Маньяк. часть 1

С Ленкой я познакомился чуть более месяца назад в летнем кафе, куда я зашел выпить кружечку разливного пива после жаркого рабочего дня. Ей не хватало несколько рублей на банку холодного джин-тоника, я добавил, и уже часа через три мы валялись пьяненькие на моей большой кровати - никакой романтики, все до неприличия банально. Да мне и не хотелось никакого амура: я совсем недавно развелся с женой, и еще не успел оправиться от сопутствующей данному мероприятию психологической травмы. А Ленка оказалась очень кстати, и великолепно заполняла сексуальный вакуум моей холостяцкой жизни. Человеком она была странноватым, начиная от внешнего вида и кончая поведением. Высокая и худая, почти плоскогрудая, с короткой мальчишеской стрижкой и большими зелеными глазами - не красавица, но очень обаятельная девчонка. По типу характера она была ближе к холерику: на месте ей никогда не сиделось, все свои решения она принимала в считанные секунды, бурно на все реагировала. Но главное ее достоинство было в том, что грустить она, казалось, не умеет. На любые неудачи в жизни она махала рукой, и весело матерясь, могла поражение обратить в победу, а улыбка была постоянным атрибутом ее лица. Именно такой человек мне и нужен был тогда. И нельзя не отметить еще один важный для меня пункт: несмотря на свое легкомыслие, Ленка была патологической чистюлей. Принимала душ по нескольку раз в день, и утром и вечером чистила зубы, а находясь в моей берлоге, по собственной инициативе отдраивала полы и намывала горы грязной посуды в мойке.

В сексе она была такой же неугомонной и непредсказуемой. С легкостью соглашалась на любые новшества и эксперименты, осыпала меня восхищенными эпитетами и поцелуями, и, в то же время могла без объяснения причин пропасть на пару - тройку дней. Но ее объяснения мне были и не нужны, поскольку серьезных отношений я с ней строить не собирался, равно как и она со мной. Это был как симбиоз - полезное сожительство двух организмов. Но речь сейчас не об этом.

В один прекрасный вечер мы с Ленкой сходили к кому-то в гости, весело посидели в дружеской компании, и отправились в мое холостяцкое логово. Легкое опьянение и присутствие молодой девушки возбудили во мне сексуальное желание. Едва мы переступили порог моей квартиры, я обхватил ее сзади и, положа ладони на ее небольшую грудь начал осыпать хрупкую девичью шею поцелуями. Она немного подергалась, потом повернула голову ко мне, и наши губы встретились. Целовались мы долго: то ее длинный язык хозяйничал в моем рту, то я покусывал и обсасывал ее губы до тех пор, пока они не начинали холодеть от нарушения кровооттока. Руки мои в это время тоже не бездействовали и ощупывали не ведавшую лифчика грудь и лобок, который я освободил от плена облегающих джинсов. В конце концов, мы тут же, на пороге разделись догола и наперегонки кинулись в ванную

По острым маленьким соскам намыленная рука скользила с особым удовольствием, а сама грудь, хоть и была маловата для взрослой девушки, но отличалась завидной упругостью. Намыливая плоский животик с глубокой ямкой пупка, моя рука соскальзывала все ниже и ниже, к гладко выбритому лобку. Как мне объяснила Ленка при первой нашей встрече, летом она всегда бреет промежность, устраивая там "пустыню" , а зимой - отращивает "джунгли". Чудачка! А руки мои уже были заняты изучением ее внутреннего мира: намыленные пальцы легко проникали то в горячее влагалище, то в узкий анус, с трудом протискиваясь меж упругих ягодиц. Теперь настала очередь поменяться ролями. Я смывал с нее мыльную пену, а она занялась моей интимной гигиеной. Мой возбужденный половой орган она намыливала с особой тщательностью, стараясь не пропустить ни одного квадратного миллиметра его поверхности. Особую нежность она проявила в обработке головки и крайней плоти моего инструмента, которому уже требовалось нечто большее, чем просто легкие поглаживания. Наконец, закончив помывку, мы одновременно выскочили из ванной, заливая пол стекающей с нас водой, наспех вытерлись одним большим пушистым полотенцем, и отправились на кровать.

Здесь, не то, что в тесной ванной, было, где развернуться. Вот мы и развернулись: я к ее выбритому лону, а она к моему жаждущему действия члену. При этом я лежал на спине, а Ленка стояла надо мной в колено - локтевой позе.

Чудесный вид, представший пред моим взором, подтолкнул меня к активным действиям, и мой язык сноровисто заскользил промеж выбритых складок ее половых губ, захватывая и анус, и лобок, и внутреннюю поверхность бедер. Лобок оказался не настолько гладко выбрит, как мне показалось под душем: начавшие отрастать волосики покалывали и щекотали мой язык. Не сильно обратив на это внимание, я подключил к ласкам свои руки: переключив основное внимание оральных ласк на Ленкин клитор, принялся погружать пальцы в ее истекающее соками влагалище. От удовольствия Ленка завиляла задом, поглубже насаживаясь на мои пальцы, и, наверное, застонала бы от наслаждения, если бы уста ее в тот момент были свободны от моего члена. Но ствол моего органа, почти до самого основания находился в глубине ее рта, а голова Ленки совершала возвратно-поступательные движения. Тут я почувствовал, что она начала выбиваться из ритма, а амплитуда вращения попки увеличилась. Я усилил нажим языка на ее клитор, активизировал движения пальцев внутри ее тела. Ленку затрясло, спина выгнулась, и, издав сдавленное мычание, она обмякла. Но, через несколько секунд, она снова взялась ласкать мои гениталии. Я же теперь мог спокойно насладиться своими ощущениями внизу живота, где трудилась Ленка, и ласкал ее раскисшее междуножье лишь ради собственного удовольствия. Вскоре и я стал приближаться к пику сексуального блаженства, особенно после того, как заботливая Ленка подключила к ласкам обе руки: одной ладошкой она двигала по стволу члена, а другой ласково поглаживала яички. Еще мгновение, и я, содрогаясь от оргазма, освободился от излишков семени в трепещущий ротик девушки!

Я все еще лежал на спине, не меняя позы, а Ленка уже сидела подле меня, перебирая волосы на моей груди, как мартышка в зоопарке у своего сородича, и болтала о какой-то ерунде. Ее я не слушал, но тут она быстро меня поцеловала, и со значимостью сказала: "Знаешь, Серёжка, а ведь меня "там" язычком почти никто не ласкал". Не сразу поняв смысл фразы, я засмеялся: "Что значит "почти"? Это знаешь, шутка есть такая "Немного беременна"! Она ущипнула меня, словно обидевшись, но продолжила: "Просто это было давно, и... Все как-то не так было..." Она замолчала. До этого момента я лежал с закрытыми глазами, но тут, почувствовав, что в Ленкином голосе произошли изменения, взглянул на нее. Удивительно, эта веселая балаболка сидела с увядшим лицом, грустными глазами и опущенными уголками рта! Меня разобрало любопытство. "Знаешь, мне по барабану до твоих "бывших" , но тут, я чувствую, какая- то интересная история. Рассказывай!" Помолчав, Ленка уселась по удобнее, обхватила колени обеими руками, и, уставившись на узор настенного ковра, тихим голосом поведала дивную историю.

"Я не помню, в каком классе тогда училась, но было мне лет двенадцать. Только что начался учебный год, а из трех туалетов в школе два были все еще на ремонте, и работал только один. Несколько раз я пыталась сходить туда справить малую нужду, но там всегда было много народу, кругом грязь, и посещение данного заведения было мне крайне неприятно. А дорога домой у меня проходила через сквер городской больницы, до которого мы доходили с моей одноклассницей Галькой Филиппович, но дальше наши пути расходились. В этом сквере всегда было малолюдно, а обилие густых кустов натолкнула меня на мысль, не терпеть до дома, а справить нужду здесь. Я нашла подходящее место: в глубине растительности, был тихий уголок, образуемый с одной стороны глухой стеной хозблока, а с другой - кирпичным забором. Вот в этом уютном месте, на свежей травке, я и облегчилась. Теперь я писала там ежедневно.