Заповедник Великого Прошлого

Любителям "клубнички" времён Великого Совка посвящается...

Часть 1

Лариса

В переполненной пепельнице ещё дымилась сигарета. - Пойдём, - сказала Лариса.

Затушив её сигарету, Дмитрий встал и пошел вслед за женщиной.

Они познакомились два часа назад. На пляже.

Она лежала, подставляя свое уже загорелое тело непривычно жаркому северному солнцу. Его крупный волосатый торс, плотная накаченная задница еще раньше привлекла ее внимание. Только женщинам присуще это внимание. Отличать настоящего самца от подобных им особей.

Он жил недалеко от пляжа. И часто снимал там девчонок. По две, иногда по три. Его природная красота и стать притягивала девушек и зрелых женщин как магнитом. Приводя их к себе, он обычно не церемонился, откровенно и цинично говоря, что ему надо. Непривыкшие к таким оборотам советские дамы, как правило, терялись, затем страшно возбуждались. Его добрый, немного хитрый и в тоже время наивный взгляд располагал. И они отдавались ему полностью.

Он очень любил оральные ласки. И когда он спускал своим случайным подругам прямо в рот, те не обижались. Его красивый огромный член приводил их в состояние какого-то благоговейного трепета и возбуждения. Именно им хотелось доставить ему наслаждение, а не наоборот. Он спускал, дроча и громко стонав. Если партнерши не догадывались, он сам заталкивал им свой член в рот, заставляя обсосать и облизать его до последней капли.

Лариса была не похожа на всех его случайных подруг. В ней чувствовался шарм. Это была молодая женщина, немного меньше тридцати. Соломенно-желтые слегка вьющиеся волосы ниже плеч, манера одеваться с легкой, но продуманной небрежностью, спокойный, открытый и уверенный взгляд светло-серых, немного зеленоватых глаз, небольшой рот с пухлыми чувственными губами, красивая грудь, привлекающая внимание мужчин. Все считали её похожей на какую-то знаменитую актрису, однако никто не мог сказать какую именно. Говорила она не как все женщины, скорее как мужчина. Спокойно, негромко и немногословно. Казалось, что она постоянно что-то обдумывает, вот-вот готова сделать свое резюме.

Она обожала секс. И выбирала партеров сама. Не смотря на ее красоту, к ней редко подходили мужчины. Они как будто побаивались её красоты. Выбрав жертву, она начинала на неё смотреть. Мужчина терялся, а затем как загипнотизированный, делал всё, что ей было нужно.

Этот раз ничем не отличался от других. Для неё. Она сама подошла к нему и попросила сигарету. Пока она не сняла солнцезащитные очки, он вел себя с ней очень развязно. Выкурив сигарету и дослушав очередную шутку, переходящую в откровенное предложение, она сняла очки и посмотрела ему в глаза. Спокойно и уверенно. Как всегда. Как будто полуденное солнце не слепило ей глаза. Дмитрий растерялся. Мысли спутались в комок, а затем совсем пропали. Её уверенность вызывала у него ощущение беспокойства. Приходить в себя он стал только когда почувствовал напряжение в плавках. Она как будто этого не замечала. Затем так построила беседу, что он и не заметил, как они оказались у него дома. Будто не он, а она привела его.

В спальне она легла на кровать как была - в джинсах и футболке, под которой ничего не было. Он стоял в дверях готовый сделать все, что она скажет.

- Где у тебя душ? - спросила Лариса вставая.

- Я проведу, - и он пропустил её. Босиком она шла как хищное животное. Он поймал себя на мысли, что ловит каждое её движение. И опять не он, - она ведет его по его квартире.

- Я включу газ. - сказал он.

- Дай мне полотенце. - сказала она. Включив колонку, он вернулся в комнату, достал чистое полотенце и постучал в дверь ванной.

Лариса стояла под душем и смывала с себя мыльную пену. Она понежилась под водой еще пару минут, затем вышла, на ходу взяв из рук Дмитрия полотенце. Он остался в ванной.

Её загорелое тело так возбудило его, что он чуть не кончил сразу. Как в первый раз. Когда его привела к себе домой учительница английского в восьмом классе, и он кончил дважды пока она раздевалась, и ещё два раза пока пытался в неё войти. Он встал под душ и от одной мысли, что ещё полминуты назад здесь стояла она, сильно возбудился. Как будто изнутри огромная тёплая мягкая волна захлестнула его член, обильно стала выделяться смазка. Видя, что с собой не совладать, он стал остервенело дрочить, вспоминая её голое тело, и через несколько секунд кончил. Выйдя через пять минут из ванной и, видя её, лежащей на своей постели, он опять почувствовал дикое возбуждение.

- Сними полотенце, - сказала Лариса. Впервые он растерялся. Она сама потянулась навстречу, потянула к себе за обмотанное вокруг его талии полотенце и медленно его размотала. Затем взяла его встающий член в свои руки, вздрочив, немного притянула к себе и наклонилась к нему ртом. Весь член вошёл в её рот:

Уже позже, когда они сидели на кухне и потягивали скверный советский кофе "Растворимый", курили её "Salem", он понял, насколько он опустошён. Физически и морально. Ему вдруг опротивела эта женщина, как может быть противно от пресыщения. Он понял, что кроме "вещи в себе", есть, так сказать, "вещь вне себя". То есть вещь, переходящая свои границы и становящейся из-за этого обратной себе.

Она была не только чертовски сексуальна, но и умна. Поняв по его взгляду и невнимательным, скорее даже раздражительным ответам на её вопросы, что она его больше не интересует, Лариса не стала обижаться. Корректно выдержав паузу, она собралась и, попрощавшись, вышла вон. Дмитрий, допив кофе и докурив сигарету, стал собираться из дома. Куда идти он ещё сам не знал. Но дома ему оставаться не хотелось. Очень не хотелось.