Alexisverse. часть 4: слишком милый

Необходимое предупреждение: под определение транссексуалов попадают как широко представленные на сайте женщины с мужскими гениталиями, так и мужчины с женскими гениталиями, менее «воспетые» в эротических рассказах. В реальности вторыми являются женщины, решившиеся на смену пола и прошедшие операцию по удалению груди, но в этом рассказе речь будет совсем не про них. В общем, вы в общих чертах подготовлены к тому, что встретите в этом рассказе.Андреа родилась, выросла и прожила всю свою жизнь на Плутоне, на самой окраине Солнечной системы. Словно для того, чтобы подчеркнуть «окраинный статус» Плутона, земные астрономы считали его не «настоящей» планетой (объясняя это тем, что тогда планетами пришлось бы признать и Цереру, и Эриду, и много что ещё), а карликовой планетой, для которых даже было придумано название «плутоиды». Однако сами плутонианцы гордо называли свой каменный шарик планетой, и горе было тем, кто в их присутствии осмеливался не согласиться, что Плутон — это самая настоящая планета.

Как и все жители Плутона, Андреа была высокой — из-за низкой гравитации планеты — с большими глазами, привычными к вечной темноте Плутона, на котором Солнце почти не светило, светлокожей, опять-таки из-за недостатка солнечного света, но больше была похожа вовсе не на длинноногую красотку или на пугливую большеглазую лань, а на длинного юношу-подростка. Мальчишеская короткая стрижка рыжеватых волос, мальчишеская фигура с маленькой грудью, плюс ко всему — совершенно «не женская» профессия: Андреа работала оператором автоматических погрузчиков в космопорте Лоуэлсвилля, единственного крупного города на Плутоне. Ещё в школе друзья привыкли сокращать её имя до «Энди», а начав работать в космопорте, Андреа приучилась пить пиво с другими техниками и чинить неисправных роботов с помощью, как говорят русские, «молотка и такой-то матери». Но иногда всё же в Андреа просыпалась «внутренняя девица», и тогда девушка переодевалась из рабочего «комбеза» в обтягивающий яркий комбинезон с ботинками на платформе и шла в ночной клуб «отрываться».

В свободное от работы и развлечений время Андреа училась на заочном отделении лётного училища Лоуэлсвилля — у неё была мечта однажды побывать на других планетах, кроме Плутона. Её родная планета находилась так далеко от других планет Солнечной системы, что путь на космическом корабле к ней мог занимать месяцы (и при этом расстояние всё же было недостаточно большим, чтобы рационально было использовать корабли со сверхсветовыми неэйнштейновскими двигателями — «НЭДы» бы «промахивались» мимо планеты). Но пока что исполнение её мечты находилось где-то в отдалённой перспективе

Девушка вместе со своим напарником Фрэнком командовала армией роботов, разгружавших грузовые отсеки корабля, а потом, когда работа была закончена, с облегчением сменила рабочий комбинезон на повседневный (пусть ничтожная, но всё же существовавшая опасность разгерметизации отсеков колонии заставляла колонистов постоянно носить декомпрессионные комбинезоны) и отправилась в бар при космопорте. Большинство столиков уже было занято пассажирами прибывшего корабля, безошибочно узнаваемыми по полученному на венерианских курортах загару, но Андреа сумела найти себе свободный столик и принялась за свой «лёгкий перекус». Её сегодняшняя трапеза большей частью была приготовлена из выращенных на гидропонных фермах водорослей (салат из водорослей, чай из водорослей, сухарики из водорослевого хлеба...), но в ближайшие дни в магазинах и пунктах общепита Плутона должны были появиться и фрукты с овощами, и молочные продукты, и даже мясо — всё это девушка только что сама разгружала. Примерно такой мыслью согревала себя Андреа, когда услышала рядом с собой голос:

— Здесь свободно?

Говоривший был худеньким светловолосым пареньком на несколько лет моложе самой девушки — не старше восемнадцати — и пониже её ростом, и он был из тех, о ком говорят «глаза голубые в пол-лица». У него действительно были большие глаза, как у многих уроженцев планет, где Солнце светит тускло, как на Плутоне, но такой тёмный загар, как у него, можно было получить только на Венере. Андреа сейчас была в довольно благодушном настроении, поэтому она ответила:

— Свободно, конечно. Что, только что прилетел с венерианских курортов? — она усмехнулась. — Ну и как, красивые там девушки?

Парень слегка удивлённо посмотрел на девушку, а потом улыбнулся в ответ и сказал:

— Честно говоря, я там так долго живу, что уже не замечаю. Я там родился и вырос, — теперь Андреа различила, что он говорит с каким-то непривычным акцентом, не плутонианским.

— Да ладно?! — искренне удивилась Андреа. Она думала, что незнакомый паренёк — только что вернувшийся домой плутонианец-курортник, но ей и в голову не могло придти, что кто-то захочет лететь не с Плутона на Венеру, а наоборот. — И что же ты забыл здесь, на самом краю Солнечной системы?

— Прилетел поступать в ПАИ, — улыбнувшись, просто ответил юноша. Если на Плутоне и было место, известное всем в Солнечной системе, то это был Плутонианский Астрономический Институт, основанный рядом с обсерваторией, построенной ещё до того, как земляне начали осваивать другие звёздные системы, и которая должна была стать крупнейшей обсерваторией, созданной землянами... Потом значение этой обсерватории понемногу уменьшилось, но Астрономический Институт и его научная школа остались.

— Ах, вот оно что! — понимающе ответила Андреа. — Что, ты правда так любишь астрономию, что ради неё решил улететь со своей райской Венеры?

— Ну, вообще-то, и правда люблю, — улыбнулся её собеседник. — Но честно говоря, там не то чтобы такой рай... Когда тебя каждый... и каждый, и каждая норовит облапать, понемногу хочется найти себе место поспокойней... А так на самом деле на Венере всё немножко сложнее, чем кажется с других планет. Туристы часто думают, что у нас там сплошные курорты и распутные девушки в обтягивающих комбезах — а на самом деле там есть и те, кто устраивает демонстрации, чтобы закрыть все развлекательные районы, есть и простые люди, которые просто заняты своим делом... В общем, у нас там всё... по-разному, — он улыбнулся снова.

— Ну... — Андреа сперва хотела сказать, что была бы не против сама жить на Венере, а потом подумала, что она на самом деле была бы вовсе не рада, если бы её пытались «облапать» неприятные ей люди. — Понимаю. А тебя как зовут-то, будущий астроном? Меня Андреа, но все зовут меня Энди, — девушка решила, что они уже достаточно давно говорят, чтобы можно было познакомиться... да и вообще паренёк казался ей вполне симпатичным.

— А меня Тима... но все зовут меня Тим, — улыбнулся юноша.

— Тима? — переспросила Андреа. — Немножко странное имя...

— Ну, оно таукитянское. Мои родители таукитяне, они до моего рождения прилетели на Венеру с Эридана, — объяснил Тим.

— А, так ты, выходит, таукитянин? — об инопланетной человеческой расе с Тау Кита Андреа знала только то, что вроде бы у них женщины физически сильнее мужчин, а не наоборот, как у землян, и Тим действительно производил впечатление скорее хрупкого мальчика-одуванчика. — А я учусь в лётном училище, а здесь, в космопорте, я работаю.

— Ой, так я тебя, может быть, от работы отрываю? — спохватился Тим. — Слушай, Анд... Энди, а можно у тебя номер твоего интеркомма взять? Потом сможем созвониться, когда ты будешь свободна... ты же местная, сможешь мне рассказать, что тут и вас где, и так далее?

— Я похожа на справочное бюро? — развеселилась Андреа. — Вот если бы ты спросил меня, что я делаю сегодня вечером, и пригласил меня на свидание, тогда я бы ещё подумала...

— Ну... — юный таукитянин слегка помялся. — Хорошо: что ты делаешь сегодня вечером? Я мог бы пригласить тебя на свидание, а ты могла бы показать мне Плутон... — и он улыбнулся....