Райские яблоки. часть 1

— Ну же, Лейла, раздвинь ягодицы сама, — вкрадчивым голосом велел он.

— Не хочу я туда! — с обидой выпалила она и, что было сил оттолкнув Оскара, вскочила с кровати, но не успела сделать и шага, как он поймал ее за руку и уложил обратно на кровать, прижав своим огромным телом. Рука Оскара опустилась на ее тонкую шею и слегка сдавила горло. Голосом, не терпящим возражений, он произнес:

— Ты будешь делать все, что я скажу, поняла?

Лейла кивнула, слезы брызнули из глаз от обиды, но девушка совладала с собой и покорно раздвинула ноги.

— Так-то лучше, моя маленькая шлюшка, — похвалил он жену и, наконец, отпустил шею. Найдя головкой члена ее маленькую дырочку ануса, он, как острое жало, вонзился в тугую плоть и замер ненадолго. Девушка тихо вскрикнула, ощутив твердый орган в попке, и обняла мужчину за спину. «Потерпи немного, скоро это закончится», — мысленно подбадривала себя Лейла.

— Скажи, что любишь меня, Лейла. Говори! — хрипел Оскар, с яростью вдалбливая свой орган в узкое пространство жены.

— Да... люблю, — равнодушно отвечала она.

Лейлу выдали замуж по старой осетинской традиции. Отец нашел богатого мужа, старше дочери на 15 лет, получил неплохие отступные — калым, и забыл о ней раз и навсегда, занимаясь теперь исключительно своими сыновьями. Девятнадцатилетняя дочь теперь для него отрезанный ломоть... Отныне Лейла принадлежала Оскару, всецело и безраздельно, как какая-то вещь. Эта печальная судьба постигала почти всех осетинских женщин, выданных замуж поневоле. Увидев своего суженого на свадьбе, девушка решила, что, пожалуй, такого красивого мужчину можно смело полюбить — высокий, широкоплечий, благородный, и главное — истинно верующий. Она краснела и прятала счастливые глаза под тонкой вуалью, стесняясь смотреть в глаза своему мужу, да и невесте на бракосочетании предписывалось вести себя скромно и сидеть тихо, потупив взгляд.

Первая брачная ночь развеяла все мечты о счастье Лейлы в пух и прах. Муж до утра вытворял с ней совершенно дикие вещи, о которых юная особа и не слышала никогда, да что там... Она с трудом выслушала краткую маменькину лекцию о половом воспитании, мечтая провалиться сквозь землю от стыда. Оскар был груб с ее юным телом, а его член невыносимо большой для девственницы снова и снова протыкал предназначенную для зачатия ребенка дырочку. Лейла молилась только одному — как можно скорее забеременеть, чтобы похотливый муж оставил ее в покое. Но больше всего потряс молодую супругу анальный секс, которым они занимались в первую же брачную ночь. Казалось, он порвет ее на части, выплескивая в нее свою горячую сперму...

— Ууу, да, маленькая потаскушка, — рычал Оскар, вколачивая железный орган в нежную попку жены, член его напрягся, выпуская вязкую жидкость в анальное отверстие и обжигая его стенки

— Можешь же, когда захочешь. Мне понравилось, — сказал он, прежде чем отправиться в ванную. Лейла все еще лежала на постели, зажав рукой истерзанную дырочку. Она не хотела, чтобы вытекшая сперма испачкала простынь.

Оскар, наконец, закончил принимать душ и позвал Лейлу.

«Как же я забеременею, если он заканчивает всегда в попу?» — с отчаянием думала она, когда, пошатываясь, плелась в ванную. Она села на бортик огромной ванной и выпустила струю спермы из попки.

— А что, если... помазать ею ТАМ? — осенило девушку. — Может, так получится забеременеть?

Закрыв на щеколду дверь, чтобы Оскар не поймал ее с поличным, Лейла осуществила задуманное.

Чуть позже, довольно улыбаясь, она вышла провожать мужа-бизнесмена на работу. Как всегда, стоя на коленках, Лейла завязывала шнурки на его ботинках.

— Вижу, ты довольна чем-то? — с подозрением спросил муж.

— Да любимый, я всем довольна.

Недоверчиво хмыкнув, Оскар вдруг рассердился:

— Ну что ты там возишься так долго?

— Готово, — сказала она, наводя последние штрихи на его ботинках.

Оценив заботу жены, как должное, он своим обычным тоном строжайшего супруга произнес:

— Вечером тебя ожидает сюрприз. Надень красивое черное белье, которое я тебе купил вчера, и встречай меня обнаженной. Все поняла?

Девушка молча кивнула. Спорить с мужем было нельзя, негласным законом требовалось беспрекословно исполнять любые его указы.

— До вечера, дорогая супруга, — ехидно сказал Оскар и потрепал ее за щеку.

Проводив мужа, Лейла принялась перебирать свое богатство — разноцветные шелковые платки. Ей пришлось по душе, что Оскар не был скопидом и без проблем покупал ей драгоценности, меха и шелка. Только вот показывать их было некому, разве что в магазин или на базар сходить нарядной. Она повязала на голову темно-зеленый платок, который идеально подходил к ее изумрудного цвета глазам, облачилась в меховую шубку и вышла из дома.

Ходить за покупками на улицу — единственное, что не возбранялось строгим Оскаром. Чтобы хоть как-то продлить часы своей вынужденной прогулки, Лейла придирчиво выбирала фрукты, торговалась с женщинами-продавщицами, с тщательностью рассматривала изюм, подвергая своим странным поведением в возмущение замерзших торговок:

— Ты что там выискиваешь? Мой изюм самый чистый и высококлассный, ни плесени, ни сора не найдешь, как ни старайся, — подбоченившись, враждебно заявила толстая женщина.

— Я просто смотрю, — тихо ответила Лейла.

— Вот и иди отсюда, раз покупать ничего не собираешься! Ходють тут разряженные в меха да золото, а копейки жмут на фрукты. Богатеи, — презрительно скривив накрашенные дешевой помадой губы, бесилась базарная баба, явно презирающая выходцев с Кавказа, заполонивших их небольшой провинциальный городок.

В смятении Лейла резко отошла от прилавка, не заметив стоящего рядом человека, врезалась в него, удар получился таким сильным, что она выронила пакет с виноградом из рук. Отборные черные виноградины рассыпались по грязному асфальту, и были тут же растоптаны чьей-то безжалостной ногой в порванном башмаке.

— Смотри, куда прёшь! — крикнул молодой человек пожилому мужичку, который нещадно, казалось специально, прошелся ботинком по рассыпанным гроздьям и мгновенно скрылся, чтобы не встревать в базарные разборки.

— Девушка, извините, пожалуйста. Я нечаянно Вас толкнул.

Лейла кивнула и опустила красиво подведенные глаза.

— Это я Вас не заметила, простите, — быстро проговорила она и, развернувшись, пошла прочь.

— Подождите, прошу Вас, — кинулся за ней молодой человек. — Я готов возместить убытки.

— Ничего не надо, — покачала головой девушка, не останавливаясь ни на шаг. Она очень боялась, что кто-нибудь донесет Оскару, что она болтала на улице с мужчиной. Муж захочет развестись с ней, а отец не примет ее обратно, тогда жизнь бедной девушки превратится в ад. Ни в коем случаем нельзя допустить этого!

Парень опередил ее на пару шагов, зашел вперед и, глядя на нее, протянул пакет:

— Вот возьмите тогда.

Лейла не успела опомниться, как очутилась на проезжей части с цветастым свертком в руках, где-то совсем рядом взвизгнули тормоза, раздался стук и парня, который секунду назад стоял рядом с ней, отбросило на обочину. Кто-то громко вскрикнул, кто-то судорожно набирал 112 на своем телефоне, а Лейла стояла и с ужасом рассматривала красное пятно, которое угрожающе разливалось под телом парня.

— Все нормально, он жив, — успокоила взволнованную толпу женщина в полушубке. — Я врач, — тут же добавила она, чтобы никто не посмел усомниться в правильности поставленного «диагноза». Она ловко ощупала распластанного на асфальте молодого человека, потом улыбнулась и сказала:

— У него тут бутылка красного вина разбилась, потому на кровь похоже.

Толпа облегченно вздохнула, в том числе и Лейла, до смерти напуганная — ведь на месте этого парня могла оказаться она. Сама не своя, девушка быстрым шагом отправилась домой, давая себе зарок,...