Рассвет семейного благополучия. глава 5. неожиданная находка

Антиперсперант rexona motionsense, ставший мерилом настоящей женственности, больше ни на миг не покидал девичьи грезы. Одержимая лишь одной целью, Юля не выпускала из виду черно-белый баллончик, будто его присутствие способно было вдохновить на преодоление болевого порога. Кипящим маслом проливались на трепетное сердечко слова отца и образы матери, способной разом справиться с двумя такими штуками; где уж смириться юношескому оптимизму с мыслью, что, весьма вероятно, женщине могло понадобиться много времени и терпения, чтобы так растянуть эластичные мускулы. Каждый взгляд на продолговатый предмет, как ураган ворвавшийся в ее жизнь, вызывал волнение внизу живота, а розовые половые губки раздавались, как будто запас порочности больше не умещался внутри. Однако, девушка не предприняла ни одной попытки даже прикоснуться пластмассовым кончиком к своему телу, а все волшебство творилось исключительно в сознании. Даже когда Юля мысленно свыклась с размерами папиного подобия, стоило ей вспомнить болезненность проникновения, как это напрочь лишало ее присутствия духа, так и ходила девушка с зудящей промежностью, не зная как подступиться к делу, но и не выпуская из рук антиперсперант; причем даже ночью баллончик покоился под ее подушкой.

В один прекрасный день Юрка с беззаботностью решил проблему сестры одной легкомысленной выходкой. Застигнутый врасплох за распутным созерцанием материных прелестей на экране ноутбука, паренек невольно покорил юное сердечко. Юля, сама в силу присущего ей своенравия, жаждавшая изобличить братца и вывести его к позорному столбу, не удержалась от искушения мысленно сравнить увиденное Юркино достоинство с предметом своего слепого вожделения. Как две капли воды похожи одна на другую, так и некоторые органы прямых потомков могут повторять отцовские, за тем лишь исключением, что размер, в силу возраста, оказался как нельзя лучше подходящим девичьему замыслу. Так, в одно мгновение злобный оскал сменился умоляющим взглядом. И не требовалось особой наблюдательности, чтобы понять, что баллончик антиперсперанта с этой минуты утратил роль фетиша. Находя это вполне естественным, Юля не только одобрила просмотр братом фотоснимков с семейного морского вояжа, но и склонность Юрки к восхищению молодым материнским телом в весьма условно названном мини-бикини. Так, добившись наивысшей степени расположения, Юлька, тем не менее, не позволила младшему брату бездарно опорожнить семеники и увлекла в свою комнату для доверительной беседы. Беспечность, свойственная юности не более, чем зрелым представителям человечества, могла бы сыграть злую шутку, войди в Юркину комнату кто-то из родителей или оба разом – открытый ноутбук излучал электрическим светом на рубеже белого песка и синего горизонта бесстыжее мамкино тело

Хитрая лиса выкруживала перед простодушным пареньком, желая без потерь для репутации воспользоваться его природным отличием.

— Не прячь, мне не противно, - лукаво подмигивая, продолжала сестра проникновенным голосом, - через пять минут закончишь свое дельце.

Юрка, не разглядевший в поступках сестры ничего, кроме таинственной озадаченности относительного неизвестного ему вопроса, пресыщенный пороком суровой репетиторши, откинулся спиной на стену и представил свой раскачивающийся от упругости орган непреднамеренным взглядам сестры. Как не сложно догадаться, Юлька не устояла, чтобы не примерить на глазок соотношение величин между баллончиком Рексоны и своей новой находкой, что только подтвердило обоснованность затеянного наспех предприятия.

— Юрка, мне нужна твоя помощь, только обещай, что никому не расскажешь! – заискивающе взглянула девушка, присаживаясь на свою кровать рядом с братом, - поклянись!

Юрка скрестил руки на груди, непроницаемо глядя в лицо сестры, намекая, что не он напрашивался на разговор. Невероятно комичное выражение породило сочетание спущенных до колен штанов и суровой упертости.

— Ладно, проехали, - продолжила Юлька натиск, однако умерив пыл, - как бы тебе сказать...Юра, у меня есть молодой человек...

Парень продолжил смотреть на сестру непроницаемым взглядом, начиная жалеть, что поддался уговорам и прервал свое неблаговидное занятие, отточенное до мастерства Светланой Евгеньевной.

— Короче, плиз, мне нужна твоя помощь, - раскрыла карты сестра, - он хочет трахнуть меня.

Наступило тягостное молчание, брат всячески желал скрыть, что возмести он недостаток физического развития пылким нравом, то и в этом случае ему не совладать с молодыми людьми Юлькиного возраста, а сестра – свою недальновидную страсть к овладению отцовским членом назло сопернице-матери. А до широты ее растянутых недр, способных по меткому отцовскому выражению уместить как минимум два черно-белых флакона юному созданию еще предстояло ах как упорно упражняться.

— Юрочка, ты бы смог мне помочь, плиз, - ворковала сестрица, - попробовать сначала с тобой, чтобы не оказаться неопытной.

Последний аргумент безусловно подействовал, как не сложно догадаться, относительно юных созданий страх предстать неопытным мальцом являет собой ужаснейшее из унижений. И не требовалось особой наблюдательность, чтобы заметить перемены в лице парня, означающие бескомпромиссное и непреклонное согласие. Итак, сидя на кровати сестры со спущенными штанами и шашкой наголо, Юрка приготовился помогать родной кровинушке. Как же бросишь ее в беде? Не по-родственному это!

— Юль, говори, что мне делать...- с готовностью, но не без хрипотцы в голосе спросил паренек.

— Ложись вдоль кровати, я сама все сделаю, - с выражением спокойного оптимизма ответила девица

Торчащий, а от этого еще более желанный и заветный член воспламенил в душе девченки самые потаенные глубины, похотливые искринки запрыгали в бездонных глазах и, преодолев вполне закономерное оцепенение, Юля сорвалась, чтобы вероломно похитить из родительской спальни любрикант. И вероятно, по неписанному закону Эроса Юленька бы припала губами к затвердевшей плоти, не будь она так верна своей одержимости как можно скорее уместить внутри себя настоящий мужской орган. Вот опытная ручонка выдавила прозрачный гель на напряженную до звона головку, вот пальчики ласково разнесли смазку по упругому, дрожащему стволу и взбудораженная таким неожиданным исходом, Юлька пронзительно взглянула на лицо предвкушающего брата, на мгновение застыла и решительно рванула поясок, а за ним и молнию джинсов. Юрий жадно уставился на обнажающую свою нижнюю, более заманчивую половину своего тела, сестру. Бедра поерзали и тугая материя сползла с наиболее широкой их части, медленно открывая низ живота и ноги; последнее препятствие – наивные голубые трусики с красны зайцем, поддетые с боков пальчиками, поползли вниз и обнаружили гладенькую, поросшую светлыми завитушками промежность. В полной тишине часто и глубоко задышал мальчишка, засопела, раздувая ноздри, девченка; решительным шагом она переступила взмокшие трусики и, оставаясь в вязанном пуловере, забралась на собственную кровать. Движения замедлились, утратили уверенность, лишь затуманенный разум подсказывал не раз воображаемую последовательность действий. Юля с распущенными по плечам светло-каштановыми волосами встала над братом, расставив ступни по обе стороны его тела, даже его завороженный взгляд не побудил девушку насладиться своей привлекательностью, она дополнительно выдавила смазки на пальцы и как в кино обильно измазала между ягодиц. За глубоким вдохом последовал глубокий выдох и баловница решительно присела над пенисом, с первого же прикосновения головка вперилась в сочное, набухшее влагалище и, раздвинув налившиеся краской половые губы, выскользнула, потираясь о лобок.

Юля, сидя на корточках, не одобрительно зацокала и с выставленным указательным пальцем закрутила кулачком перед лицом искренне непонимающего брата.

— Я сама, не двигайся, - предостерегла Юлька брата.

Снова худенькие ножки опустили промежность на кожаный, дрожащий в предвкушении штырь; головка упиралась в нежные области бедра, в ягодицы, скользила по разверзнутому зеву влагалища, но девица не прекращала попыток, пока наконец не почувствовала знакомое давление на ректальный, плотно сжатый вход. Холодная, смазанная сливовидная головка приняла давление опускающегося силой девичьих бедер ректума и в момент, когда казалось, что давление способно согнуть упругий орган, внезапно сфинктер поддался и кончик члена занырнул внутрь. Юля замерла в полуприседе, мышцы упруго выделились, дыхание участилось; девушка сорвала через голову мешающий свитерок и приготовилась к продолжению болезненной операции. Не теряя прогресса, достигнутого ценой многочисленных приседаний с риском обесцениться относительно общепринятого целомудрия, Юля продолжила опускаться на члене и вскоре шишковидный наконечник уже растянул сфинктер и полностью уместился в прямой кишке. От внимательной собранности, волнения и тупой, растягивающей боли пот градом катил со лба девушки и вскоре все тело покрылось испариной. Юля переставила ноги и в новой позиции анус легче стал подвергаться растяжению, сантиметр за сантиметром член погружался, расширяя стенки гладкого кишечника, и наконец ягодицы девушки соприкоснулись с ее же икрами. Еще немного и попа опустилась на мальчишеский пах, целиком спрятав эрогированный член, было слишком больно, чтобы это могло доставить удовольствие.

Способ проникновения оказался предпочтителен во всех смыслах и можно только догадываться, каких усилий стоило Юрке стерпеть обволакивающее давление и не испустить заряд спермы в нутро сестры раньше, чем та одолеет каждый сантиметр. Юля опустилась до конца, прислушалась к ощущениям: чувство непривычной растянутости и наполненности целиком заменило собой разрывающую боль, вульва неимоверно зудела и текла, одаряя ароматным соком промежности обоих партнеров, член, словно до самого жерла начиненная пушка, готовая одним выстрелом выбить из седла девицу. Неподдельная радость лучилась в глазах Юли – настоящий мужской пенис впервые преодолел барьер и проник в девственную попу. Начало положено и теперь дело за усердными тренировками! Свыкнувшись с ощущениями, малышка предприняла попытку подняться, но затекшие, усталые ноги отказались подчиниться; на выручку пришел Юрка, обуянный нетерпением, он принялся двигать тазом под весом старшей сестры, от чего член с малой амплитудой начал выходить и снова по естественным причинам возвращаться внутрь. Даже таких, с виду не заметных движений хватило, чтобы подвести парня к черте, за которой даже самое яростное сопротивление будет убедительно сломлено прорвавшим плотину потоком. Залп спермы, копившийся и бурливший глубоко внутри, хлынул в темные глубины девичьего ануса, с каждым выстрелом судороги сжимали мускулы парня, заволакивая туманом глаза.

Между тем, времени прошло больше, чем могло показаться.

— Юрка, черт возьми, иди нахрен сюда, - внезапно раздался зловещий визг матери из его комнаты, но событие это уже не особо взволновало молодую поросль.