Видеодром

Видеодром. (Саша + Ксюша хорошие девушки, — этого ты не забудешь никогд)

Вечером, во вторник 2058 года я вернулся с работы домой. Покормив кошку, (так как, в свое время она стоила мне кучу денег я, предпочитал получать удовольствие сам), я и сам поужинал, а после, приказав, Вероники убраться за ней, да за мной, направился в сторону спальни.

— Вы бы сменили этот антиквариат, я конечно о вашем видеодроме — окликнула меня Вероника, когда я уже подходил к двери, — сейчас продаются куда более совершенные игрушки.

— Тогда мне придется сменить и тебя, — улыбнулся я в ответ, — к тому же это эксклюзивная модель, такое сейчас негде купишь.

— Но ведь, видодромы незаконны, и говорят, очень опасны, их разрабатывали эти сумасшедшие, — независимые программисты, и то для своих специфических нужд.

— Возможно, в чувстве опасности и непредсказуемости и заключается для меня удовольствие, но робот этого не когда не поймет.

Некоторое время лицо Вероники действительно выражало полное непонимание, но вдруг, точно опомнившись, она цинично улыбнулась, и хорошенько подумав, через паузу, сказала:

— Да, это удивительное стремление к саморазрушению некоторых людей мне действительно не понятно, но все же, кое-что и роботы знают.

— Что именно, — поинтересовался я.

— Чем быстрее едешь, тем сильней и бьешься.

— Очень смешно.

— Надеюсь, вы не будите пить, заниматься там сексом и брать туда оружие... ведь если в BCC узнают, чем вы по вечерам занимаетесь у себя дома, то, сами знаете, чем вам это грозит.

— Но ты ведь не кому об этом не расскажешь?

— Конечно же, нет, — продолжая улыбаться, отвечала мне Вероника, — ведь существует параграф 78, правило № 18 которое гласит: робот не может причинить вреда своему хозяину; правда, до тех самых пор, а об этом уже гласит правило № 18 все того же параграфа: пока хозяин, это хозяин. Понимаете о чем это я? Так, что, можете быть абсолютно спокойны, Анатолий Дмитриевич, при определенных условиях, я вас никогда не предам.

Я сглотнул, молча, закрыл за собой дверь, и громко, правда, про себя выругался матом. Конечно, Вероника хоть и была роботом, но мозгов в ней было не меньше чем в человеке, а в хитрости и изворотливости это механическая фурия могла бы дать фору даже моей бывшей супруги. При разводе первая отняла у меня половину того, что у меня некогда была, вздумай я отправить на свалку вторую, боюсь, Вероника у меня бы отняла все, — вообще все. Чем от этого, всего, больше веяло, Шекспиром, Кафкой, или дешевой мыльной оперой, я и сам толком не знал, но иногда, именно такие оригинальные отношения между роботом и человеком завязывались в 2058 году

Выйди я в таком виде сейчас на улицу, меня бы, тотчас упекли бы в дом для деградированных, а в двадцатом веке: широкополые шляпы, длинные болоньевые плащи, и револьверы в кобуре, под мышкой, носили все уважающие себя мужчины. Хотя последнее, ну это я на счет огнестрельного оружия, мне лично, всегда казалось, скорее обывательским преувеличением, нежели действительным историческим фактом.

Включив электромагнитное зеркало, я с головы до ног, оглядел своего возникшего в пространстве двойника, и довольно улыбнулся. Так и хотелось воскликнуть во весь голос: вот он настоящий мужик, а не какой-то там затасканный жизнью клерк.

Покончив с этой церемонией, я направился к своей кровати и с опаской покосившись на входную, вытащил из под нее бутылочку виски и новый еще не опробованный мной катредж. Он выглядел точь-в-точь как видеокассета, но таковым, разумеется, не был, наверно именно благодаря этому внешнему сходству видеодромы и получили такое странное название. На поверхности катреджа были неровным почерком начертаны слова, Груздика: Саша + Ксюша, — хорошие девушки, отличное место, ты не забудешь этого никогда, — только не бери собой в плоскость деньги, оружие и ради бога не забудь снова пароль.

— Ну, сейчас... — усмехнулся я, прочтя этот незамысловатый текст, брата — без своей маленькой игрушки, я некогда, и никуда не отправлюсь.

Сделав пару приличных глотков горячительной жидкости, я засунул бутылку обратно под кровать, а сам направился к видеодрому. Всунув катредж, в специально отведенный отсек, я уселся на удобное кресло. Сработали датчики. Почувствовавший своего хозяина видеодром, незамедлительно включился, и большой шлем сам собой со специфическим звуком опустился на мою голову и сомкнулся на ней. В дрожащем энергетическом пространстве, бесконечных колебаний возникли мои виртуальные руки, а также вполне обычный для видеодромов набор кнопок.

Войдя в пункт меню, я выбрал из предложенного мне списка: Саша + Ксюша, — хорошие девушки, и нажал на виртуальный Plai. По бескрайнему пространству своеобразной волной прокатились изменения, в ушах возник давящий на перепонки гул, точно я сидел за рулем скоростного болида, затем раздался щелчок, глаза ослепила яркая вспышка, а через мгновенье я уже видел свои ладони, распростертые на поверхности неровного, деревянного пола.

Поднявшись, на ноги я внимательно осмотрелся по сторонам и выругал младшего брата, на чем стоял свет. Отличное место, — хорошие девушки, ты не забудешь этого не когда, — вспомнились мне его слова. Толи у Груздика было совсем плохо со вкусом, толи я ни чего не понимал в этой жизни, но дыра, в которой я по его воле очутился, не располагало ни к интимным встречам, ни к приятному времяпровождению. Устремившись взглядом, вглубь длинного и мрачного коридора, мерцающего по причине плохого освещения, мне оставалось только философски рассуждать, а том, что вот настал тот день, что мне, возможно, действительно понадобится мое оружие. Я ведь хоть и таскал повсюду собой револьвер, но признаться честно, пользоваться им мне еще не приходилось.

Здесь стены покрывали вульгарные надписи. В воздухе плотной стеной стоял запах застарелой мочи и выкуренной травки. Гнетущая атмосфера деградации тронула каждый предмет. Двойная галерея серых пронумерованных дверей, вьющаяся по обе стороны коридора, куда-то вдаль, и тарабанящий на улице дождь, только усиливали это гнетущее ощущение. Программист, который это все создал, знал толк в том, как сгустить краски. Творец блин...

Но все это, было бы совсем не страшным, если бы не определенное время, на которое была рассчитано посещение плоскости. По правую сторону надо мной, куда бы, я, не повернулся, застыли в воздухе постоянно меняющиеся цифры: часы, минуты, секунды. Судя по ним у меня было целых два часа.

Не зная, что делать, — как скоротать это время, а главное как найти в этом гадюшники хороших девушек, я, не долго, думая, постучался в первую, попавшуюся мне дверь.

Вскоре за той послышались чьи-то шаги, раздался щелчок щеколды, и в узком проеме, между дверью и ее косяком возникла симпатичная мордашка. Девушка приветливо улыбалась, и смотрела на меня такими глазами, словно мы были знакомы всю свою жизнь.

— Саша, Ксюша? — улыбнувшись, поинтересовался я, и приветливо стянул с головы шляпу.

Девушка, лишь только молча, подмигнула.

— Что там еще за козел, — вдруг, абсолютно неожиданно для меня раздался, рассерженный голос.

В следующую секунду, дверь распахнулась, и за спиной очаровательной малютки возник здоровенный амбал. Огромный, с волосатой грудью, в майке тельняшке и с татуировкой на плече: мать родную не забуду, — этот страшный человек, — человек из чьих-то кошмаров, смотрел на меня взглядом, кролика разглядывающего свежий кочан капусты.

— Ты ...