Потребность

Желание интимной близости с моим другом Димой живёт во мне уже очень давно. Впервые я об этом задумался после второго курса университета на выездной летней практике, и с тех пор оно живёт во мне, забивая порой другие желания. Не хочу обвинять во всём воспитание или то, как сложилась моя жизнь. Просто скажу, что я хочу завести свою семью с любимой девушкой. Хочу, чтобы у нас родились сыновья, потом родились бы внуки. Большая счастливая семья из нескольких поколений. Хочу, чтобы мои родители узнали радость быть бабушкой и дедушкой. Очень хотелось бы, чтобы дедушка дожил до того времени, как он станет прадедушкой...

Но на фоне всех этих желаний ярким пятном выступает желание интимной близости с Димой. Порой оно даже затмевает все остальные желания. Желание дотянуться, дотронуться до его мужественности. Причём именно до его. Меня не интересуют другие парни. Я видел члены своих друзей, когда мы купались. Нет, никакого желания они во мне не пробуждали. А вот Дима... У меня желудок скрутило однажды ночью, когда он ночевал у меня и я увидел, как его член встал под утро. Через трусы, разумеется. Потом мне раз или два удавалось уловить вид небольшой части его мошонки, выглядывающей из свободных трусов.

Голова начинает плыть от одной только мысли увидеть Диму полностью голым. Со вставшим членом - вообще мечта. Оказаться с ним интимно близким - голубая мечта. В обоих смыслах этого слова... Это желание, кажется, медленно переходит в вожделение. В потребность...

Жаркий день близится к своему завершению. Скоро наступит ночь. Можно будет развести костёр, посидеть, поговорить, помолчать.

Обычно мы немного разговариваем. Разве только находится какая-нибудь интересующая нас обоих тема. А в остальном говорим мало. Но нам этого хватает, как ни странно. Мне не хватает кое-чего другого.

Вечер прошёл, как обычно. Разговоры за полночь о жизни. Потом мы легли спать. Уснуть всё никак не удавалось. Сколько бы я ни ворочался - не получалось. К тому же я боялся разбудить Диму. Наконец, когда понял, что уснуть уже не смогу, я вдруг услышал голос Димы:

- Матвей?

- Да.

- Не спишь?

- Нет.

- И я не могу уснуть.

- Странно, правда? День вроде был насыщенный.

- Да.

Мы помолчали. Потом Дима вдруг задал вопрос, который я никак не ожидал услышать:

- Скажи, а как ты обходишься без секса?

- Не очень хорошо, - ответил я. - Сейчас это именно то, чего я бы хотел. Мне очень не хватает такого рода близости. Интимной близости... - я вовремя прикусил язык, чтобы нечаянно не сказать "с тобой". - А ты как?

- Так же, как и ты, - ответил он.

Снова в комнате воцарилась тишина

От неожиданности я сел и повернул голову в его сторону.

- Правда?

- Да. Я понял, что ты мне не просто небезразличен и важен как друг. Ты вдруг стал для меня кем-то очень личным, поразительно близким.

Я чувствовал, как пересохли от волнения мои губы. А Дима тем временем продолжил:

- Очень близким. Но знаешь, мне как будто чего-то не хватает.

- Чего? - мой голос даже слегка охрип.

"Неужели?!" - пронеслось у меня в голове.

Вместо ответа я услышал, как он встал, подошёл, а затем сел рядом со мной. На мгновение его лицо попало в свет от луны, блеснули его карие глаза. Свет вырвал из темноты его короткие курчавые светлые волосы. А затем я почувствовал очень осторожное, робкое и неуверенное прикосновение его губ к моим. Это длилось долю секунды, а в следующую секунду я сам прильнул к его губам. На мгновение мы оба замерли, а затем слились в едином порыве.

Я обнял его, вцепившись руками, словно боясь в этот момент потерять то, что было столь неожиданно дано мне. Сердце билось в груди, радостно ликуя и в то же время требовательно, настойчиво прося продолжения. Оторваться от Димы в этот момент, разорвать наш союз казалось немыслимым, но мне перестало хватать воздуха, и я отстранился от него, уткнувшись носом ему в плечо.

Я вдохнул аромат его тела. Кончиком языка я провёл по его коже, ощущая его вкус. Пересохшие губы шептали его имя. Я ощущал близость к нему всем телом. Грудью к груди. Своей кожей я ощущал его. Чувствовал биение его сердца, слышал его дыхание. Все чувства слились в единый хор, требующий идти дальше, но я медлил. Секунды промедления, словно иглы, врезались в меня.

Я оторвался от парня и посмотрел Диме в глаза. Всё это время я ощущал его, но не чувствовал. Вдруг он положил ладонь мне на грудь, отчего по телу побежали сладостные мурашки. Его ладонь заскользила выше, к ключице, потом вверх по шее к подбородку. Затем он притянул меня к себе, и мы снова слились в поцелуе. Я снова чувствовал его тёплые губы, его дыхание. Но на этот раз я ещё чувствовал его дрожь. Не мелкий озноб, а крупную дрожь волнения и нетерпения.

Его рука вдруг оставила мой подбородок и стала медленно спускаться вниз, прокладывая себе путь между нашими телами. Грудь, живот... Вот тут он остановился и оторвался от меня. В его глазах застыл вопрос. Вместе с желанием. Я лишь подался ему навстречу - так, чтобы его рука скользнула вниз, ощутила это нестерпимое напряжение. И вот он, момент касания. Моё тело словно окунули в ледяную воду, словно бы через него пропустили электрический ток. Я вдохнул, а вот с выдохом были проблемы.

Дима убрал свою руку.

- Дыши, - вдруг сказал он.

Я заставил себя сделать выдох, затем вдох. Я стал приходить в себя и всё сильнее чувствовать потребности своего тела, которое уже изнемогало от ожидания. Левая рука легла ему на щёку, затем правая легла на грудь. Я ощутил волосы на его груди. Медленно, смакуя каждое движение, каждый момент касания, моя ладонь спустилась ниже, на живот

С вопросом ли? Подозреваю, что в них читалась мольба: "Только бы не остановиться".

Дима сам подтолкнул мою руку вниз своей рукой. Прикосновение к его члену даже сквозь ткань трусов отозвалось целой бурей в моём теле. Сердце ударилось о рёбра с такой силой, словно бы старалось пробить их и вырваться наружу, во рту пересохло окончательно.

Медленно я обхватил его член сквозь плавки пальцами. Меня била крупная дрожь волнения. Его твёрдый, как камень, орган подрагивал в такт биению его сердца. Мой член уже начинал сладостно и требовательно ныть. В этот момент рука Димы сжала его. Я резко выдохнул. А затем потянулся губами к парню. На несколько мгновений мы слились в поцелуе, но сдерживать себя мы уже не могли. Его рука стащила с меня трусы, и моя, копируя его движения, сделала то же самое. Я, наконец, увидел то, о чём мог только мечтать. Его член был красивым, ровным и длинным. Я перестал ощущать всё, кроме одной-единственной потребности. Потребности быть с ним так близко, как это только возможно. Настолько, насколько позволяет тело.

Словно в тумане, я опустился на колени перед Димой. Моя рука обхватила его член у основания, оттянула до конца кожу, оголяя головку. И я взял его член в рот. Сначала головку, ощущая языком её упругую бархатистую поверхность. Затем ствол. И вот мой нос уткнулся в его паховые волосы. Я ощутил запах моего друга прямо из источника. Я постарался вдохнуть его как можно глубже. Меня трясло, как в лихорадке, когда я проводил языком и губами вдоль ствола. Руки в это время мягко массировали мошонку, осязая её содержимое.

Отпустив Димин член на мгновение, я обхватил губами только головку. Мой язык коснулся отверстия, и я ощутил терпкий вкус смазки. Я наслаждался каждым мгновением. Вдруг, как сквозь сон, я услышал Димин голос. Он звал меня:

- Матвей!

Я оторвался от него. По пульсации его члена я понял, что он близок к оргазму. А уже давно меня была мечта...

- Пожалуйста! - прошептал я.

Кажется, он понял. Его рука направила член мне в рот. Головка напряглась, член затрясся, и в рот мне брызнула его сперма. Густая, горячая. Её было очень много. Сперма - это эссенция мужчины.

Его семя медленно стекало по горлу, а во рту у меня оставался вкус моего друга.

Я сел. Голова шла кругом. Дима присел рядом. Я впервые заметил у него такой взгляд. Тёплый и добрый. Он долго смотрел на меня, а потом поцеловал в губы.

- Моя очередь, - прошептал он, оторвавшись от меня.

После пережитого я плохо соображал, поэтому лишь кивнул. Очнулся я, лишь когда почувствовал, как мой член охватило влажное тепло его рта.

- Дима! - выдохнул я.

- Да? - он оторвался от моего члена.

Я лишь улыбнулся. Как бы ожидаемо это ни было, всё равно это потрясло меня.

Его язык скользил по моему члену, задерживаясь на головке, слизывая мою смазку. Ощущения были просто запредельные. Ни разу мне не удавалось доставить себе самому такое удовольствие.

- Дима, я... - я попытался предупредить его.

Он не стал отпускать мой член, только плотнее обхватил губами головку. Его язык уверенно и с силой мял мою плоть. Спустя мгновение он довёл меня до оргазма, который оказался такой силы, что ноги у меня подкосились. Если бы я стоял, то точно упал бы. Димин рот заполнился моим семенем. Ощущения были настолько острыми и настолько сильными, что я не выдержал и упал на спину. Меня скрутила сладостная судорога. Пальцы на ногах поджались, пальцы на руках сжались в кулаки, меня била крупная дрожь. Такого сильного оргазма я не испытывал никогда.

Дима поднялся с колен.

- Как ты? - спросил он.

Я не узнал его голос. Раньше я никогда не слышал, чтобы он говорил со мной таким ласковым, полным тепла голосом.

- Необыкновенно, - ответил я.

Дима присел рядом со мной.

- Не уходи сегодня, - попросил я.

- Не уйду, - пообещал он, ложась рядом со мной, обнимая и прижимая меня к себе. - Только... - он отвёл глаза.

- Только что? - спросил я, догадываясь о том, что он хочет сказать.

- Только я не смогу с тобой остаться навсегда. Я хочу нормальную семью.

- И я, - ответил я. - То, что сегодня произошло, вовсе не означает, что мы будем вместе, как пара. Ты поделился со мной самым своим сокровенным, самым личным. И я тоже... Я люблю тебя и буду любить всегда. Ты мой самый близкий друг. Ты дал мне так много, помог удовлетворить самую важную потребность. Спасибо тебе.

- Пожалуйста. И тебе спасибо, - улыбнулся Дима. - За всё. С тобой я смог почувствовать себя нужным и любимым. Я люблю тебя.

За окном забрезжил рассвет, освещая наши с ним лица, а мы, наконец, смогли заснуть в тёплых объятиях друг друга.

Самая большая потребность моей жизни была удовлетворена. И Димино самое большое желание тоже. Впереди нас ждёт интересная жизнь, у каждого своя. Но, тем не менее, наша близость навсегда останется с нами.