Кузены. часть 9

Туман. Такой густой, что не было видно собственного тела. Какие-то вспышки света, отдельные голоса и отголоски, звуки фанфар, ржание коней... Иногда рядом раздавались чьи-то шаги. Странное чувство, словно тела не было... И вдруг это все начало отдаляться и Алина открыла глаза.

Изображение было размытым, но затем начало приобретать очертания. Она была в своей комнате. Над ней склонились отец, Эрик и голубоглазая эльфийка, которую она не знала. Они смотрели на нее взволнованно, и затем с огромным успокоением.

Алина попыталась что-то спросить, но у нее не было сил. Она закрыла глаза и провалилась в глубокий сон.

Троица с минуту взволнованно смотрела на нее, бледную с глубокими тенями под глазами, пока не убедилась, что девушка дышит.

Прошлые два дня прошли в приготовлениях к реанимации. Луна кружилась, как пчела, изготавливая различные зелья и кремы, но в день, когда Эрик снял с сестры заклинание, все сильно нервничали, боясь, что она умерла. Однако Алину удалось вернуть к жизни. Эльфийка, ощущающая нежить, выдохнула с облегчением, когда увидела, что Алина нежитью не стала.

Девушка спала беспробудно сутки, а затем к ней начали возвращаться силы. Благодаря мастерскому лекарству Луны, она быстро шла на поправку. Рана на плече быстро затягивалась, и так же быстро возвращались силы. Уже на третий день она была способна подняться с кровати, удерживаемая отцом и двоюродным братом.

Однако она все еще была слаба, чтобы долго ходить, и Луна проводила с ней много времени. В основном они просто сидели рядом и читали, иногда перебрасываясь парой-другой фраз или же с воодушевлением обсуждали книги. Алина не помнила, что произошло, и все старались ей об этом не напоминать.

Но однажды до нее не донеслись обрывки разговора между отцом и Эриком об орках, когда они шли в ее комнату по коридору. Алина уставилась в книгу невидящим взглядом, вмиг вспомнив, что с ней произошло.

— У меня добрые новости, госпожа Луна, — сказал Вилхелм, войдя в комнату. — Ваш отец прибудет сюда через неделю. Нам надо обсудить некоторые детали его приветствия.

Луна улыбнулась и вышла, оставив свою книгу.

Эрик посмотрел на кузину:

— Ты в порядке, сестренка?

Алина коротко кивнула, не отрывая взгляда от книги. Эрик обеспокоенно подошел и положил ладонь ей на плечо. Алина дернула плечом, скидывая руку.

— Да, братец, я в полном порядке, — сказала она неестественно дружелюбным голосом и подняла на него глаза. Глаза были такими пустыми, что он отшатнулся, увидев эту странную метаморфозу. — Можно мне побыть наедине с книгой?

— Ты правда в порядке?

— Да, я в полном порядке, — мягко отозвалась Алина. — Просто книга захватывающая... Не терпится узнать, что будет дальше... Если ты не против.

— Конечно, — ответил маг, с сомнением глядя на нее. — Береги себя

Луна шла по коридору к нему навстречу. Увидев его, она доброжелательно улыбнулась и поспешила поделиться, что ее папа приезжает через неделю.

— Это отличные новости, — согласился Эрик. Луна тихонько взвизгнула от радости и обняла его, но в тот же миг, смутившись своей наглости, отпрянула. — Мои поздравления...

— Благодарю, сэр, — кротко произнесла Луна.

Эрик подошел к ней ближе и понизив голос, произнес:

— Алина немного не в себе...

— Я посмотрю, что смогу с этим сделать, — пообещала Луна. Последовали легкие поклоны, и они разошлись.

Эльфийка прошла к своему креслу и села. И стала наблюдать. Алина сидела, не шевелясь, и просто смотрела в книгу.

— Алина, вы в порядке?

Девушка не ответила. Луна увидела, что на страницы книги капают слезы.

— Алина, что-то случилось. Скажите мне, почему вы плачете? — спросила она, подойдя к подруге.

Алина повернулась и взяла Луну за руку, умоляюще посмотрев на нее:

— Пожалуйста, скажи, что никто не знает о том... что произошло в пещере...

Все стало понятно. Она вспомнила. Стараясь сохранить спокойствие, эльфийка покачала головой:

— Об этом знаю только я...

— Они не поймали орков?..

— Поймали...

На лице девушки появилось выражение беспокойства и страха:

— Они расскажут... как я буду жить, зная, что другие знают о моем унижении...

Луна закусила нижнюю губу и смотрела с минуту в пол. Затем подняла глаза и тихо прошептала, чтобы никто посторонний случайно не услышал:

— Вам не надо об этом беспокоиться... Их поймали. И я замутнила им память... Они не помнят ни о вас... ни обо мне...

На лице Алины появилось выражение невероятного облегчения, словно гора упала с плеч. Она заплакала, улыбаясь, и обняла Луну:

— Спасибо за это... Ты настоящий друг.

Луна приобняла девушку в ответ.

— Об этом никто не узнает, если вы того не пожелаете, — пообещала она.

Пару дней спустя Алина окрепла настолько, что могла вставать с кровати и ходить. Лекарства и исцеляющая магия помогали ей быстро заживить раны, у нее восстановился здоровый цвет лица, и на щеках заиграл живой румянец. Но хотя ее физическое здоровье входило в колею, ее душевное состояние очень беспокоило близких.

Девушка сидела у окна и безжизненным взглядом смотрела в никуда. Несколько раз Луна заставала ее, прикладывающую нож к запястью и отрешенно рассматривающую его. Когда на Алину надавили, сказав, что ей необходима помощь, она лишь отмахнулась, и объяснила, что просто не высыпается.

Девушка избегала общения со всеми, даже с Луной.

Глядя на нее, Эрик тоже ходил сам не свой. Он пытался поговорить с кузиной, но она лишь отмахивалась от него, и беспечно говорила, что все в порядке, и его вины ни в чем нет. Однако когда он пытался подойти к ней ближе, чем на расстояние вытянутой руки, она всегда находила вежливый предлог держать дистанцию.

На наводящие вопросы отца и кузена, если она вдруг вспомнила что-то, девушка отвечала недоуменным взглядом. Алина понимала, что они догадываются, что она может помнить об орках, и поэтому, чтобы оградить себя от ненужного внимания, она стала вести себя более жизнерадостно. Но Луна прекрасно понимала, что может переживать эта девушка.

За день до приезда ее отца, светлейшего князя Добромира, она пришла к двери ее спальни и постучала. Алина сидела в кресле, подобрав под себя ноги, и читала книгу.

— Войдите, — сказала она, не отрываясь от чтения.

— Это я, — представилась Луна, заходя внутрь. — Как ваши дела?

Алина отложила книгу.

— Нормально.

— Вы ведь понимаете, что Эрик и отец не дураки, и прекрасно осознают, почему вы такая подавленная.

— Они не знают этого наверняка... — Алина захлопнула книгу. — Что мне делать? Я не могу так больше жить! Эти воспоминания убивают меня... Иногда мне кажется, что лучше бы я умерла.

— Не говорите так, прошу вас... Вы не представляете, как они вас любят.

— Любят, — со злой усмешкой повторила девушка. — Отец любит. А Эрик...

— Конечно он вас любит, — возмущенно возразила Луна. — Он не находил себе места... И до сих пор во всем винит себя... Если на то пошло, то вы должны меня винить во всем, ведь это я оказалась в неподходящем месте в неподходящее время... Если бы все можно было вернуть назад, я бы ни за что не сбежала... и вы были бы в порядке...

Алина грустно хмыкнула.

— Я не жалею о твоем спасении... Но и если бы мы не встретили тебя, он все равно разбил мое сердце.

Алина набралась отчаянной решимости и без утайки поведала эльфийке об отношениях с Эриком, и о том, что была влюблена в него сколько она себя помнила. Под конец истории Луна сидела и отчаянно боролась с желанием расплакаться.

— Я вас так хорошо понимаю, — сказала она, вспомнив свою личную историю неразделенной любви к одному прекрасному воину. — Но кто никогда не падал, никогда не поднимался...

— А я не хочу помнить о своем падении, — резко ответила Алина, но тут же сменила тон: — Прости... Это глупо, да?... Ведь столько людей проходят ...