Во власти

Мужчина со шрамом...Мы лежали на кровати и болтали. Я лежала на спине, а он рядом на боку, чуть нависая надо мной. Вчера он купил длинную верёвку и теперь шутил, непонятно зачем показывая мне как завязывать разные узлы. Когда разговор сошёл на «нет», я собралась идти домой, но как только я села, он поймал меня за шею и придушил, прижав к постели. Теперь он лежал на животе, уткнувшись в подушку, и я не могла видеть его лица. Я посмеялась и попробовала встать ещё раз, но получила тот же результат. На попытку что-то спросить услышала холодное «Заткнись» и притихла... Я не понимала что происходит, но решила подождать, должна же быть причина такому поведению. Мне стало тревожно, но я игнорировала это чувство.

Мы лежали так какое-то время, и мне показалось, что он уснул. Дыхание стало ровным, а рука, сжимавшая мою шею, расслабилась. Я осторожно, прислушиваясь к его дыханию, начала выбираться из-под руки. Убрала кисть с шеи и замерла. Его дыхание не сбилось, он дышал всё так же ровно. Я осторожно отодвинулась от него, сдвинула с себя его руку и снова замерла. Я двигалась медленно и едва дышала, боясь его разбудить. Обрадовавшись успеху, я поторопилась, слишком резко поднялась... а может это он... вовсе не спал...

Когда я встала, он резко схватил меня, сдавил шею рукой, визг сменился хрипом, и я начала задыхаться... Он сжал меня с такой силой, что мне хотелось кричать то боли, но через мгновение сознание померкло, и с оглушающей силой вернулась вместе с воздухом, обжигающим горло.

Я попыталась оттолкнуть его ногой, но он бросил меня на живот и упёрся коленом между лопаток. Я просила его прекратить, но он не слушал. Я кричала, что мне больно, но ему было всё равно. Я умоляла его сказать, что случилось, но он молчал. Было слышно только его тяжёлое дыхание и трение верёвки, которую он намертво привязывал к батарее...

Сознания коснулась паника. Я упёрлась руками в постель и попыталась столкнуть его, ведь он на мгновение расслабился, мне это даже удалось. Я оттолкнула его ровно на столько, чтобы можно было вырваться. Так мне тогда показалось. Но едва я успела вдохнуть, как на мою спину с новой силой обрушился его вес. Я бросила попытки его пересилить и прижала руки к себе, но он с лёгкостью заломил их за спину, как будто я была игрушечной куклой и совсем не сопротивлялась.

Я вскрикнула от боли, когда на руках затянулась верёвка. () Она врезалась в кожу с такой силой, что я начала умолять, просить его отпустить меня, но едва верёвка мёртвой хваткой сжала мне руки... не оставляя и шанса вырваться... он схватил меня за волосы и прорычал в ухо: «Заткнись сука». Он сжал мою шею и внезапно отстранился...

У меня появился шанс, я должна была спастись. Мысли лихорадочно кружились в моей голове ища выход. Я повернулась на бок и вжалась в угол как можно дальше от него. Волосы закрывали лицо, но я всё же видела

Я старалась вспомнить узлы, которые он совсем недавно показывал мне, должен же быть способ развязать её... должен быть способ самой развязать эту чёртову верёвку. На мгновение, сердце остановилось, он схватил меня за ногу и рывком вернул в прежнее положение, сжал мои ноги вместе и навалился сверху.

Я поняла, что будет дальше... до этого мгновения меня заботило только то, что происходит в эту секунду, теперь внимание было приковано к следующей минуте. Я должна была как-то этого избежать. В панике я закричала: «Нет, не надо, пожалуйста!». Я кричала, что мне больно, что не хочу этого, но всё было тщетно, он просунул руку в трусики, и сжимая мою шею прорычал: «Ты моя шлюха. Заткнись!». Его зубы сжались на моей шее так, что от боли я не смогла выдавить ни звука.

Пальцами он проник внутрь. Он начал ласкать, но не для того чтоб доставить мне удовольствие, он просто готовил меня для себя. Настойчиво. С каждой секундой его нетерпение росло, как и росло во мне чувство обречённости. И он не выдержал. В одно мгновение он стянул с меня трусики лишь так, чтоб ему они не мешали, а мне не давали раздвинуть ноги и рывком вошёл в меня...

Я простонала, а он сдавил меня и начал двигаться с каждым движением всё яростней и глубже, мой крик смешивался со стоном, и я не понимала, где заканчивается боль и начинается удовольствие. Всё слилось воедино. Его дыхание над ухом; сила, с которой он входил в меня; верёвка, врезающаяся в кожу и пережимающая вены; вес его тела и сила рук, не дающие мне пошевелиться...

Острая боль вернула меня в реальность. Он схватил меня за волосы и поднял голову, отрывая лицо от подушки: «Кто ты?». Я догадалась, что он хотел услышать. Догадалась, но сказать не могла. «Я не слышу, кто ты?». В голосе зазвенел гнев, и когда я и в этот раз промолчала, он потянул за волосы и сжал меня всю словно тисками: «Шлюха... — сорвалось с моих губ — Я твоя шлюха».

Едва я договорила, как весь окружающий мир исчез. Остались только мы. Ярость, с которой он насиловал меня, поглотила моё сознание. Я ощущала его каждой клеточкой своего тела, я перестала слышать свои стоны, значение имело лишь его дыхание. Я просто горела заживо от чувств захлестнувших меня и от наслаждения получаемого им.

Когда всё закончилось, он отпустил меня, и я рухнула на кровать не в силах шевельнуться. Он спокойно развязал мне руки, и накинув на меня одеяло ушёл. Он вышел из комнаты, так и не взглянув на меня, а я осталась лежать... неподвижная и обессиленная, ощущая, как сперма стекает по бедрам и растекается по спине. Всё тело ныло от боли и пульсировало от наслаждения. И тут я поймала себя на мысли... я счастлива. Согласитесь, странное наблюдение после того что случилось? Но это было так. Тёплое чувство разливалось от груди по всему телу. И я тут же узнала его... любовь, ни что больше не может так греть.

Мы ведь с ним уже давно вместе... теперь я узнала его с новой стороны, с той стороны, которая была от меня сокрыта. Видимо на размышления я потратила остаток сил, и теперь слова в моей голове, никак не могли сложить хоть какой-то смысл. Я просто с тревогой ждала его, прислушиваясь к шуму воды в ванне.

И он вернулся. Спокойный и сильный, своим присутствием вызывая во мне трепет. Убрал волосы с моего лица и нежно поцеловал щёку, затем плечо. Он вздохнул так умиротворённо, что я невольно улыбнулась. Он бережно обул меня в босоножки, в которых я обычно хожу у него дома, и поднял на ноги. Я на удивление легко дошла до ванны. Ноги дрожали и не особо хотели гнуться, но он вёл меня, и у меня получалось идти.

Я помылась или он помыл меня... Не помню... Это стёрлось из моей памяти, следующее, что я помню... это то, как лежу рядом с ним... прижимаюсь к его груди и мне больше ничего не надо.

Мы ещё долго лежали, не говоря друг другу ни слова. Молчали, может из-за неловкости, возникшей между нами, а может, не хотели разрушать нежность обволакивающую теперь каждое наше прикосновение. В моей памяти навсегда останутся взгляды, брошенные друг на друга украдкой, полные любви и заботы и лишь немного тронутые тревогой... Едва ощутимое и неслышное дыхание, мы словно боялись кого-то спугнуть... Чтобы не ожидало нас впереди, стало ясно, что нашим отношениям уже никогда не вернуться в прежнее русло...