Dragon age: origins. антиванские вороны

Собрание земель было уже близко. Эрл Эамон воспользовался своим огромным влиянием, чтобы поторопить баннов и провести совещание как можно скорее. Ведь Мор не ждет, его не интересуют бюрократические заморочки. Проблема заключалась еще в том, что тейрн Логэйн убедил многих дворян, что Мор ненастоящий, и что Серые Стражи просто пытались раздуть из себя невесть что, заручиться поддержкой короля. Ну, и конечно, он вовсю обвинял Стражей в убийстве Кайлана, хотя в это верило не так много народу, как в несерьезность Мора. Встречались и те, кто, не относясь к числу Логэйновых прихвостней, громогласно заявляли, что своими глазами видели предательство Стражей при Остагаре. Они крови порождений тьмы наглотались, не иначе. Логэйн был героем для Ферелдена, и хоть в последнее время своими действиями он у многих вызывал недоумение, в него верило еще достаточно людей, как в своего последнего защитника.

Именно поэтому Сурана, молодая эльфийка, лишь прошедшая Истязания, и, в довесок, последний рекрут ферелденских Серых Стражей, сейчас носилась по всему Денериму, стараясь заручиться поддержкой как можно большего количества баннов. Стараниями эрла Эамона теперь они с Алистером уже могли не бояться, что их попытается арестовать первый встретившийся стражник. Сурана и ее напарники сновали от одного банна к другому, как заправские проповедники. Вот только они распространяли не Песнь Света, а правду о Логэйне. Они срывали покровы. События при Остагаре, изложенные ихними устами, представали в совершенно ином свете, сбивая с толку обманутых дворян. Отравление эрла Эамона магом-отступником Йованом, которого Логэйн буквально вырвал из рук поймавшего его храмовника, также вызывала у баннов бурю эмоций. Не забывала Сурана упоминать и про Антиванских Воронов, которых эрл Хоу, приспешник тейрна, нанял для ликвидации последних Стражей. Зевран, который был с ней, при этом со всей серьезностью сообщал баннам, что это задание он провалил, чем их немало шокировал.

Чтобы ускорить процесс, Сурана, уже давно признанная лидером, разделила свой отряд на пары, создав таким образом четыре «агитационных» группы. При этом она позаботилась о том, чтобы в каждой паре был «мозг», человек, не обделенный хоть мало-мальским обаянием, которому она могла бы доверить дипломатические тонкости. Напарником же выступала личность, в интеллекте и коммуникабельности которой Сурана сомневалась, но в то же время имеющая силы дать отпор и защитить напарника. Эльфийка просто жутко гордилась собой, хоть схема была довольно таки бесхитростной.

А вот большинство ее друзей этого восторга не разделяли. Степенная и рассудительная Винн была вынуждена терпеть убийственно воняющего Огрена

Седовласая чародейка уже жалела, что проболталась о своем увлечении элем, так как гном просто терроризировал ее рассказами о своих приключениях с участием всевозможных горючих жидкостей, и не всегда они были пристойные. А его признание в том, что он просто без ума от плотских утех с выпивающими барышнями, и вовсе вгоняло ее в краску. И тут уж не стоит и говорить, что она молила Создателя, чтобы Огрен не опозорил ее и себя перед баннами.

Лелиане повезло куда больше: Сурана приставила к ней Стэна. Один только вид грозного двухметрового гиганта-кунари заставил бы любого обидчика десять раз подумать, прежде чем нарваться на этого парня. А уж найдись такой, он оказался бы уничтожен этой машиной смерти, не успев даже пикнуть. Лелиана, впрочем, считала Стэна «добряком», чем неслабо его раздражала, и относилась к нему, как к старому доброму другу. Просвещением баннов занималась она, и, в отличие от Винн, могла не бояться за своего компаньона: Стэн был молчалив и угрюм и лишь смотрел по сторонам, как опытный телохранитель.

Ну а меньше всего повезло Алистеру. Вопреки всем его протестам и мольбам, даже не сдобренным его привычным сарказмом, сопровождать его была избрана Морриган. Эти двое друг друга терпеть не могли с самого знакомства в Диких землях Коркари. Для Алистера находится наедине с ведьмой было сродни наказанию. Морриган же распоряжение Сураны восприняла равнодушно, пообещав эльфийке, что постарается поменьше изводить ее собрата по ордену. Пока Алистер беседовал с баннами, она молча стояла в стороне, скрестив руки на груди, даже не пытаясь вникнуть в их разговор. Причина же, по которой Сурана свела этих далеких от взаимопонимания людей, заключалась в том, что Алистер был очень важен для них. Помимо того, что он являлся одним из двух оставшихся Серых Стражей, без которых с Мором не покончить, он также был внебрачным сыном короля Мэрика, а значит, претендовал на престол. Естественно, из-за этого Логэйн, чья дочь Анора была королевой и готовилась стать во главе государства, не пожалеет ничего, чтобы избавиться от соперника. И никто в этом случае не мог защитить принца лучше, чем Ведьма из Диких земель, дочь легендарной Флемет.

Сама же эльфийка путешествовала в компании Зеврана, Антиванского Ворона, который пытался ее убить, и которого в итоге она пощадила и приняла на службу. Другие ее соратники с ее решения, мягко говоря, недоумевали. Ходить наедине с особой, начавшей знакомство с попытки всадить в тебя холодное лезвие кинжала, было не очень рассудительно. То, что Зевран может в любой момент предпринять вторую попытку, ясно было для всех. Ей советовали поставить эльфа с кем-нибудь другим. Лелиана предлагала, чтобы он ходил с ней, утверждая, что она, как бывший бард (что означало не что иное, как «орлесианский шпион»), сможет распознать попытку предательства. В конце концов, Сурана была не менее важна, чем Алистер. Но юная магесса никого не слушала, заявляя, что верит Зеврану и чувствует себя рядом с ним вполне безопасно.

Вот и сейчас два эльфа изнуренно шагали по пыльным денеримским мостовым, минуя грязные безлюдные закоулки и заброшенные дворики. Солнце спешило покинуть небосвод, и мрак ночи стремительно наступал с Амарантайнского океана. Весь день, как и предыдущие, Сурана с друзьями провели на ногах, и сейчас впору бы вернуться во дворец Эамона, отдохнуть и подвести итоги этого дня. Но у них с Зевраном оставалось еще одно маленькое дело. Вчера к ним пришла эльфийка Эрлина, фрейлина королевы Аноры, и поведала им, что ее госпожу держат заложницей во дворце эрла Хоу. Выразив опасение, что Анору хотят убить, чтобы обвинить в этом Стражей, она попросила вмешаться и спасти королеву. Эамон рассудил, что поддержка королевы на Собрании земель станет весомым подспорьем, и Сурана согласилась помочь.

Порешили на том, она и Зевран вечером, под покровом темноты сходят к поместью Хоу и разведают обстановку. Навыки Ворона, взращиваемые в нем с раннего детства, придутся в этом деле весьма кстати. Идти напролом было неразумно, поэтому для начала неплохо бы понять, с чем им придется столкнуться во время их спасательной операции.

Дворец Хоу находился в южной части города, предельно далеко от поместья Эамона. Дорога туда была долгой, и друзья, чтобы не скучать, вели светские беседы на различные темы. Зевран рассказывал о своих приключениях на службе у Антиванских воронов, расписывал плюсы и минусы работы в этой организации. Сурана узнала, что ее спутник получает от убийства непередаваемое удовольствие, и выказала свое неодобрение. Сама же поведала ему о своей нелегкой жизни в денеримском эльфинаже (чем нисколько не удивила собеседника), и о том, как проявились ее магические силы и ее забрали храмовники. Рассказ об обучении в Башне Круга магов закончился эпизодом с участием того самого Йована, которому обманутая эльфийка помогла сбежать. Они шли, болтали, смеялись, Зевран, в шутку аль нет, пытался флиртовать с девушкой, Сурана хихикала и несильно его толкала.

Они уже наполовину прошли очередной тихий дворик, как вдруг на фоне темнеющего неба вырисовался неясный человеческий силуэт. Он стоял на верхней ступени лестницы, к которой они как ...