Смута (глава 4)

А поутру они проснулись...

Едва я встал и оделся, Ромашин с Василием уже сидели за столом. Пошёл отоссался, умылся. Хорошо, что всё рядом. И уселся за стол рядом с ними. Василий, как самый опытный, начал расклад.

- Мы тут уже немного освоились. Но, мужики, это Сибирь. Тайга тут кругом, и никто на помощь не придёт. Так что давайте сами будем за жизнью своей смотреть. Скоро морозы пойдут. Нам нужно заготовить мяса побольше. Ягод лесных от цинги. Дров ещё напилить и наколоть. Так что до первых сильных снегов въёбывать придётся. Андрей, - это он ко мне, - ты травы помягше нарви и попробуй высушить. Матрас надо по новой сеном набить. И все подводы водяные прочистить. Я покажу где. Палыч, ты со мной пойдёшь в этот раз. Силки ставить. Да и поохотиться нам надо. Стреляешь ты неплохо. А пока ружьё приготовь и патроны.

Я вместе с Василием вышел во двор. Он мне показал, где и что я должен сделать, наметил место, где нужно будет ставить забор. Видимо, он хочет ставить острожек.

Они ушли. Я взял заступ и от стены дома начал копать. Работа небыстрая, но и несложная. К приходу Василия со старшим я уже закончил. Они приволокли половинку лося, и мы все быстро ушли за всем остальным.

Наступил вечер. Мы, все уставшие, поели вчерашнее и упали спать. Просто спать. Сил и желаний не было ни на что.

С утра начали строить ограду. Пилили и таскали нетолстые брёвна, ставили их в выкопанную мной траншею, вплотную друг к другу, и связывали эти брёвна жердями поперёк, с опорой на толстые столбы изнутри. Прибивали гвоздями. Втроём это у нас заняло весь день. Даже ворота к вечеру сделали со стороны, как мы сюда пришли. Вся эта стена пришлась по берегу ручья. Против людей это была не преграда. А вот для таёжных хищников непреодолимая стена. Ворота тоже сделали по принципу стены, только они у нас сразу провисли, и отодвигать их без нормальных петель было тяжело. А по снегу зимой так и вообще невозможно. Но, по словам Василия, здесь и некому зимой ходить, людей тут не бывает. Если только бандиты какие... А для зверья самое то. Да и зверьё не придёт. Некому.

На мой возмущённый вопрос, а зачем тогда всё это, Василий ответил:

- На всякий случай. Времена неспокойные. Могут и люди, и волки пожаловать. И кто из них страшнее?

За время строительства забора-тына измучались мы сильно. Вернее, была ещё куча других работ и хлопот. Еда была, конечно, горячая и сытная, но всё равно, мы уставали до упаду. Приходили в дом, ели и падали отдыхать. Мы даже не купались в бане. Провоняли все напрочь.

Утром, после окончания всех работ, я проснулся, выглянул в окно и был ослеплён белоснежьем. Снег в безмолвии падал и падал огромными хлопьями. Василий сказал, что сегодня всем отдых. Казалось, что он этого ждал. Ромашин вздохнул устало

Мяса у нас было заготовлено точно до лета, муки было много, крупы тоже, сахар тоже имелся, ягод и сушёных трав тоже много. Плохо было только с овощами и картошкой - имелось только то, что мы с собой привезли. Но на 3-4 месяца при нормальной экономии нам это хватит. А дальше посмотрим.

В этот день мы провалялись в полусне в постели долго. А потом нас голод выгнал из кровати. Мы друг за другом встали. Василий пошёл проверять округу, Ромашин стал готовить поесть, а я топить баню. К середине короткого дня все были на месте, поели по-быстрому и купаться. В доме нас дожидалась исходящая паром еда. Котелок с борщом. Котелок с пшённой кашей с мясом. Сковорода с речной рыбой и настойка на травах. Мы решили: пусть будет как праздник после тяжёлой работы. Мы были измотаны не столько физически, сколько душевно. Хотелось, чтобы все желания развернулись. А тут баня, охеренная еда, добрая выпивка, известная и хорошая компания, желание доставить удовольствие себе и не только себе. И доверие. А куда же без него в зимней тайге! Всё сошлось в нужное время в нужной точке.

Впервые за пару месяцев у нас появилась, после большого отсыпа, возможность никуда не спешить, и над нами не нависала необходимость что-то сделать. Мы впервые выиграли короткий промежуток времени для полноценного, на 1-2 дня, отдыха, когда ты можешь ничего не делать или делать только то, что тебе хочется.

А также возможность задуться. Мне, по-честному, ни в рот, ни куда ещё брать не хотелось. Но вот задуть Василию или старшому - это запросто, хуй просто постоянно напоминал о себе.

Уселись мы за стол, поели - хорошо поели, а уж выпили вообще до хрена. Потянуло в сон. Я махнул рукой и на полусогнутых разделся догола и завалился на кровать, и меня вырубило.

Проснулся я от того, что кто-то пытался мне вставить в жопу. Расслабился. Пусть спустит. Ага, это старшой Ромашин - силён мужик; стало хорошо, помог ему спустить. Потом старшому присунул в рот, вернее, он сам до моего хуйца добрался. Кончил ему на грудь, подбородок и усы. И провалился в сон.

Проснулся утром. Все спали. Хуй стоял. Повернулся к ближайшему мужичку, с которым спал в обнимку (по запаху это был старшой, лежал он ко мне спиной), руку через него перекинул и стал шевелить его хуй рукой. Мужик повернулся на спину. Я продолжил щекотать его за хуй и гладить по яйцам, ничего не добился и незаметно опять уснул. Похмелье наверное.

Сон был муторный. Нервное напряжение прошедших месяцев наконец сказалось, что ли. У меня ворочалась мысль, что вот отдохну, просплюсь и выебу их всех. Обоих то есть. Такие сны перемежались другими, будто в вагоне поезда на меня кто-то навалился, прижал передом к полке и пытается выебать, а то я ощущал жаркие объятия, от которых просто задыхаюсь. Просыпался в поту и опять засыпал.

Наконец я проснулся. Мужики стояли рядом, одетые и с тревожными лицами.

- Ты как? Жар у тебя был, три дня провалялся.

Я пришёл в себя. Болело всё, и страшная слабость по всему телу. Мне быстро дали попить сладкого ягодного отвара, потом чего-то жидкого и очень вкусного. Ромашин, что торчал возле меня, сказал, что это отвар из какой-то лесной птицы. В животе здорово потеплело.

Простуда отступала. На второй день я уже начал вставать. Смог сходить в уборную. Потом проверил постель - сухая. Значит за мной мужики смотрели. Это не могло не радовать. Ещё через пару дней я окончательно очухался и стал жрать как не в себя. Организм требовал. Мужики тихо надо мной посмеивались.

А потом Василий сходил в подпол и принёс баклажку настойки. Разлили в кружки на троих. Выпили. Чуть погодя в голове всё поплыло. И меня бережно отнесли на кровать.

Вечером я встал как новенький. А с утра уже пошёл готовить баню. Метель, снег летел со всех сторон, в кронах деревьев завывал ветер. Но внутри огороженного двора было почти тихо.