы. И тут подлетает красавица-связиста и предлагает взять её на фронт. Ну я и выдал:

- Таких красавиц на нашем фронте не было. Но... Есть одно "но". Боюсь, милая прелесть, что я не дойду живым до машины, твои женихи и ухажёры просто пристрелят меня - весь зал хохотал. А если серьёзно, собирайте добровольцев и на фронт. Повоюем! А такие связисты нам нужны, мы отбили у немецких диверсантов, которые были отправлены убить командующего фронтом, много радиостанций. Вы же видели какие у меня охранники! Так что ждём всех добровольцев!

Клэр была в восхищении, но не от концерта, а от моего подарка. Этот крупный перстень, закрывающий фалангу пальца. Его венчал двадцатикаратный бриллиант изумительного и редкостного серо-дымчатого оттенка. Бриллиант будто светился изнутри. Заодно я вручил ей пакет - передать в Москве. В следующую ночь "Ли-2" отвезёт их с Шарлоттой в столицу. Она глаз от перстня не отрывала... Но Клэр какая коварная!

Она попросилась спать со мной. Я приложил палец к губам - чуть позже. Нас устроили в аппартаментах адмирала - не ехать же ночью обратно. А я по "ВЧ" доложил Хозяину о митингах, параде и концерте. Всё же праздник! И рассказал ему ситуацию с Клэр. Тот посмеялся и сказал, что настоящий мужчина всегда готов... Даже с некрасивой английской леди...