Остров. глава вторая: это вампиры или женщины без мужчины?

— Мы сейчас. Мигом. — Мари, а именно так между собой звали самую старшую, приветливо улыбнулась. — Всё-таки гость. Надо, так сказать, соответствовать.

— Ничего, ничего. — В ответ я улыбнулся, как можно, ласковей. Она тут рулит всем, она всё определяет, а отсюда главное — быть с ней в хороших отношениях. — Я подожду.

— Ветер! — Милена выскочила из комнаты, уже переодевшись в платье. Такое смешное платье с чуть пухлой пачкой юбки, практически невесомым верхом из тончайшей ажурной ткани. — Ветер! Давай, сторожить!

Пёс нехотя встал, с тоской посмотрел на меня, вздохнул, пошёл к двери. Я пошёл следом. В кузове лежала бутылка коньяка, прихваченная из офисных запасов ещё при отъезде, о которой я забыл, а теперь вспомнил и хотел поставить на стол. Лучше бы поставить вина на стол. Только где его взять? Отсюда сам напрашивался вывод — давай, что есть, а там кто захочет, тот и выпьет.

Закрыв дверь за собакой, Милена прижала меня к стенке, схватила за руку, направила вниз, под пухлую пачку юбки. Пальцы скользнули по голым бёдрам, проскочили по шёлку волосков. Она без трусов? Видя, как вытянулось моё лицо, эта соблазнительница потянула меня к себе.

— Мы все такие будем. — Она шептала жарко, сжимая мою руку, не отпуская от волосков. — Но помни, только когда Мари скажет только тогда. И первая она. Что захочет, то и делай.

— Вы решили меня сегодня...

— Тс! — Она оглянулась. — Мы тебе сюрприз приготовили. К нам мужчина так редко заезжает. Тем более, такой. — Она поцеловала меня, впустив свой яд в мой и без того воспалённый от желания мозг. — Нам-то совсем мало надо. Только чуть-чуть твоей ласки.

— Всем трём? — Я улыбнулся. — Согласен, даже если умру под вами. — Я поймал её ушко губами. — Или на вас.

— Брось. — Она погладила ухо, улыбнулась. — Дурак.

— Ага. Как не стать дураком при таких красавицах?

— Да? — Неожиданно она застеснялась, одёрнула платье, расправила его, расположив вертикальные волны ткани в порядке известном только ей. — Пошли.

Бутылка коньяка встала рядом с бутылкой шампанского, парой бутылок вина. А у них с собой было? Гм. Запасливые! Сев у трещавшей печки, я погрел неожиданно похолодевшие руки. За спиной шелестела ткань, кто-то пробегал, стуча каблучками, из комнаты доносился смех. Радостное настроение. Ох, как я их понимаю!

Светлана вышла в таком платье, что я невольно сглотнул слюну. Мерлин Монро отдыхает! Даже нет, рыдает в подушку на своей вилле! Такой осиной талии, подчёркнутой этим лаковым ремешком, я не видел никогда. А вырез только усиливал впечатление. Вышедшая из своей комнаты Мари добила меня своей лаконичность и откровенностью. Её тугое тело, обтянутое скромным чёрным платьем, просто говорило мне — «бери»

Хотя, как мне было видно, там были джунгли, рельефно выпиравшие на платье, конкурируя с сосками, не менее ярко претендовавшими на объект внимания.

— Милости просим за стол. — Она прошла мимо меня, ведя за собой шлейф таких запахов, что я невольно привстал, сделал пару шагов к столу, сам того не замечая.

— Начнём? — Она обвела севших за этот квадратный стол, удивительным образом вместивший и нас четырёх, обильные закуски, выпивку, свечки, ещё что-то такое.

— Что наливаем? — Я поднялся, соображая как удобней обойти их всех. Ухаживать надо за всеми.

— Думаю, что сначала надо употребить шампуня. — Мари облизнулась. — Давно не пила его. Очень давно. Тем более, налитого мужчиной.

— Тогда шампанское! — Я прихватил бутылку. Сколько я его открывал за прошедшее время? Если не тысячи, но сотни точно. Бутылка послушно вздохнула, зашипела, отпустила пробку.

— Мастер! — Мари улыбнулась, протянула бокал. — Давай, наливай, Серёжа! Давно за нами никто не ухаживал!

Пока я, наливая в бокалы, обошёл стол, в мою рюмку налили коньяк. Когда они успели открыть бутылку и налить, было не понятно, но я поднял рюмку.

— Извините, можно я скажу? — Глаза Миры сузились, она кивнула разрешая. И замерла, смотря куда-то вбок. — Я хочу поблагодарить судьбу, что она мне предоставила такой шанс встретиться с такими богинями. — Льстить, так льстить! Тем более, я, на самом деле, считал сидевших рядом женщин красивыми. — И выпить за вас. И пожелать вам такого женского счастья, которое вы хотите получить. И чтобы оно осуществилось! За вас милые красавицы!

— Да. — Мари встала, не одёргивая платья, задравшегося на бёдра, и сейчас чуть-чуть прикрывавшего бугорок волнистых волосков. — Спасибо тебе, Серёжа. Иди я тебя поцелую за это.

— За счастье! — Две другие девушки встали, потянулись чокнуться.

— За счастье! — Ответил я им, смотря в глаза Мари. Что-то мелькнуло в них, еле уловимое, призрачное, от чего внутри меня всё сжалось, а член стал ворочаться. Прямо ужин вампиров. Сейчас они дёрнут шампанского, а потом с четырёх сторон на меня. И останутся только рожки, да ножки. Если останутся.

***

Поцелуй её был настолько жарким, настолько зовущим, что руки мои, помимо моей воли, нырнули к ней на талию, а оттуда нырнули к зарослям шёлковых волосков. Она вздрогнула, запыхтела, рукой придерживая одну мою руку на своей талии, отставила чуть в сторону одну из ног, позволяя другой моей руке нырнуть ещё глубже между ног. Что я и сделал, проскользнув по пламенеющим губам, обильно смазанных соком любви. Именно так я чувствовал тогда, что это сок любви. Охнув от проникновения пальцев за первые ворота, Мари оттолкнула меня. В этот короткий миг я увидел, как напряжённо наклонились вперёд две другие женщины, какие страдающие, жаждущие у них лица, как блестят глаза, как руки сжали грудь. Мари с горящими глазами нырнула вниз, в один миг, рывком, расстегнула ремень, молнию на джинсах, потащила вместе с трусами вниз. Я ойкнул, а она чуть ли не зарычав, обхватила встающий член, обволокла губами, втянула в рот. За моей спиной послышалось дыхание. Это девушки, встав из-за стола, обступили нас, смотря, как Мари тянет мой член изо рта и вновь засасывает, поиграв языком с головкой. Кто-то всхлипнул из них, Мари схватила чью-то руку, потянула ко мне. В ту же секунду, стол был очищен от сервировки, меня опрокинули на свободное пространство. Мари, не выпуская член изо рта, расположилась между ног, остальные гладили меня по голове, плечам, освобождая от рубашки, майки. Я тоже не терял времени. Руки мои гладившие Мари по голове, раскинулись в обе стороны, изучая упругие груди, бёдра других. А затем стали копаться в ткани, пробираясь под неё. Нежные женские руки помогли искателям и вот пальцы уже гладят сочные губки обоих женщин, приподнимающихся на носки, каждый раз, когда пальцы ныряют чуть глубже.

— Всё! — Мари встала, размазывая по лицу мою сперму. Когда я успел кончить? — Пойду. Дальше сами. Хозяин, сами понимаете.

— Да, конечно. — Они повернулись к ней лицом, не опуская задранных подолов платья. — Мы понимаем.

— Хотя. — Она вздохнула. — Нет, не буду. — И ушла с собранным платьем на талии, поигрывая плотными ягодицами.

— Хозяин? — Я удивлённо приподнялся.

— Хозяин. — Они хихикнули. — Хочешь посмотреть?

— Хочу. — Я поцеловал Свету, дёрнул за молнию сзади. Милена встряла между нами, подставив мне свою молнию. Но я просто снял платье с неё через голову, выпуская наружу желающую плоть. Она ухмыльнулась, довольная наклонилась над столом, чтобы налить и махнуть стоку коньяка. Светка в ответ ойкнула, когда я потянул платье с её плеч, прихватив заодно одетую на неё комбинацию.

— Оставь. — Она схватилась за тонкие ниточки, переброшенные через плечи.

— Она стесняется своего тела. — Милена хрустела огурцом, щурилась. Стоявшие соски только и делали, что шевелились, словно готовились ...