Младшая. часть 2

Как мне казалось, все должно было получиться легко и принести новые ощущения. Но никакие вспомогательные средства мне не подходили, было больно. А я с упорством мазохиста, продолжала каждый раз эксперименты со своей пятой точкой. Ничего не получалось, толи из-за моей порывистости, толи из-за того, что сама стремилась руководить процессом... ... Мы опять в постели, я курю после очередной неудачной попытки проникновения в мою попку. — Даш, зачем ты это делаешь, если тебе не нравится? Даник отбирает у меня сигарету и затягивается. — Мне нравится, просто больно.

Я заваливаюсь на брата и делаю фрикции имитирующие половой акт. Он перехватывает меня, накрывая своим мощным телом, целует меня в нос. — Давай я сам все сделаю? — А мне что делать? — Получать удовольствие. В его глазах бегают чертики, будто он знает секрет. Он целует меня, ласкает каждый сантиметр моего тела и я таю. Его ласки превращают меня в желе, его нежность отзывается во мне волной обжигающих мурашек. Его губы мягкие и вкусные, его прикосновения горячие и легкие, поцелуи влажные и агрессивные. Моя грудь ноет, внизу живота появляется приятная тяжесть, я выгибаюсь навстречу его рукам, мое тело говорит с ним, вторит его шепоту...

Он вылизывает и сосет меня, пьет мою суть и когда я, срываясь на стон, начинаю падать в никуда, Дан подхватывает меня и укладывает на комод, наклоняется и очень нежно целует, потом переворачивает на живот и проводит рукой по позвоночнику, я прогибаюсь, и приподнимаю попку. Даня входит в меня и медленно, очень медленно делает толчки, это обалденно приятно, я двигаюсь в такт. Круговыми движениями он ласкает мне анус, я люблю эти ласки, они еще больше возбуждают. Через какое-то время я чувствую, как он пальцем проник ко мне в попку и продолжает массировать ее уже изнутри, растягивая меня. Это не больно и добавляет новых ощущений, его толчки становятся более глубокими и резкими, я начинаю ловить волну. — Да, еще, Даничка, еще, я сейчас... — О, нет малышка, ты не сейчас.

Дан выходит из меня, переворачивает на спину, широко разводит и задирает мои ноги. — Держи. Я хватаю себя под коленки, а он продолжает трахать меня пальцами, другой рукой ласкает клитор, его рот приоткрыт, нижняя губа припухла и подрагивает, он следит за своими движениями, это так сексуально, что мне хочется съесть его, а манипуляции опять подводят меня к точке невозврата и в этот момент, он толкается ко мне в попку. Я чувствую легкий дискомфорт, но боли нет, потому что я начинаю кончать, меня выносит из реальности волной оргазма, а он проникает в меня еще одним толчком и еще одним, еще глубже. — Тшшш — на тихом выдохе. — Мгммм-выстанываю в ответ, не пришла еще в себя.

Даня не двигается, он гладит мое тело, давая привыкнуть к новым ощущениям. Он что-то делает своими руками, совершенно невообразимое и такое приятное, что мне не хватает воздуха, а он отстраняется и снова толкается ко мне бедрами

Оно такое тягучее, как патока, я вязну в нем, мне не хватает жесткости. И он чувствует, понимает, перехватывает мои ноги, кладет к себе на плечи и держа за бедра начинает трахать мою попку, член скользит внутрь, вызывая всхлипы вперемешку с его хриплым дыханием, снова внутрь, снова, так горячо, что срывает крышу. Его пальцы опять у меня в киске, с каждым толчком он будто подтягивает меня к себе еще ближе, что это сводит с ума и меня накрывает. — Вот так, да, давай моя девочка! Я рассыпаюсь на осколки с таким звоном в ушах, что слышу его еще некоторое время после. Дан запрокинув голову втягивает в себя воздух сквозь сжатые зубы, ускоряется, его движения отдаются влажными шлепками, еще один сильный толчок и брат подается ко мне всем телом, кончает с глухим стоном...

Вот с того момента я научилась расслабляться и получать удовольствие от анального секса, испытывая самый яркий оргазм.

Мы так увлеклись друг другом, что потеряли бдительность. Я не задумывалась в то время, что мы делаем что-то неправильное. Да и как правильно? Я воспринимала Даню, как самого родного и любимого мужчину. Да, я хотела его всего, полностью. Этот ураган был сильнее меня, мне хотелось все время прикасаться к брату, быть с ним рядом, видеть его, чувствовать. И это конечно стало заметно постороннему взгляду. Нет, можно было все списать на разлуку, на то, что мы соскучились по-родственному, но все же, видимо чувствовалось что-то еще. О том, что дядя Витя нас заподозрил, мы узнали слишком поздно... За две недели до моего отъезда, мы обедаем у родителей Данилы, моего дяди с тетей. За столом я смеюсь, рассказываю про нашу поездку в Петродворец. Мы перебиваем друг друга, я улыбаюсь, смотрю на брата. Дядя Витя, молчит и очень сосредоточенно смотрит на нас.

— Дашунь, останься у нас на пару дней, мы с Мариной тебя и не видели почти. Побудешь с нами, мы же тоже соскучились. Дядя Витя смотрит на тетку, приглашая ее в разговор. — Да, Дашенька, оставайся у нас, дай Даниле вздохнуть, побудь и с нами. Тетя Марина смотрит на Даню и улыбается. — Даша мне не мешает. Дан хмурится, ковыряясь в тарелке. — Ну это не совсем нормально, ты уже месяц с Дашей, а когда личные дела устраиваешь? — дядя Витя шевелит бровями, чтобы мы все поняли намек, какие дела там у Даньки. — Хорошо, я останусь.

Я соглашаюсь слишком поспешно, только бы прекратить этот допрос намеками... Два дня я провела время вместе с родителями брата и нам не удавалось побыть вдвоем, я бесилась, но виду не подавала. А потом, мы со всеми родственниками поехали на дачу, к бабушке, на все выходные. Приехали в пятницу, после обеда. Было здорово, стояла хорошая погода, природа, озеро, все прелести загородной жизни. Спали мы раздельно и ночью я вся извелась. Мне хотелось пробраться к Даньке и будь что будет. Но постоянно кто-то ходил, а потом я уснула, планам моим не суждено было осуществиться. В субботу решили готовить шашлыки в саду и начались приготовления. Пришли знакомые ребята с которыми мы играли в детстве, было весело и шумно. Я что-то делала, с кем-то говорила, но кожей чувствовала когда брат на меня смотрит, а когда мы встречались глазами, его взгляд обжигал до мурашек.

Мы сидим за столом, Даник напротив меня, чуть левее, разговаривает со своим другом детства. Рядом со мной сидит другой наш товарищ и болтает всякую чепуху, все уже немного навеселе. Я перехватываю взгляд Даньки и какое-то время смотрю на него в упор, его глаза вспыхивают серой грозой, темнеют, меня затягивает в них и я отвожу взгляд. Тут раздается сигнал сообщения на сотке и я почти подпрыгиваю от неожиданности, открываю телефон — Даник: «Я думаю о твоих губах на мне.»

Горячая волна приливает к лицу, я опять смотрю на него, беру кусочек еды руками, кладу в рот и начинаю облизывать пальцы. Дан застыл, он буквально съедает глазами мои движения, а я наслаждаюсь этим зрелищем. Брат подскакивает с места и уходит в направлении дома. Снова сообщение — Даник: «Еще раз, и я разложу тебя прямо тут, на столе. Иди в дом.» Я стараюсь незаметно улизнуть из-за стола, бегу в дом, там тихо, все на улице кроме нас. Возле лестницы на второй этаж брат перехватывает меня, берет под мышку и тащит в бабушкину спальню. Прижимает меня к стене, тут же, за дверью.

— Блядь, Даш, что ты делаешь? — он смотрит мне в глаза, но я не понимаю о чем его взгляд. — Что? Я просто... — Хочу тебя. — Его голос низкий, глубокий, оглушает. Я не успеваю соображать, он целует меня сильно, почти болезненно, въедается в меня, вылизывает. Когда он так делает, я теряю реальность, мир растворяется и есть только он — горячий, живой, мой. — Я соскучился-он шепчет мне в шею, соскальзывая губами к ключице — Хочу в тебя, сейчас Дашка. И как в подтверждение толкается ко мне бедрами, у него стоит.

Я вцепляюсь в него, кровь стучит в ушах, кружится голова. Начинаю облизывать его, там где достаю, стаскиваю с него футболку,...