После боя на арене

— Я вернусь за тобой через несколько часов. Смотри мне без выкрутасов. — Гвард-гигант открыл дверь и втолкнул меня внутрь. Дверь закрылась, и я остался в полумраке комнаты. Приторно-сладкий запах благовоний бил в нос даже сильнее, чем запах мочи и гнили в камерах. Тонкие розовые струи дыма мешались с полупрозрачными тканями занавесок в комнате. Привыкнув к сумраку, я рассмотрел, что вся комната усыпана маленькими подушечками, а в глубине комнаты было занавешенное ложе, вокруг которого сияли свечи. Раздался мелодичный смех. Приглядевшись, я увидел на ложе полуобнаженное тело женщины. Она смотрела на меня изучающе, выпуская струйки дыма изо рта.

— На арене ты был смелее. — У неё был мягкий бархатный голос и черные как ночь глаза. Темные волосы водопадом падали на обнаженные круглые плечи. Это была не девушка из моих снов. Я попробовал толкнуть дверь, но она оказалась закрытой. Вот теперь я почувствовал себя загнанным в угол по-настоящему. Девушка снова рассмеялась высоким мелодичным голосом.

— Неужели моя красота так поразила тебя, что ты пытаешься убежать?

— Мне кажется мне здесь не место... — пролепетал я, пытаясь проглотить приторно-сладкий от благовоний комок, подкативший к горлу.

— Ты прав. Сейчас твое место рядом со мной. Не бойся, подойди ближе. Ещё ближе.

Бежать было некуда. Я сделал несколько шагов к ней, раздвигая шелковые занавески. Она была совсем обнаженной. Отсветы от свечей играли на её белоснежном теле, смазанном благовониями. Невольно я разглядывал её, не в силах оторвать глаз. Боль в ноющем теле куда-то улетучилась, налившись тяжестью внизу живота. Девушка с удовольствием следила за моим взглядом.

— Я тебе нравлюсь? — спросила она игриво, выпустив струю сладкого дыма прямо мне в лицо. Я молча кивнул, а она довольная снова рассмеялась. — Не думала что ты такой робкий. Ну что же. Тогда я тебе помогу.

Она поднялась мне навстречу. Её полная упругая грудь уткнулась сосками в мою изорванную грязную рубашку, и я почувствовал горячее нежное тело. Внизу тут же сладко заныло. Длинные тонкие руки обвили мою шею. Дыхание её было горячим и ароматным. Никогда ещё в жизни со мной не происходило подобного. Мне стало не по себе, что красивая молодая женщина касается такого жалкого грязного узника как я. Видя мое смущение, она снова улыбнулась и направила свою руку вниз, ловко развязав ремень. Дальше сдерживаться я уже не мог. Грубо опрокинув на груду мягких подушек, я навис над ней. Будь что будет. Но она ловко выскользнула из-под меня, оказавшись сверху.

— Не так быстро варвар! Ты наверное и не знаешь ни чего другого как грубо навалиться на своих грязных полудиких баб! — Засмеялась она, лаская одной рукой мой живот и попутно освобождая от одежды. — Настоящие женщины не потерпят такого отношения

Я не мог сопротивляться древнейшему инстинкту — взять самку. Девушка же с улыбкой ласкала руками и осматривала его, словно примериваясь. Вдруг словно обожгло горячим, ноги и живот свела судорога, из моего горла внезапно вырвался хриплый стон наслаждения — её горячий и влажный ротик сомкнулся вокруг багровой головки внушительных размеров. () Язычок с невероятной ловкостью кружил вокруг неё. Член был слишком большим, чтобы целиком поместиться, и она отрывалась от головки чтобы пройтись язычком по всему стволу, приласкать губами отяжелевшие яйца. Не в силах держаться я взял руками её маленькую аккуратную голову и надавил продвигая свой немаленький орган в глубину её ротика. Явно не готовое к этому горло сжалось, пульсируя, доставив мне ещё больше наслаждения. Если «настоящие женщины» предпочитают чтобы их рот использовали так, то сейчас она получит, чего хотела. Крепко держа её за волосы, я вгонял свой твердый член в её горло, вынимая до половины блестящий в мерцании свечей от обильной слюны. Девушка впилась в мои ягодицы руками, до боли вонзив ногти.

— Не так? — вспомнив о ребятах стоящих за дверью, я подумал, что знатная госпожа пригласила меня получить удовольствие. Она закашлялась выпустив мой член из рта, на глазах блестели слезы, но она справилась и снова улыбнулась.

— Варвар! Похоже для тебя все равно в какую дырку вгонять свой хуй. — Она легла на ложе бесстыдно раскинув белоснежные бедра открыв заветное место блестевшее от сока и влекущее одурманивающим ароматом. Я не дожидаясь, когда меня позовут, лег на неё сверху, прижав её маленькое тело своим мокрым от пота торсом и с размаху вошел в горячую пизду, погрузив до самых яиц. Она вскрикнула и начала извиваться подо мной насаженная на член, пытаясь столкнуть меня. Но войдя так легко в горячее истекающее соками тело я уже не мог ни о чем думать. Тем более её извивания только усилили мое желание. Поймав её руки и закинув их над головой, я обнаружил упруго вздернувшиеся сиськи. Крупные белоснежные они так и просились, чтобы их мяли и ласкали. Карамельные соски затвердели с вызовом упираясь мне в грудь, словно пытавшиеся защитить свою хозяйку.

Впившись в правый сосок зубами, теребя его как пес тряпку я сделал движение тазом, вытащив член на половину и снова вогнав его с смачным звуком. Девушка выгнулась подо мной, голова запрокинулась назад. С влажных губ сорвался стон. Кем бы эти женщины себя не считали, все хотят только одного — быть оттраханой грубо и бесцеремонно сильным мужчиной. Все ускоряя темп я вколачивал в неё свой твердый член упиравшийся в матку. Девушка уже кричала подо мной и билась в мелкой дрожи. Её влагалище сжималось тесно обхватывая член, что я уже не в силах был сдерживаться. С силой вогнав его в её тело, я обильно кончил, залив влагалище спермой. От мощного удара струи в матку она тонко крикнула, как раненая птица и снова начала извиваться, тело соблазнительно блестело покрытое соленой влагой пота. Упав рядом, я заключил её в объятья и поцеловал пересохшие губы. Она прижалась ко мне и приходя в себя прошептала:

— Я хотела не этого, но...

— Что же ты хочешь, моя госпожа?

— Вылижи мою киску.

Я с удивлением приподнялся на локте и в нерешительности навис над ней. Между влажных ног сочился сладким соком вперемешку с моей терпкой спермой розовый аккуратный бутон. Маленькие губки обрамляли растянутую моим членом дырочку. Я провел языком от темного колечка ануса до твердой горошины клитора. Девушка снова выгнулась и сладостно застонала. Погрузив два пальца в горячее влагалище, я начал потрахивать её, при этом лаская язычком набухший клитор. Внутри неё все было мокрым от сока и спермы. Переставив влажные пальцы к анусу, я слегка надавил. Сперва он сжался, но как только мои пальцы настойчиво прошли сфинктер, расслабился пропуская вглубь. Во влагалище я вставил большой палец и соприкоснувшись через тонкую перегородку начал слегка массировать. Её матка пульсировала выталкивая смазку, которую я слизывал с её губок, как сладкий нектар. Девушка уже не помня себя вздрагивала на постели.

В дверь вошел один из стражников и совершенно не смутясь открывшейся картине велел мне одеваться. Совершенно опустошенный и измотанный я вернулся в камеру, упав на холодный пол устланный прелой соломой.